Критическая масса: Атом и геополитика - Андрей Сизов

От того, насколько убедительными, оперативными и эффективными будут ответы на вызовы атомной энергетики, зависит, сможет ли этот вид генерации стать неотъемлемой, критически важной частью углеродно-нейтрального мира.

Если говорить об инновациях, позволяющих решить проблему ОЯТ, то это прежде всего реакторы IV поколения, включая солевые установки и установки на быстрых нейтронах, позволяющие эффективнее использовать топливо, работая в режиме замкнутого цикла и существенно сокращая объем неперерабатываемых отходов.

Схожие возможности открывает более широкое внедрение ММР. Некоторые модификации таких установок допускают повторное применение ОЯТ либо менее радиоактивные альтернативы урану, например торий.

Использование в качестве охладителя воздуха или жидких металлов позволит снизить объемы воды с содержанием радиоактивных элементов.

Наконец, многие страны разрабатывают и совершенствуют технологии хранения ядерных отходов на большой глубине в скальных породах. Экологические риски этого ноу-хау существенно ниже, чем при хранении ЯО в контейнерах, расположенных недалеко от поверхности Земли.

Несомненно, прорывом в решении проблемы радиоактивных отходов станет ожидаемая в середине XXI в. коммерциализация термоядерной энергетики.

Иными словами, научившись управлять энергией уже не распада ядер, а их синтеза, человечество получает не просто высокорентабельную, но и чистую (с минимальными издержками для окружающей среды) генерацию.

Немаловажную роль в обеспечении безопасности атомной энергетики может сыграть ИИ. Повышение уровня автоматизации и цифровизации процессов управления реактором и другими ядерными объектами снижает вероятность ошибки из-за человеческого фактора. А роботизация позволяет минимизировать задействование персонала в тех зонах АЭС, которые меньше защищены от воздействия радиации и где, соответственно, выше риск неблагоприятных последствий для здоровья сотрудников.

С учетом острой заинтересованности цифровых гигантов в наличии мощных генераций, способных обеспечивать бесперебойные поставки электроэнергии и при этом не сопровождающихся сколько-нибудь значительными выбросами парниковых газов, мы видим базу для тесного долгосрочного взаимовыгодного сотрудничества между лидерами мировой IT-индустрии и ведущими атомно-энергетическими концернами.

За последние пять десятилетий за счет использования атомной энергетики удалось избежать выброса около 70 гигатонн двуокиси углерода[183]. Не будет преувеличением допустить, что именно благодаря вкладу АЭС в целом за тот же период эмиссия CO2 сократилась на треть[184].

Согласно подсчетам МАГАТЭ, сделанным на основе исследований МГЭИК, это позволит, в зависимости от структуры глобального энергобаланса, удержать повышение температуры на планете в пределах 1,5 °C.

В свою очередь, для обнуления выбросов к 2050 г. потребуется более чем в 2,5 раза увеличить общую мощность работающих в мире АЭС – примерно до 950 ГВт[185].

По прогнозам Агентства по ядерной энергетике при ОЭСР, полномасштабная эксплуатация уже существующих и строительство новых реакторов обеспечит к 2050 г. сокращение выбросов на 87 гигатонн[186]. При этом непосредственно к середине века, в случае ставки на атомные генерации, ежегодные темпы падения объемов эмиссии парниковых газов будут сопоставимы с годовым углеродным следом, оставляемым сегодня экономикой США.

Международное энергетическое агентство также отмечает растущий вклад атомной энергетики в декарбонизацию[187].

Необходимо подчеркнуть, что наряду с выработкой электроэнергии АЭС могут производить зеленый водород – экологически чистое топливо для промышленности и транспорта, использование которого также способствует декарбонизации.

С учетом изложенного вполне логично и ожидаемо, что во мнении жителей многих стран скепсис и негатив в отношении ядерной энергетики сменяется более конструктивным подходом. Яркий пример – Германия, где после аварии на АЭС «Фукусима–1» был взят курс на сворачивание национальной атомно-энергетической программы. Теперь Берлин пересматривает это решение. Хотя не исключено, что такой поворот обусловлен не только стремлением следовать зеленой повестке, но и энергетическим кризисом, в котором оказалась немецкая экономика после фактического отказа от импорта российских энергоносителей. Показательно, что, по данным Bild, «американские компании с большим интересом изучают стоимость повторного ввода в эксплуатацию немецких АЭС»[188]. Очевидно, что для администрации Дональда Трампа участие США в реанимации немецкой атомной энергетики представляет интерес еще и с геоэкономической точки зрения. Особенно на фоне заметного ухудшения американо-европейских отношений.

В мае 2025 г. парламент Бельгии подавляющим большинством проголосовал за законопроект, отменяющий принятый 22 года назад закон, предписывавший прекратить производство атомной энергии[189]. Тогда, в 2003 г., в стране работали восемь реакторов, обеспечивавших около половины национальных энергопотребностей. Но срок их службы подходил к концу, а новые АЭС решено было не строить.

Рис. 45

Доли атомной и возобновляемой энергии в структуре производства

Источник: IIASA (2022) и IPCC (2022a)

Теперь даже бельгийские зеленые поддержали отмену атомно-энергетического эмбарго, учитывая влияние высоких цен на энергоносители на конкурентоспособность страны и стоимость жизни граждан. А министр энергетики Бельгии Матьё Биэ отметил «возможность гарантировать энергетический баланс, соответствующий современным реалиям», ссылаясь в том числе на «текущую геополитическую неопределенность»[190].

Надо отметить, правда, что новый законопроект сам по себе не позволяет строить новые АЭС, но может стать основой для их дальнейшей легализации.

Между тем для Франции атомная энергетика – ключевой инструмент достижения углеродной нейтральности. Ведущая французская энергетическая компания EDF заявила о намерении стать «мировым лидером по производству низкоуглеродной электроэнергии» и сократить выбросы CO2 до нуля к 2050 г.[191]

Наконец, Китай, прежде всего за счет масштабного строительства новых реакторов, стремится снизить зависимость от ископаемого топлива и обеспечить выполнение обязательств по сокращению выбросов.

В общей сложности уже 25 стран обязались утроить мощности своих атомных генераций к 2050 г. А в официальных документах 30 стран этот вид генерации обозначен как обеспечивающий цели декарбонизации и устойчивого развития.

В связи с чем важно отметить, что признание экологической чистоты атомной энергетики, помимо прочего, позволяет соответствующим проектам получать финансирование на более выгодных условиях, включая доступ к различным государственным программам поддержки низкоуглеродных технологий.

Заключение

С одной стороны, сегодня перед атомной энергетикой открываются новые перспективы в связи с декарбонизацией и острой потребностью растущих экономик в стабильных и мощных, но при этом экологически чистых генерациях. С другой – в общественном мнении многих стран до сих пор сильны опасения по поводу безопасности ядерных технологий и существующих методов хранения и утилизации радиоактивных отходов. Что не может не отражаться на решениях национальных правительств по поводу целесообразности развития или, наоборот, сворачивания атомно-энергетических проектов.

Модернизация существующих генераций, разработка реакторов нового поколения и типов, инновации, связанные с ОЯТ, могли бы развеять многие (если не все) фобии, касающиеся атомной отрасли. Но для этого нужны значительные инвестиции, причем – в силу своего масштаба – скорее со стороны государства, нежели частного бизнеса. Таким образом, мы опять упираемся в необходимость проявления политической воли. Получается замкнутый круг.

Ведь для того чтобы повысить (в идеале до максимума) степень