Развод. Новый год. Здравствуй, новая жизнь! - Ксюша Иванова

Но Лев ведь обещал развестись... Да и непонятно вообще, кто там еще отец этого ребенка! Может, и не Маршал совсем.

Хорошие оправдания.

Ночью они казались вполне себе убедительными.

Сейчас почему-то выглядят не очень.

В голову лезут всякие народные мудрости - типа, на чужом несчастье счастья не построить... И всё такое.

Нет. Всё! Так нельзя! Пора как-то уже закругляться с этим безобразием!

Решительно снимаю с себя его руку, укладываю на диван рядом с собой. Тихонько выползаю со своего места. Встаю.

Диван предательски скрипит.

Испуганно оборачиваюсь.

Встречаюсь с открытыми глазами Льва. Взгляд у него настороженный, как будто он ждет чего-то плохого.

-Нео, - хриплым сонным голосом, от которого по всему моему телу бегут мурашки. - Не уходи, пожалуйста...

Нео, в самом деле! Всё уже случилось.

Да, вы нагрешили по полной, но... Если ещё разочек это сделаете, то хуже уже точно не будет. Ну, не будет хуже!

А он такой... Он такой красивый. Он такой... Он милый, когда сонный. У него такие глаза...

А еще он так жадно и с таким восхищением смотрит, словно видит перед собой не меня, а какую-нибудь красавицу-модель!

И мне даже не стыдно за то, что я голая.

Я просто не могу уйти! Ну, вот хоть стреляйте в меня!

Хотя нет, конечно, я уйду. Естественно. Пора бы уже и честь знать! Но не сию же секунду!

Прикусив губу, становлюсь на колени рядом с ним.

Приподнимает одеяло приглашающим жестом, давая возможность моему взгляду скользнуть вдоль его обнажённого тела и, конечно, углядеть, что там, где надо, там уже все готово к новому раунду греха.

Ложусь щекой ему на грудь.

Веду пальцем по линии челюсти. Палец ощущает мягкую щетину. Ловит его губами, втягивает в рот. Целует в ладонь.

-Угадай, что я загадал на Новый год!

-Мы же желание не писали и в шампанское не бросали под куранты.

-Это было главное условие? - притворяется испуганным. - Да как же так? Да что же теперь делать? Всё пропало!

-Ну, что? Что ты загадал? - целую его в челюсть, туда, где только что гладила.

-Загадал, чтобы всегда просыпаться по утрам с тобой. А ты?

-А я...

Мне хочется пошутить и сказать, что я себе пыталась загадать амнезию, чтобы забыть те безумства, которые мы тут творили.

Но... Я не хочу об этом забывать! Нет! Наоборот. Я хочу помнить это всегда. Помнить, как может быть хорошо с мужчиной. Помнить, как это - заниматься сексом с мужчиной, которого любишь.

Я не могу обидеть его сейчас. Даже в шутку!

-А я загадала, чтобы просыпаться с тобой...

41 глава. История Дурошлепа

Раздавленной кошкой с болезненными гримасами выползаю из постели.

На этот раз Маршал даже не просыпается.

А мне казалось, он никогда не устает...

Но нет - спит себе спокойно, не реагируя на движения рядом.

Полюбовавшись его широкими плечами. И не только ими. Сбегаю в ванную.

Перед этим прихватив свои вещи.

Хочется, конечно, надеть что-то другое, не свою уже несвежую одежду. Но чтобы что-то найти, нужно порыться в шкафах Льва. А будить его никак нельзя.

Долго стою под тёплым душем, чувствуя, как тело немного приходит в себя.

Да-а, Нила, ты уже и забыла, что такое настоящий секс. Потому что то скучное и унылое нечто, чем ты занималась несколько недель назад с Бедаевым, можно уже вычеркивать из памяти. Оно не должно занимать место достойных воспоминаний.

Вот то, что было этой ночью, нужно положить... нет, конечно, не на самую видную полочку памяти, но все же.. Так, чтобы время от времени доставать и...

Содрагаюсь, воскрешая в памяти особенно яркие картинки.

Потом осторожно пересекаю комнату, стараясь не издать ни шороха, ни скрипа. Мысленно посмеиваюсь - Маршал ночью утверждал, что он очень-очень чутко спит!

Открываю дверь и практически нос к носу сталкиваюсь с бабулей.

-Ох, Анна Вениаминовна! Вы меня напугали! - быстренько выскакиваю за дверь и закрываю её.

-Ой, Нео, - бабуля, кажется, сегодня впервые сама вспоминает мое имя. А может, не меня саму вспоминает, а то, как вчера меня называл Лев? Это, пожалуйста, вероятнее. - А я подслушиваю.

Что?

Ну, и как на такое откровенное признание реагировать?

Сказать, что так нельзя?

Но я, честное слово, просто вот физически не могу поучать эту женщину!

Посмеяться? Но кто её знает, может, она уже часа как два на посту?!

Пока я хлопаю глазами, отчаянно краснея и размышляя, могла ли она что-то постыдное подслушать или нет, Анна Вениаминовна решает продолжить.

-Подслушиваю, не уехала ли ты, сударыня, от нас ночью. Не бросила ли на произвол судьбы, горемычных.

А! Прослушка была этой целью!

-Ничего вы не горемычные. У вас вон, - киваю на дверь. - Лев есть.

-Да, - со знанием дела, глубокомысленно кивает она. - Лев у меня чудо. Сама воспитала. Да только не везёт ему по жизни.

Тяжело вздыхает и, подхватив меня под локоть, увлекает в сторону кухни.

-Ему бы такую женщину, - сообщает заговорщеским шепотом. - Как ты. Умную, красивую, под стать ему. Чтобы уважала его, заботилась о нём. Чтобы детишек ему нарожала.

-Анна Вениаминовна, - затрагивать эту тему мне сложно. Потому что только идиот не догадается, что ночью между мной и Маршалом что-то было. А его бабуля, несмотря на некоторую эксцентричность, далеко не глупый человек. - А почему вы так... хмм... немного недолюбливаете Изабеллу?

-За что я ее немного недолюбливаю? - старушка садится на свой любимый стул за убранный стол с чашками и порезанным, явно не тронутым вчера тортом. Наливает чай сначала мне, потом себе.

-Да.

-За то, что она не любит Лëвушку.

-Но как вот вы это поняли? Что она не любит! С чего взяли.

-С того, что... Ну, вот как думаешь, я люблю Дурошлепа своего?

Сложный вопрос.

Учитывая то, как она над ним посмеивается и как отчитывает за малейшую провинность...

На руки ко мне с разбегу запрыгивает Шаман. Начинает тереться своей лобастой мордой о мое лицо, вставая на задние лапки.

-Вот и Шамка тебя возлюбил. А он, знаешь ли, скотинка неглупая. Знает, кому в тапки ссать, а кому мышей носить.

Да просто я всегда любила кошек! А они меня. Но у Бедаева, как назло, аллергия на шерсть. И я даже такой возможности обрести любящие существо была лишена.

-Ну, вот смотри. Поехала я в санаторий,