Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты - Михаил Николаевич Кисличкин

— Порадовала старуху, девочка! Ох и порадовала! Молодец, благодарю за службу! — улыбнулась стратега. — Это же надо такое придумать и довести до ума за настолько короткий срок! Вот что значит настоящая асталийская официра! — гордо сказала «генеральша», обернувшись к своей свите. — Смотрите и учитесь! На таких официрах держится наша армия! Так, стоп, — вдруг сказала она, снова посмотрев на Тейму и остановившись взглядом на её погонах. — А почему ты всего лишь ведьма-тактик, девочка? Выслуги нет? Были взыскания по службе?

— Никак нет, госпожа! — отчеканила Тейма. — Выслуга семь лет, взысканий не имею!

— Тогда почему?

— Вероятно, находились более достойные кандидатки на повышение, — дипломатично ответила комбата, потупив взгляд.

— Безобразие! — Громко сказала стратега. — Это же форменное безобразие! Продвигают кого попало, а достойные официры тянут лямку без малейшего поощрения. Запишите немедленно — комбату Тейму Рею немедленно повысить до старшего тактика! — скомандовала «генеральша». — И завтра же документы мне на подпись!

— Осмелюсь доложить, госпожа, работала над «корсетом» не я одна, — сказала Тейма. — Много усилий приложили командиры двух других боевых групп — комбата первого батальона Нейма Мага и комбата пятого батальона Ария Цвея. И парни тоже очень старались.

— Повысим и их. За такое не жалко, — кивнула «генеральша». — Очень уж меня ваш «град» порадовал. Да и «ФАБ» тоже впечатлил! Запишите — Нейму Магу и Арию Цвею произвести в следующее звание. Да и вот ещё — снова обратилась к свите «генеральша». — Выпишите единовременные премии отличившимся — Тейме Рее полторы тысячи талов, а остальным комбатам по тысяче, — старшая стратега была сегодня явно в хорошем настроении. — А парни… хм… чем же можно поощрить парней? — задумалась «генеральша». — Купите им тортик, что-ли? И в магазин свозите, пусть они себе какие-нибудь цветастые модные штаны выберут, — с улыбкой посмотрела она на нас. — Парни у вас симпатичные, комбата. Щекастенькие такие, как щеночки… Только вот этого, — ткнула «генеральша» пальцем в Кима, — кормите получше, а то он совсем худой. Ну всё, спасибо за службу, официра. Нам пора…

Глава 13

На обратном пути с полигона Тейма выглядела чрезвычайно довольной. Так же как и Нейма с Арией. Три комбаты оживленно переговаривались, много шутили и улыбались, ещё раз в деталях вспоминая сегодняшнее представление и радуясь долгожданному повышению и будущей премии. Мы тоже перекинулись парой слов с Кимом, но большую часть пути я сидел в грузовике молча, ёрзая на узкой деревянной скамейке и подпрыгивая задницей на ухабах. Хорошо ведьмам: они устать не успели, наоборот — чувствуют прилив сил, а меня сегодняшние заклятья несколько вымотали, все же «корсет» частично тянет энергию из оператора.

Но мрачнее всех выглядел Петрович. На кислое лицо нашего «ветерана» даже обратила внимание его комбата.

— Тимофей, а почему ты у меня такой унылый? — спросила его Ария. — Устал или болит чего?

— Со мной всё хорошо, госпожа, — мотнул головой Петрович.

— Точно? Если что не так, ты скажи, я…

— Да нормально всё. Не обращайте внимания.

— И всё же? Наверное, ты на стратегу обиделся? — задумалась вслух ведьма. — В самом деле, неудобно вышло. Нам и звания и деньги, а от вас тортиками решили отделаться. Еще и «щекастенькими» назвали. А вы, парни, и в самом деле отлично поработали! Но ты пойми, она ведь ведьма совсем старой закваски. Во времена её молодости мужчин не то, что в армию…их даже в школу не пускали, считали, что нечего парню умничать.

— Да мне на это вообще плевать, — скривился Петрович. — Я уже понял, что у вас тут мужиков за людей не держат.

— Неправда! — вспыхнула Ария. — Мы вас любим!

— Ласковую кошку в семье тоже любят. Гладят, лечат, в мордочку целуют, кормят повкуснее. Только она всё равно остается кошкой. Но я не об этом, — хмыкнул ветеран. — И к вам лично, девушки, я отношусь просто замечательно! Я о том, что слишком мягко стелет стратега. И говорит слишком много красивых слов, которые вообще ни хрена не стоят. Как бы в итоге жестко спать не оказалось. Я всякого начальства повидал и скажу так — плохо когда барин тебя не любит. Но когда чересчур любит, это бывает еще хуже. Как бы вас потом отрабатывать эти звездочки в позе раком не заставили, госпожи комбаты. И нас с парнями заодно вместе с вами. Нехорошие у меня предчувствия…

— Ты слишком мрачно смотришь на жизнь, Тимофей, — вмешалась в разговор Тейма. — Нельзя во всем видеть только что-то плохое. Мы отлично выступили, нас заметили и оценили. И кому как, а мне новая звездочка на погонах точно лишней не будет, даже если я не стану продлять контракт. Знаете что, девочки и мальчики! — вдруг улыбнулась моя комбата. — У меня есть отличная идея! Давайте в эти выходные устроим себе праздник? В честь успешного испытания «корсета»? Отдохнем вместе, только мы вшестером? Я поговорю с Танией, чтобы она разрешила парням увольнительную на семьдесят два часа. В конце-концов, стратега велела вас в магазин за штанами свозить и тортик купить. Соберемся у меня дома, во дворе мяса пожарим, купим вам сладкой наливки, а нам с комбатами немного вокки? Поговорим о том и о сём…

— Неплохая мысль, — заметила Нейма. — Мы с Кимом готовы. Верно, Кимыч? — потрепала она корейца по голове.

— Я за любую движуху кроме голодовки, — пожал плечами парень. — А за шашлыки на природе тем более.

— Я тебя накормлю, золотце мое, — ласково и одновременно хищно, словно лисица на петуха, посмотрела на Кима Нейма. — Не переживай, всё будет.

— Я бы тоже за ограду части выбрался, — согласился я. — Хоть на мир посмотрю. Надоело тут торчать.

— Тимофей, а ты как? — осторожно спросила, покосившись на своего подопечного Ария.

— Возражений не имею, — развел руками Петрович.

Сказано — сделано. Не знаю, о чем и как говорила с командирой полка Тейма, но к выходным документы на нашу увольнительную были подписаны Танией. Разумеется, выпускали нас только в сопровождении наших комбат,