Англия и США – великие пиратские империи - Александр Борисович Широкорад

Прибывшим англичанам султан заявил, что условия капитуляции не могут быть распространены на Палембанг, и отказался подписать договор о признании британского господства над султанатом. Тогда Раффлз послал туда карательную экспедицию под командованием начальника британских вооружённых сил в Индонезии полковника Гиллеспи. В апреле 1812 г. Гиллеспи занял столицу Палембанга. Вместо бежавшего султана на трон был возведён его брат.

В мае 1812 г. новый султан заключил с англичанами договор, по которому передавал в полное владение Великобритании находившиеся под его властью острова Банка и Биллитон – центры добычи олова. В обмен на уступку этих островов англичане согласились с тем, что все заключённые ранее Палембангом договоры и соглашения должны быть аннулированы, и гарантировали невмешательство британского правительства в дела султаната.

Внимание британского губернатора Явы привлекал и остров Борнео. В 1811 г. Раффлз заключил договор с Банджермасином, султан которого уступил Великобритании права на бывшие голландские форты и княжества на побережье. Вслед за этим Раффлз, воспользовавшись раздорами между расположенными на Борнео государствами Самбас и Понтианак, заставил султана последнего принять к себе британского резидента.

В 1813 г. британский флот захватил Самбас. Султан Самбаса был вынужден подписать с англичанами договор, по которому согласился на присутствие при своем дворе британского представителя. Бруней, ещё один султанат на Борнео, заключил с Великобританией торговый договор. К концу 1813 г. британское влияние распространилось на все побережье Борнео, за исключением Сабаха.

Остров Бали также находился среди территорий, которые Раффлз планировал поставить под контроль Великобритании. В 1814 г. он решил послать на Бали военную экспедицию, предупредив её командующего о том, что ему не следует заключать какие-либо политические соглашения. Это объяснялось новыми распоряжениями, полученными Раффлзом из Бенгалии и предписывавшими прекратить назначение резидентов. В конце концов военной экспедиции не потребовалось. В том же году Раффлз все-таки отправил на остров своего представителя, поручив ему защищать британские интересы в государствах Бали.

Все прежние владения Голландии на Малайском архипелаге были теперь под властью английской Ост-Индской компании. Взимание таможенных сборов и торговля опиумом стали исключительным правом англичан.

В 1813 г. Голландия освободилась от власти Наполеона. Между Великобританией и Голландией начались переговоры о колониях. Итогом этих переговоров стала двусторонняя конвенция, подписанная 13 августа 1814 г. в Лондоне. По её условиям англичане возвращали Голландии все её владения на Малайском архипелаге.

Хотя Великобритания и обязалась вернуть голландские колонии их прежним владельцам, при фактической передаче этих территорий возникло немало сложностей. Между британскими и голландскими чиновниками в Ост-Индии существовали перманентные трения, постоянно таившие в себе опасность похолодания атмосферы англо-голландских связей и на европейском континенте. Приобретение Раффлзом острова Сингапур и многочисленные жалобы друг на друга, посылавшиеся в Европу представителями обеих стран на Востоке, убедили британское и голландское правительства в необходимости решить, наконец, спорные вопросы на договорной основе.

Англо-голландские переговоры по колониальным проблемам длились с 1820 по 1824 г. 17 марта 1824 г. они завершились заключением Лондонского договора, который впредь должен был регулировать торговые и территориальные отношения между двумя странами в Юго-Восточной Азии. Новый договор обеспечивал Великобритании свободу торговли в голландских владениях на Малайском архипелаге. Индонезия была признана голландской сферой влияния, а Малайя – британской.

Глава 12

Путешествие Наполеона в Египет и обратно

Египет ещё во времена Крестовых походов был приоритетной целью французских королей, феодалов и купцов. Как заметил Альберт Манфред: «С того времени, как Лейбниц подал Людовику XIV совет овладеть Египтом, идея эта на протяжении всего восемнадцатого столетия не переставала занимать государственных деятелей и некоторых мыслителей Франции»[21].

В XVI–XVIII веках купцы и судовладельцы Марселя, Тулона и других средиземноморских портов Франции имели обширные связи с Египтом и другими странами Леванта. Шарль-Ру считал, что в среднем в XVIII веке объем ежегодной торговли между Францией и Египтом приближался к 5,5млн пиастров[22].

Министр иностранных дел Французской республики Талейран в докладе Институту 3 июля 1797 г. «Мемуары о преимуществах новых колоний в современных условиях» прямо указывал на Египет как на возможное возмещение понесенных Францией потерь.

Формально Египет был частью Оттоманской империи. Однако в середине XVII века мамелюкские беи добились значительной степени автономности от Константинополя. Султану ничего не оставалось делать, как автоматически утверждать назначение очередного бея.

Надо ли говорить, что на Египет имели свои виды и «просвещенные мореплаватели». Наполеон в своих мемуарах писал: «В 1775 г. мамелюки заключили договор с английской Индийской [Ост-Индийской.– А.Ш.] компанией. С этого момента французские торговые дома подвергались оскорблениям и всяческим унижениям. По жалобе Версальского двора Порта в 1786 г. направила против беев капудан-пашу Хасана; но со времени революции французская торговля вновь стала подвергаться преследованиям. Порта заявила, что она тут ничего не может поделать, а мамелюки – „люди жадные, безбожные и мятежные“, и дала понять, что отнесется к экспедиции против Египта терпимо – так же, как отнеслась она к экспедиции против Алжира, Туниса и Триполи»[23].

Мармон писал, что со времени итальянской кампании поход в Египет был любимым детищем Бонапарта. «Европа – это кротовая нора! Здесь никогда не было таких великих владений и великих революций, как на Востоке, где живут шестьсот миллионов людей»[24].

Итак, совпали интересы торговой буржуазии и грандиозные планы генерала Бонапарта. Ну а Директория была довольна любому исходу кампании: оккупация Египта – хорошо, а гибель или пленение честолюбивого генерала – просто великолепно. В портах Тулон, Марсель, Корсика, Генуя и Чивита-Веккия было собрано 13 кораблей (линейных), 9 фрегатов, 11 корветов и авизо, а также 232 транспортных судна. На них разместился десант – 32 300 человек и 680 лошадей. Зато транспорты везли упряжь на 6000 лошадей в расчёте на будущие трофеи.

Готовясь к Египетскому походу, генерал Бонапарт провёл грандиозную «операцию прикрытия». Так, 7 февраля 1798 г. он писал военному министру, что собирается посетить побережье Канала близ Дюнкерка, послав в то же время Клебера и Дезе в Гавр и Брест. Из Дюнкерка он 12 февраля отправил инженеров осмотреть Булонь, Этампль, Амблетез и Кале – порты, которые он пять лет спустя в своих более серьёзных проектах вторжения в Англию предполагал сделать базами этой операции.

Одновременно два других инженера были посланы в Голландию просить об оказании помощи разного рода.

Бонапарт планировал обосноваться в Египте всерьёз и надолго. Поэтому он не забыл даже… большую комиссию из 167 ученых и инженеров. Комиссия состояла из академиков Монжа и Бертолле, Доломье, Денона; главных инженеров путей сообщения Ленэра, Жирара; математиков Фурье, Костаза, Корансеза; астрономов Нуэ, Бошана и Мэшена; натуралистов Жоффруа, Савиньи; химиков Декостильса, Шальпи и Делиля;