Я тебя изменю?! - Алена Февраль

комнату и на мгновение замираю от увиденной картины. Андрей уже полностью разделся и теперь настраивает воду, стоя под душевой лейкой. Опустив глаза, я кидаю комок с робой в Свиридова и отворачиваюсь.

— Ты забыл! — бросаю и сразу намереваюсь уйти, но мужская ладонь успевает больно вцепиться в мой локоть.

— Охренела?! — выплевывает мужчина и дергает меня к себе.

От силы толчка я не удерживаюсь на ногах и заваливаюсь на Андрея. Пробую обрести опору и встать на ноги, но оказываюсь прижатой к стене душевой.

— Мне больно, — воплю я, когда мои плечи сдавливают его ладони.

— Ты охренела? — по слогам повторяет Андрей и я задираю голову, чтобы встретиться с его бешеным взглядом.

— Это ты охренел.., зверь. Пользуешься тем, что я слабее и не смогу тебе ответить.

— ЧТО? — быстро моргает Свиридов.

— Больно мне делаешь, а в ответ я ничего не смогу сделать.

Андрей, не ослабевая хватку, сильнее прижимается ко мне и шипит.

— Не может она… ну-ну… Не еби мне мозг, Женя, иначе…

— Что иначе..? Выгонишь меня? Изобьёшь? Что сделаешь?

Свиридов резко отпускает меня и отшатнувшись отворачивается. Он непрерывно мотает головой, а потом накрывает ее ладонями и очень тихо говорит.

— Дай мне помыться, Женя. Уматывай.

Только сейчас я замечаю, что из душевой лейки медленно течет вода. Мои шорты и футболка промокли, а я и не заметила.

Осторожно, чтобы не поскользнуться, я перешагиваю через порог душевой, но внезапно останавливаюсь. Отчего-то мои же слова «выгонишь меня» вклиниваются в сознание и от ужасной перспективы, которую я бездумно выплюнула, становится страшно.

— Я тебя люблю, — трусливо шепчу я и прижимаюсь щекой к его спине.

Тело Андрея и без того напряженное — каменеет.

— Я скучаю по тебе… очень.

Я пробую обнять его, но Свиридов ловит мои руки и не оборачиваясь говорит.

— Иди. Дай мне десять минут.

Глава 40

От обиды и накатившегося уныния я ложусь на матрас и, как назло, засыпаю. Проваливаюсь в сон и открываю глаза только на рассвете. В комнате полумрак и заглянув в телефон, с сожалением понимаю, что проспала шесть часов подряд и ни разу не проснулась. Через полтора часа — в семь тридцать — Андрей встанет по будильнику и уедет на работу. Разговора не будет и я снова буду злиться.

Оглядываюсь на мужчину и несколько минут неотрывно слежу за ним. Мерное дыхание, расслабленные черты лица — лоб гладкий, губы слегка приоткрыты, а ресницы немного подрагивают во сне. Очень хочется поцеловать его в губы именно таким и тем самым разбудить, но я сдерживаюсь. Опускаюсь на матрас и аккуратно прижимаюсь губами к огненной коже на груди. Дую на волоски и вдыхаю ни с чем несравнимый аромат мужского тела.

Прижавшись лбом к его плечу, я снова погружаюсь в фантазии. Представляю, как мы, через несколько лет, едем по дороге вдоль морского побережья и через зеркало заднего вида любуемся засыпающими детьми, которые утомились за день и теперь сладко сопят в креслах. Подъехав к дому у моря, мы переносим малышей в кроватки, а сами долго сидим на террасе — наблюдаем за закатом и целуемся. Андрей все время держит меня за руку и благодарит за счастье и любовь. В ответ я обнимаю любимого и говорю, что не представляю жизни без него и детей…

Из фантазий выныриваю, когда чувствую движение рядом. Поднимаю голову и встречаюсь с сонными внимательными глазами.

— Разбудила?

Свиридов отрицательно качает головой, продолжая гипнотизировать взглядом. Постепенно его лицо покрывается корочкой напряжения, а глаза темнеют.

— Хочешь меня? — снова шепчу я и у мужчины дергается кадык.

Он щурится и смотрит настолько пронзительно, что от одного этого взгляда на коже собираются толпы мурашек.

Не дождавшись с его стороны ответа или действий, поерзав на месте, я откидываю в сторону одеяло и опускаю глаза вниз. Тонкая ткань плавок не скрывает степень возбуждения мужчины и мое лицо начинает гореть.

Дрожащими пальцами, я трогаю каменную твердость и Свиридов вздрагивает. Из его рта вырывается хриплый стон, когда я начинаю гладит член указательным пальцем. На то, чтобы вытащить член из трусов у меня не хватает смелости, а вот гладить его получается всё смелее и смелее. Когда осторожно сжимаю ствол, Андрей дёргается, словно от удара и перехватывает мою руку.

— Не остановишься.., всё закончится прямо сейчас…

Его губы кривятся, а голос дрожит. Впервые вижу его таким… реальным что-ли… живым… без брони.

— А ты не хочешь?

— Что? — удерживая мою руку, хрипит мужчина.

— Кончить, — слетает с языка и я краснею от произнесенного вслух слова.

— Хочу, — с придыханием выталкивает из легких мужчина своё признание и я пододвигаюсь к нему ближе.

— Только через ткань, — бормочу в ответ и освобождаю ладонь из захвата.

Андрей откидывает голову на подушку и прикрывает глаза ладонью. Его грудь то опускается, то поднимается от частого и рваного дыхания, а с губ слетает неразборчивый шёпот.

Начинаю снова несмело — ласкаю, чуть касаясь ствола через тонкий хлопок. Постепенно смелею и снова беру его ствол в руку. Член подрагивает и словно живет своей жизнью.

— Тебе не больно? — тихо уточняю у Андрея.

— Нет, — приподнимая голову, хрипит мужчина и спрашивает, — освободи его, малышка…

Смущаюсь ужасно, но времени на передумать себе не даю. Осторожно высвобождаю ствол и откровенно любуюсь им. Конечно я его уже видела, но так близко впервые.

— Красивый, — шепчу через мгновение и занимаю коленно-локтевую позу, чтобы рассмотреть его ближе.

На задницу сразу опускается мужская ладонь и я на мгновение отвлекаюсь. Андрей больно сжимает полушарие и я выгибаюсь от удовольствия. Обхватив член, я начинаю изучать горячий бархат пальцами. Нежный снаружи и твердый внутри… Сжимаю его сильнее и одновременно с этим чувствую, как Свиридов входит в меня двумя пальцами.

— Мммм, — выдавливаю я и вожу пальцами по стволу — вверх-вниз, вверх-вниз.

Он слишком быстро имеет меня сзади. Громкое и частое хлюпанье режет тишину и я быстро теряю связь с реальностью. Сознание плывет, по ногам скользит влага и я уже сама насаживаюсь на его пальцы.

— Прошу, — срывается с губ и через мгновение мое тело содрогается в блаженных конвульсиях.

На мою руку, обхватывающую ствол, тут же ложится ладонь и пракиически сразу я чувствую его разрядку.

Практически одновременно — мелькает мысль и я отключаюсь.

* * *

Открываю глаза и понимаю, что снова проспала. И в кого я такая уродилась? Надо было родителям меня Соней назвать, а не Женей.

Свиридов стоит уже собранный на пороге и укладывает мокрую робу в пакет.

— Ты уже