Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 6 - Максим Шаравин

Я, Елена и Ли Юй подошли к прибывшим.

— Александр, можешь закрывать свой портал, — произнёс Михаил. — Этот будет работать столько, сколько потребуется. Сейчас ещё прибудут лекари и пара отрядов — обследуют всю территорию. Может, найдут выживших, соберут погибших… А их очень много… — Его голос дрогнул. — Таких потерь в одном бою у нас не было даже во время сражений с войсками узурпатора.

— Поэтому и надо торопиться, Михаил, — ответил я твёрдо. — Нельзя дать им подготовить новый удар — он может оказаться ещё сильнее и страшнее. Жертв может быть намного больше.

Я положил ему руку на плечо.

— Надо постараться, мой друг. Обязательно постараться.

Михаил медленно кивнул и устремил взгляд на стену, которую я воздвиг. В его глазах читалась не просто усталость — там тлела тревога, будто он пытался измерить не только высоту камня, но и цену, которую нам всем придётся заплатить.

— Ты можешь везде возвести такие стены? — спросил он, и в голосе прозвучала надежда, хрупкая, как первый лёд на осеннем ручье.

Я покачал головой:

— Нет. Я не смогу поддерживать их везде. А значит, толку от них особого не будет. В эту стену я влил очень много сил — она простоит пару недель. Потом мана иссякнет, и она уже не сможет сдержать напор, если твари захотят вырваться.

Я снова посмотрел на своё творение. Камень мерцал тусклым светом, словно дыша, но я знал: это лишь отголоски былой мощи. Стена — не спасение. Лишь передышка.

— Поэтому и надо восстановить укрепления, — продолжил я твёрдо. — Надеюсь, мы успеем закончить эту войну. И я смогу закрыть разломы раз и навсегда.

В голове пронеслись мысли — навязчивые, как набат. Замуровать входы в туннели? Нет… Так не выйдет. Временная мера, иллюзия безопасности. Разломы надо закрывать окончательно. Но для этого…

Я сжал кулаки, чувствуя, как под кожей пульсирует энергия.

— … надо решить вопрос с сёстрами и приспешниками демонов, — произнёс я, чеканя каждое слово. — Только потом — идти на нижние уровни. К стражам. К воротам в другой мир.

Михаил молчал. Ветер, пробиравшийся сквозь руины, шевелил его плащ, а в глазах отражался немой вопрос: «А хватит ли у нас времени? Сил? Веры?»

Я знал: он думает о погибших. О тех, кто уже не вернётся. О том, сколько ещё падёт, прежде чем мы доберёмся до сердца тьмы.

— Мы сделаем это, — сказал я, глядя ему в глаза. — Иначе зачем всё это?

Он наконец кивнул — на этот раз твёрже, будто мои слова дали ему опору.

— Да. Сделаем.

Я открыл портал в свою спальню.

— Нам с Еленой и Ли Юй надо отдохнуть и восстановить силы. Сейчас только утро — к вечеру мы будем снова готовы сражаться, Михаил. Даже нам требуется отдых. В любом случае мы всегда на связи.

Михаил кивнул. Девушки уже шагнули в портал, а я на миг задержался, чтобы ещё раз окинуть взглядом стоящих рядом с Михаилом Ярослава и князя Голицына.

— Ярослав, тебе тоже следует хорошо отдохнуть. Этот бой с монстрами и демонами вымотал всех.

Ярослав оторвал взгляд от стены, посмотрел на меня и кивнул. Я видел, как он измотан, — плечи ссутулились, под глазами залегли тёмные круги, — но в его взгляде по-прежнему горела упрямая решимость. Он был готов идти в бой прямо сейчас, несмотря ни на что.

Я вышел в спальне и закрыл портал. Ноги и руки затряслись от изнеможения — силы иссякли так резко, что я едва удержался на ногах. Сделав несколько нетвёрдых шагов, я направился в ванную.

Дверь была приоткрыта — изнутри пробивался приглушённый свет. Я переступил порог и замер на мгновение: под струями тёплой воды уже стояли Елена и Ли Юй. Их фигуры размывались в облаке пара, а на полу темнели пятна грязи и бурых разводов.

Я деактивировал браслет «Единства стихий» и шагнул под душ. Вода обрушилась на плечи, смывая грязь, кровь монстров и копоть. Она стекала по лицу, затекала в глаза, но я не отворачивался — напротив, подставил лоб, спину, ладони, словно пытаясь растворить в этих потоках не только физическую грязь, но и тяжесть пережитого.

Елена повернула голову, взглянула на меня. В её глазах читалась та же пустота, что сжимала моё сердце, — усталость, глубже любой раны. Ли Юй молча подвинулась, освобождая место.

Вода шумела, пар клубился, а в тишине ванной комнаты звучало лишь наше дыхание — неровное, прерывистое, но живое.

— Мы живы, — прошептала Елена, скорее для себя, чем для нас.

Ли Юй кивнула, не говоря ни слова. Её пальцы на миг коснулись моего запястья — лёгкий, почти неощутимый жест, но он сказал больше, чем любые слова.

Я закрыл глаза. Тёплая вода смывала следы битвы, но не могла смыть память. Не могла стереть образы павших, рёв демонов, треск разрушающихся стен. Но сейчас… сейчас хотя бы это — вода, тепло, присутствие тех, кто рядом.

Мы стояли под струями воды, пока пар не начал рассеиваться, а холод реальности не стал пробираться сквозь влажную кожу.

Мы вышли из душа, и я набрал Машу.

— Маша, прикажи принести нам в спальню еду: мясо, овощи, кофе.

Отключив связь, я сел в кресло за столиком у окна. Девушки, накинув халаты, сели рядом.

— Что дальше? — спросила Ли Юй.

— Михаил формирует армию. Если нас опять ничего не отвлечёт, будем штурмовать Беловежскую пущу и Уральскую священную рощу. Пора заканчивать с этими рассадниками тьмы. Думаю, Тёмный маг — сын Айры — тоже скрывается в Уральской священной роще, — я усмехнулся своим мыслям. — Пока все наши планы идут коту под хвост. Хотя… медленно, но верно мы двигаемся вперёд. Тем не менее за сёстрами мы не успеваем — что ждать дальше, неясно.

В дверь постучали. Я открыл. Слуги вкатили две тележки с едой и кофе.

Ели мы не спеша, погрузившись каждый в свои мысли. Еда возвращала силы, но требовался нормальный, глубокий сон.

Все были измотаны — хоть мана уже восстановилась, а регенерация залечила все раны. Но физический отдых всё равно оставался необходимостью, даже несмотря на то, что мы теперь могли обходиться без сна долгое время.

Тишину нарушал лишь стук столовых приборов и приглушённый шум из коридора. Я смотрел, как Елена машинально крутит в пальцах вилку, а Ли Юй то и дело прикрывает глаза, будто борется с наваливающейся дремотой.

«Сколько мы уже не спали по-настоящему? — мелькнула мысль. — Двое суток? Трое? Время слилось