Граф в Тайной канцелярии - Денис Мист

На квартире Мохова мы провозились до вечера и не нашли ничего полезного. Ни единого намека на то, кто снял ему квартиру и снабжает деньгами. Возможно, отдел экономических преступлений что-то найдет. На юге темнеет быстро, так что в гостиницу возвращались уже при свете фонарей. Конечно, наши местные коллеги не обрадовались дополнительной работе, но что делать.

Ужин заказали в номер — так удобнее обсуждать дела и не опасаться, что кто-то случайно услышит или, что опаснее, специально подслушает.

— Как думаешь, «О» — это первая буква фамилии или имени? — спросил уже ближе к десерту Даня.

— Это может быть и начало агонии, — вздохнул я. — Но если это начало фамилии, то в списке четверо. И двоих из них твой отец вычеркнул.

— Да, дела. Отец зол. Вернемся, по головке не погладит, — предупредил он.

— Значит, лишний повод перед возвращением сходить на пляж и… Прости.

Договорить я не успел — блокнот Кощея нагрелся в кармане, что говорило о сообщении. Я открыл его.

«Включи телевизор. Первый канал. Срочно.»

— Хмм, — с удивлением прочитал я и нажал кнопку на пульте.

От услышанного у нас обоих волосы зашевелились в самых неожиданных местах.

Глава 12

— … тивизировались недруги внутри нашего великого государства. Кризис в Польской губернии показал, насколько хрупко равновесие и как легко его нарушить. Потому я призываю вас…

Император Константин говорил, но я словно бы слышал не его. Он призывал к бдительности и осторожности — читай «наушничеству и доносам». Где легкость, где тонкая ирония, свойственные нашему государю⁈ Эта речь походила на сочинение начинающего рекламного агента, не очень умного и совершенно бесталанного. Будто этот текст склепали на коленке за пять минут до эфира.

За спиной императора стояли Святослав, Ольга, Катерина и императрица Александра. Слава хмурился, императрица стояла с непроницаемым лицом. Взгляд Ольги говорил, что она ищет выход.

— Ну же, сделай что-нибудь, — молил я ее через экран.

— Какого беса происходит? — пробормотал Даня.

И тут я увидел это. Легкое движение руки моей царевны, короткая серебристая вспышка — и ее венценосного отца уже не слышно. Константин еще вещал, но в эфир это уже не шло. А через секунду запустили рекламу.

— Умница, — с облегчением выдохнул я и повернулся к Дане.

Он уже смотрел на меня. Прошла секунда и мы хором выдали:

— Гребень!

— Но что теперь? — растерялся Даня.

— Теперь нам срочно нужно в Москву. Не стой — звони отцу, — сказал я.

— Так он там! — Он указал на экран телевизора, где до рекламы с каменным лицом на заднем плане стоял великий князь Юсупов в ряду других приближенных к трону аристократов.

— Звони! Если не дадут поговорить, значит, предатель, как в Польше. А я пока узнаю адрес Яги.

Даня кивнул и бросился к телефону.

— Дедушка, иди сюда, — не позвал, а приказал я. — Явись мне.

Прошла секунда и на стуле появился домовой в шелковых синих штанах и легкой белой косоворотке.

— Что шумишь, Темный? — недовольно спросил он.

— Где живет Баба Яга, мне нужен адрес. Срочно, дедушка, — сказал я. На фоне Даня ругался по телефону.

— Тебе нужен, — передразнил домовой и сложил руки на груди с обиженным видом. — А где вежливость? Где подношение?

— Дедушка. Не заставляй тебе приказывать. У нас тут государственная измена на носу. Хочешь помочь им? — вкрадчиво спросил я.

Он аж подпрыгнул. Борода вздыбилась, будто его током ударило.

— Еще чего! Близко она. В Мамайском лесопарке. В самом центре, — обиженно сказал домовой. — И не надо мне тут.

— Не получилось, — подошел злой и мрачный Даня и едва не подпрыгнул. — Здрассте… дедушка.

Я улыбнулся, вспомнив нашу первую встречу, когда он назвал домового соседом, чем здорово оскорбил его. С тех пор Даня себе подобного не позволял.

— Спасибо, дедушка. Поедем мы — спешить надо, — сказал я и вежливо поклонился.

Мы быстро собрались и побежали вниз. Когда выписывались из номеров, попросили принести молока и хлеба домовому. Потом заскочили в такси и отправились к указанному лесопарку.

Избушку Бабы Яги мы нашли быстро. Тут правило простое: иди в самый густой участок леса. И мы пришли на поляну, где стояла избушка на курьих ножках. После классической фразы она повернулась, в окнах зажегся свет, дверь открылась.

— Кто тут шастает на ночь глядя? — Вот так сварливо встретила нас местная Яга.

Она стояла на пороге в обычном черном платье, из-под черного же платка выбивалась седая прядка. Но при этом она казалась моложе своих сестер, всего-то лет на пятьдесят. Лицо строгое и усталое, почти без морщин, нос крючковатый и наводит на мысли о Кавказе, хотя акцента не слышно.

— Прости за поздний визит, бабушка, — сказал я и поклонился, выказывая уважение. — Дело у нас срочное.

— Темный? — удивилась она. — Ты же в столице должен быть.

— Дела тут были. Но сейчас нам с другом срочно обратно надо. Беда с императором.

— Проходите. — Посторонилась Яга, пропуская нас в избу. Голос стал словно бы еще жестче, но и решительнее.

— У нас времени нет, — попробовал протестовать Даня.

Я сжал ему плечо, чтобы помолчал, и первым пошел внутрь. Если Яга не позвала Баюна сразу, а пригласила в дом, значит, есть причина.

— Поспешай медленно, — едва слышно посоветовал я другу.

Он вздохнул и пошел за мной.

Внутри избушка тоже мало отличалась от других. Разве что стол и печь поменялись местами. Яга молча указала на скамью у стола, а сама начала колдовать над печкой — кидала в огонь травы и шептала под нос заветные слова. В процессе принесла нам по кружке живой воды.

— Сказывайте, — потребовала она, продолжая кидать травы в печь. — Что там с императором?

— Не знаю как, но ему в волосы воткнули гребень Финниста. Слышала же про кражу? Иначе объяснить ту чушь, что он сегодня нес по телевизору, не могу, — коротко сказал я.

— Все слыхали про кражу. Царю нашему теперь сложно будет отмыться, — проворчала Яга. — А что эти штуки ваши, ну телефоны. Позвонить не судьба, чтобы вынул кто? Да и знаете, как вынимать?

— Звонили, но меня и слушать не стали, — проворчал Даня. — Так что нам срочно в Москву надо.

— Родственник вынуть должен, другой не нащупает, — сказал я. — Кровью окропить.

— Верно.

— Ольга, кажется, что-то поняла, но справится ли она с отцом, — добавил я.

— Сейчас в Навь пойдете. Котик мой отвезти вас не сможет. С Дэвами османскими подрался на днях —