В долгу у мажора - Любава Алексеева

щёки пылают. Возле турникета никак не могу отыскать свой пропуск, а когда нахожу, не получается приложить его должным образом — руки трясутся. Охранник замечает это и разблокирует турникет из своей кабины, позволяя мне войти в холл.

Здесь я без сил опускаюсь на скамейку у окна, пытаясь унять безумное сердцебиение. На самом деле, мне далеко не всё равно, куда пропал Егор. Я злюсь на него, но по-прежнему продолжаю волноваться за его безопасность. Но благо у меня хватило ума и выдержки, не показать этого Анжелике, иначе она бы от меня не отстала.

Глава 39

После пар меня забирает Денис. Он, как всегда, само спокойствие и невозмутимость. Улыбается уголками губ, по-хозяйски кладёт большие ладони мне на талию, притягивая к себе, неспешно целует и лишь после этого помогает сесть в свою тачку.

— Егор пропал, — выпаливаю, как только пристёгиваюсь ремнём безопасности.

Ден хмурит брови, но почти сразу же его лицо разглаживается.

— Откуда знаешь?

— Его жена приходила сегодня. Говорит, уже несколько дней нет, и никто не знает, где он.

— Угу, — неопределённо тянет Свиридов и заводит мотор. — Ясно.

— Денис, — смотрю прямо на него, пытаясь уловить тень эмоций.

Беспокойство тугим комком застревает в груди, ворочается там, разрастаясь. Без понятия, что думать по этому поводу. Вдруг Денис причастен как-то к исчезновению Егора? Эта мысль сводит с ума, но отделаться от неё никак не получается.

— Что, малыш? — Свиридов оборачивается в мою сторону и смотрит прямо в глаза.

— Ты не знаешь, где он? — замираю в ожидании ответа, чувствуя, как в висках бахает пульс.

— Не-а… — с равнодушным видом Ден выруливает с парковки, вливаясь в автомобильный поток.

Откидываюсь на сиденье, делаю глубокий вдох, всеми силами желая успокоиться. Верить или нет? Блин, я не знаю, верить мне ему… но… как я могу не верить? Зачем ему врать?

— А… ты не можешь выяснить, что с ним? — спрашиваю осторожно.

Пожимает плечами.

— Окей. Только тебе зачем? Пропал и пропал. Может, загулял с кем, забухал, мало ли. Лучше забей на него.

Вздыхаю. Легко сказать, забей!

— Ну… я буду знать, что с ним, а потом забью.

Денис улыбается невесело и качает головой.

— Обо мне бы кто-нибудь так беспокоился. Ты столько дерьма ему простила, — в голосе Дена слышу упрёк.

— Не простила я! Просто… Блин, просто… Ну понимаешь, он у нас в семье был, как бы сказать… Родители всё время с ним носились, верили, что Егор гений непризнанный. И меня так приучили. Ему всегда всё прощалось, каждая выходка воспринималась как должное. Ну вроде он по-другому не может, гений же, блин, недоделанный. Я с детства в это верила. Думала, что брат такой вот особенный… Только после смерти родителей начала понимать, что он просто избалованный неудачник, уверившийся в своей исключительности. Но всё равно не могу принять до конца. Даже когда он заставлял продать родительский дом, в душе меня не оставляло чувство, будто так нужно, будто он прав. Типа это я чего-то не понимаю, — сбивчиво пытаюсь объяснить свои чувства.

— Нет, Варь. Он не прав. Он сволочь обыкновенная, а не гений. Помнишь, как он мне тебя предлагал?

Киваю и заливаюсь краской до корней волос. Ещё бы не помнить.

— Я бы урыл за свою сестру. Если бы кто-то посмотрел на неё не так в моём присутствии. А этот… Короче. Если хочешь, я выясню. Но лучше забей.

Не знаю, что говорить в ответ. Денис прав. Но осознавать мозгами эту правоту и принимать на уровне эмоций — совершенно разные вещи.

Больше эту тему не поднимаю. Пытаюсь вести себя как обычно, улыбаюсь даже, когда Ден с невозмутимым видом выдаёт какую-нибудь шутку. С жаром отвечаю на его поцелуи, но внутри неотступно присутствует тревога. Усилием воли заталкиваю её поглубже, а она всё выползает и выползает, как тень после заката солнца.

Но рядом с Денисом мне удаётся держать свою тревожность под контролем. С ним я чувствую себя лучше. Вот только ближе к ночи Свиридов вдруг начинает то и дело посматривать на телефон, время от времени подходит к окну и выглядывает на улицу.

— Ты ждёшь кого-то? — не выдерживаю.

— Макс должен заехать. Мы смотаемся ненадолго по делам, — отвечает, набирая сообщение в телефоне.

Острая иголка с размаха впивается в сердце. Вспоминаю толпу девчонок, что вились вокруг него в день похищения, и становится ещё хуже. До этого Денис не оставлял меня дома одну. Единственный раз — когда ездил разбираться с похитителями. Куда же он едет сейчас? К кому?

С другой стороны… Он вовсе не обязан передо мной отчитываться.

— Хорошо, тогда я пойду позанимаюсь, — заталкиваю свою ревность куда подальше и выдавливаю улыбку.

— Я ненадолго, — бросает он, не отрываясь от экрана телефона.

В этот момент чувствую себя лишней. Вспоминаю слова Кораблёвой, про то, что мы не пара и это нехило так добавляет. А может, я просто накручиваю себя?

— Хорошо… — бормочу и выскакиваю из комнаты.

Всей душой надеюсь, что он окликнет, позовёт, может быть, возьмёт с собой. Но он не зовёт. Просто позволяет мне уйти.

Глава 40

Если не сосредоточусь на учёбе — провалю сессию. Понимаю это, чувствуя какую-то отстранённость. С недавних пор мои представления о жизни перевернулись, и не могу сказать, что в лучшую сторону. Всё, что раньше было супер важно, внезапно потеряло смысл, под гнётом более сильных эмоций.

Делаю глубокий вдох и откладываю тетрадь с конспектами. За несколько часов я не выучила ровным счётом ничего. Строчки расплываются перед глазами, буквы пляшут в каком-то хаотичном танце. В голове — гул, перемешанный с обрывками мыслей, тревожными предчувствиями и невысказанными обидами.

В данный момент меня волнует совсем не учёба, а другое: где Денис. С кем он, что делает, почему так долго не возвращается?

В сотый раз за вечер поднимаю взгляд на большие настенные часы, бесстрастно отсчитывающие минуты. Уже за полночь, а Дена всё нет.

Закрываю глаза и пытаюсь успокоиться. Дышу глубоко и ровно, считаю вдохи и выдохи. На мгновение становится легче, но потом реальность снова наваливается вселенской тяжестью.

Отчётливо понимаю, что у Свиридова своя жизнь, в которой для меня нет места. У него есть друзья, те самые избалованные богатенькие мальчики, есть куча поклонниц. И те девушки, они гораздо красивее, увереннее, развязнее, опытнее, чем я. Во всём лучше, той невзрачной заучки, кем я являюсь!

Какая же наивность, если хоть на секундочку предположить, что Денис заинтересуется мной всерьёз.

Слёзы подступают