Изморозь - Демьян Копьёв

О-оо, как я загнул. Агитатор хренов. Пришлось надавить на больное, по-другому вряд ли бы получилось.

Глаза оборотня вспыхнули яростью и силой. Рот искривился в обещающей ухмылке. С огромными зубищами она смотрелась довольно жутко. Меня аж передернуло.

— Клиент готов, — так сказали бы мне на прошлом месте работы.

Столько ненависти, отчаяния, ярости и тоски я не видел никогда в жизни.

— Да, — выдохнул Борис, — все что угодно.

— Хорошо. Тогда жди указаний. Сейчас слишком много ушей. Все позже.

Оборотень кивнул и еще раз рыкнул.

Со стороны выглядело так, словно он готов был порвать меня на ленточки, а я, лежа пузом на столе, просил его оставить меня в живых.

— Отпускай, — прошептал одними губами, краем глаза замечая, что пара охранников, пусть и неохотно, двинулась в нашу сторону.

Борис разжал руку и для достоверности толкнул назад, да так, что я кубарем перелетел через стул, грохнувшись на пол и отбив задницу.

Не обращая внимания на хохот заключенных, поднялся на ноги и поковылял к своему столу, на ходу стряхивая с одежды остатки ужина.

Несмотря ни на что, я остался доволен.

Усевшись рядом с сокамерниками, завистливо глянул на почти полные тарелки с едой.

— Держи, — подцепив вилкой котлету, протянул Щуплый, — Я сыт. К тому же, сегодня как раз кровь выдавали.

Утес пододвинул в мою сторону компот из сухофруктов.

— Вот, еще хлеб возьми.

— Спасибо, парни. Век не забуду.

— Лопай давай, чудила.

— Ловкач, ты чего полез к оборотню, жить надоело? — уминая жратву и не спеша ей делиться, произнес Козодой.

— Интересно стало. Занятный экземпляр.

— Х-м-м, — только и ответил Сергей, задумавшись о своем.

После ужина опять пришлось искать предлог, чтобы незаметно улизнуть из-под бдительного ока соглядатая.

Потерял лишних полчаса, пытаясь отделаться от назойливого парня. Даже Щуплый с Утесом не смогли помочь. Козлов вцепился в меня как клещ и не желал отпускать. Единственное, что оставалось — дать в морду, но от этого меня спас Толкач — зек-гоблин, увидевшей прицепленную к поясу Козодоя цепочку с часами, а ведь подобное категорически запрещалось.

Улыбнулся незаметно. Все… Местный купи-продай теперь ни за что не выпустил бы из своих загребущих ручонок Козлова, до тех пор, пока не стал обладателем приглянувшейся ему вещицы.

В то время, когда Козодой с Толкачом препирались, я незаметно выскользнул прочь и скрылся в темноте коридора, попеременно оглядываясь и проверяя наличие слежки, двинулся по уже знакомому пути к столярному цеху.

У меня осталось полтора часа на тренировку и возможность создать добротный зеркальный щит. Кто-то тренируется месяцами, мне же на все были отведены лишь часы. Сделай или умри.

Уселся на пол и сконцентрировался, хватаясь за нити энергии, сплетая из них жгуты и перевязывая друг через друга в хаотичном порядке.

Вроде получилось неплохо, но стоило проверить блок на прочность, как все в очередной раз развалилось на части.

Рядом со светлой нитью шевельнулась темная. Я поначалу отодвинул ее в сторону, а в следующую секунду замер. Почему бы и не попробовать. Если сплести два контура по схеме шахматной доски, а затем соединить их друг с другом, накладывая светлый квадрат на темный, может выйти нечто совершенно особенное. Так я и сделал.

Энергетическая конструкция держалась, не собираясь распадаться. Потыкал в нескольких местах, попробовал продавить силой и чуть не отрубился, настолько сильно в меня отзеркалило. Хорошо, что действовал не в полной мере, а аккуратно. Если бы двинул по защите с ходу, то протянул ласты, никакого Топорина с его забегом не понадобилось бы.

Зеркальный блок действовал и был надежен. По крайней мере, я на это надеялся. Необходимо было его проверить на ком-нибудь постороннем, тогда можно было бы говорить с уверенностью.

Прозвучавшая сирена дала понять, что пора возвращаться. На ходу запуская лечение и убирая последствия удара нанесенного самому себе, побежал в сторону камеры.

Успел.

— Уф-ф, — облегченно выдохнул, когда решетка со скрежетом закрылась за моей спиной.

— Получилось? — поинтересовался Щуплый.

— Ага.

Глава 12

Два дня… Всего два дня до забега.

Крутящиеся в голове мысли не давали нормально заснуть, но я очень этому обрадовался, когда почувствовал чужое присутствие в своей голове.

Оп-па, а это что такое?

Осторожно приоткрыл один глаз, замечая, что Козодой привстал на свой койке и направил взгляд в мою сторону.

Как хорошо, что со всеми переживаниями последних дней, я остался бодрствовать. Погрузись мой разум в сон, и я стал бы полностью беззащитным для чужого проникновения.

Стоп.

А как Сергей это сделал?

На него, как и на всех заключенных был надет ошейник сдерживающий способности.

Значит, у Козлова это всего лишь имитация и он спокойно мог творить все, что заблагорассудится. Плохо, очень плохо.

Пока думал, незаметно укреплял защиту и вытаскивал на передний план ничего не значащие мысли и чувства, создавая из них полнейшую неразбериху.

Сергей оказался опытным и умелым мастером своего дела, а я чуть было не напортачил, когда Козодой осторожно, едва ощутимо обошел созданный блок, найдя маленькую лазейку.

Я, конечно, помнил слова Митина о том, что мысли пока еще читать никто не научился, но вот распознавать чувства, понимать настроение и ловить образы, некоторые специалисты вполне могли себе позволить. Это было сложно и очень энергозатратно, но вполне осуществимо.

Нельзя, чтобы Козлов заметил, что я считал его намерения и ощутил поползновения в сторону своего разума. Если усилить защиту, выдам сам себя.

Что тогда делать?

Занервничал и чуть не попался.

Нужно успокоиться, расслабиться. Хрен с ним, пусть ползает.