Хикикомори 2. Адаптация - Агни Тлеющий

И его сила… Она никуда не делась! Просто немного… неконтролируема в этом хрупком мире. И Джо бесится! Он хочет обратно в Ад, к привычному хаосу, или хочет устроить хаос здесь! Но пока разбирается с ограничениями человеческой формы.

Я представил кадры:

Джо(или уже Сатоши?) идет по улице. На него косо смотрит гопник. Джо мысленно: «Сгори!». Гопник вспыхивает синим пламенем и превращается в кучку пепла.

Джо: «Ой. Опять переборщил. Надо бы мощность убавить… или не надо?»

Треш! Кровь! Пепел! И зритель будет доволен, наверное.

Урок физкультуры. Джо ненавидит человеческую слабость. Он пытается пробежать стометровку… и случайно разгоняется до сверхзвука, оставляя за собой трещины в асфальте и опрокинутых учеников. Адреналин! Драйв! Разрушения!

А эротика? Легко! Джо, будучи древним демоном, понятия не имеет о человеческих нормах приличия. Он может запросто материализоваться голым посреди женской раздевалки потому что энергетика там «интересная»…

Или сжечь одежду надоедливой одноклассницы, которая его достала, оставив ее в чем мать родила. И все это с его каменным, демонически-равнодушным лицом, пока бедный Сатоши в глубине сознания орет от ужаса и стыда.

Да! Это же ИДЕАЛЬНО! Кроваво? Очень! Зрелищно? Максимально! Пафосно? Самый что ни на есть демонический пафос! Трешово? До невозможности! И все полюбившиеся читателям элементы — взрывы, разруха, неуместная нагота, туповатый юмор — будут на месте!

Кажется, я нашел это! Ту самую, бьющую по мозгам концепцию!

«Демон Джо: Ад в старшей школе!» Или «Джо из Преисподней: Адский гарем!» О да!

Я чуть не подпрыгнул от восторга в кресле, едва не расплескав остатки кофе. Руки сами потянулись к графическому планшету. Хотелось немедленно набросать Джо — высокого, с пронзительными красными глазами в обычном школьном лице Сатоши, с едва видимым ореолом адского пламени вокруг глаз…

Джо будет очень крутым. Ни капли стеснения или самобичевания. Только необузданная самоуверенность, даже если он не прав.

Мой взгляд упал на диван. На Кимико. Она сладко посапывала, уткнувшись носом в мой плед. Время на часах — без пятнадцати двенадцать. Полночь на носу, а она тут. Спит. И я… я понятия не имею, что с этим делать.

Пожалуй Джо может немного подождать. Нужно все-таки как-то поднять эту засоню…

Попытка номер два — Толкнуть сильнее? Крикнуть? Рискованно. Может испугаться, заорать, подумает бог знает что.

Поиск Телефона? Сумочка валялась рядом с диваном. Я пригляделся. Она была полуоткрыта. Там мелькнул край телефона, но лезть в девчачью сумочку? Это как совать руку в логово монстра. Там могут быть… страшные вещи. Помады. Зеркальца. Непонятные штучки. Я не готов. Да и я не шарюсь в чужих вещах.

Тактика Выжидания? Просто ждать? А если она проспит до утра? А если ее родители вместе с полицией вломится в дверь как раз в тот момент, когда я попытаюсь утром напоить ее чаем?

Я вздохнул, поставил пустую кружку на стол. Идея с Джо горела во мне, требуя выхода, но спящая Кимико была осязаемой проблемой, блокирующей мой единственный диван и мой душевный покой. Я уставился на экран, где уже мысленно возникал образ демона Джо.

Потом перевел взгляд на спящее лицо Кимико. Два параллельных мира: трешово-адский сюжет и нелепая бытовая дилема.

Ладно, Джо — мысленно сказал я новому герою — Погоди немного. Сначала надо разобраться с этим… Сном красотки.

И в этот самый момент Кимико громко крякнула, потянулась как кошка и… открыла глаза. Мутные, сонные, дезориентированные.

Девушка медленно села, оглядывая мою комнату с видом первооткрывателя новой планеты. Плед сполз с ее плеч, снова демонстрируя мне ее короткий топ и открытый животик. Ее взгляд скользнул по моему монитору, на котором я в панике свернул все окна зачем-то, затем по планшету в моей замершей руке, и наконец… Остановился на мне.

— Кайто-кун? — ее голос был хриплым от сна — А… сколько времени?

Я замер. Демон Джо, помоги! Сожги эту неловкость! Жаль, но Джо был всего лишь идеей, а передо мной была реальность в лице сонной, слегка помятой и очень смущенной Кимико. А еще темная и тихая ночь за окном.

Я не успел ответить.

Девушка моргнула пару раз, оглядывая мерцающий монитор… Потом ее взгляд упал на большие цифровые часы в углу экрана.

[23:49]

Тишина повисла на долю секунды. Потом глаза Кимико округлились, став размером с онгири.

— Чего⁈ Уже двенадцать⁈ — она резко села, скинув с себя плед — Полночь⁈ Кайто-кун, ты почему меня не разбудил⁈

* * *

Глава 14

Ночь. Улица. Маньяк

* * *

Я съежился под взглядом Кимико, он был полон сонной паники.

— Я… я пытался! Ты только перевернулась и сказала «пять минуточек»! А потом ты… уснула снова! — оправдывался я, чувствуя себя полным идиотом — Я не хотел тебя пугать или толкать сильнее…

— Домой… — прошептала она, в ужасе глядя на окно, за которым царила кромешная ночь — Мне надо домой… Прямо сейчас… Родители, наверное, уже все морги обзвонили…

Она вскочила, но тут же схватилась за голову.

— Ух… Кажется, я немного перебрала с коктейлями…

— Кимико, стой! — я встал, преграждая ей путь к двери, хотя сам боялся этого шага — Посмотри на время! Твои родители… Они же убьют тебя! Или меня! Или нас обоих!

Она замерла, и я увидел, как по ее лицу пробежала тень страха перед отцовским гневом и материнскими бесконечными, удушающими лекциями о поведении. Ее плечи опустились.

— Ох… Ты прав — вздохнула она с горечью — Папа взорвется. Мама устроит трехчасовой монолог о моей безответственности, о том, что я «всего лишь ребенок»… — она чуть наморщила носик — Но я ведь не ребенок! Мне почти двадцать! Я могу сама решать!

Она метнулась к своей сумочке, валявшейся у дивана, и выудила оттуда телефон. Экран ярко вспыхнул, освещая ее напряженное лицо.

— О боже… — прошептала она — 12 пропущенных от мамы и папы.

Она провела пальцем по экрану, и я увидел, как бледнеет ее кожа.

— Забыла убрать с беззвучного после кафе… — она закатила глаза и вздохнула — Ну дура же…

Она снова глубоко вдохнула, прогоняя остатки сна и паники. Откашлялась, явно собираясь с духом, и ткнула в экран. Звонок. Тишина в комнате стала звенящей, я сделал спокойную музыку потише. Замер, прислушиваясь к каждому звуку, сердце колотилось где-то в горле.

— Мам? — голос