Ответный удар - Демьян Копьёв

— Послезавтра начнется операция. Не забыл, что отправляешься в Изморозь? Ты куда свою ошалевшую прабабку денешь? Одну в своей квартире оставишь? Ее как минимум месяц придется в себя приводить. Митину, Саворской и Теслер можно доверять, так что неофициально проси у них помощи. Одному все равно не справится, но Стас, давай не пороть горячку. Сначала продумай что да как, а потом уже действуй, и не сейчас, а после Изморози. Вернешься, возьмешь заслуженный отпуск и занимайся «семейными делами».

— Я так и собирался, но на кладбище съезжу. Хоть могилу найду.

— Новиков, — предостерегающе произнесла Улыбка.

— Никаких действий предпринимать не буду. Обещаю, — постарался успокоить темную ведьму.

— Смотри мне, — погрозила пальцем Надежда, — Не разочаруй.

— Ни в коем разе.

Выходя из кабинета, столкнулся с Антиповым.

— О, Стас, уже уходишь?

— Да, как видите.

— Я так понимаю, Надежда тебе все рассказала, — сурово произнес начальник ДМБ и многозначительно посмотрел на меня.

— Угу.

— Хорошо. Стас, ты же понимаешь, что не имеешь права провалить задание и обязан сделать все, чтобы заставить объект сотрудничать.

Ну, вот, так и знал.

Когда личное дело успело превратиться в задание?

Сразу было понятно, что даром мне такую информацию никто не предоставит, что-то попросив взамен. Я не против, но ведь теперь начнут давить, поторапливать. Вынь да подай, а ведь я уверен, прабабка просто так не согласится на сотрудничество, скорее решит со злости перебить половину департамента. Ох, чую, нелегко мне придется.

Глава 13

Старое деревенское кладбище: заброшенное, угрюмое, с железными обшарпанными памятниками и облупившимися оградами — находилось в четырех часах езды от города и располагалось на высоком холме, запорошенном снегом.

Мой старенький форд никак не хотел заезжать наверх, скатываясь обратно по заснеженной наледи.

Чертыхнувшись, вылез наружу. Погода к середине дня знатно испортилась. Мокрый снег с каждой минутой становился все сильней, мороз усилился. Все говорило о том, что зима начала брать свое.

В голове промелькнула мысль.

— Может, ну его! Развернуться и поехать обратно?

Нет уж. Не бывать этому. Раз решил, значит нужно идти до конца. Подумаешь непогода, не сахарный — не растаю.

Порадовался, что так удачно одел сегодня парку и джинсы. Натянул пониже капюшон и склонив голову, пошел на подъем.

— Да чтоб тебя, Ирина Петровна! Не могла залечь где-нибудь поближе? — рявкнул я, в очередной раз поскользнувшись и завалившись в снег.

Главное вновь не скатился вниз, успев зацепиться за торчащий из мерзлой земли корень.

Решил, что это в последний раз, когда я пытаюсь забраться на холм.

Если не получится, пошлю все куда подальше и вернусь сюда уже после посещения Изморози.

Хотел вызвать огненный смерч, но заметил наверху темную скрюченную фигуру.

У самого спуска стояла древняя старуха и с интересом наблюдала за моими потугами.

Издалека было непонятно кем она являлась, мой нюх не смог определить в ней нелюдя, так как сильный ветер относил запах, идущий с холма в противоположную сторону.

Маячить своими способностями перед обычным человеком не хотелось, да и чревато последствиями. Вдруг бабку кондратий схватит от увиденного, мороки не оберешься, поэтому я с упорством носорога продолжал продвигаться вперед.

Поднял голову, вглядываясь в морщинистое лицо. Снег стал немного реже, да и я почти достиг конца пути, поэтому сумел хорошо рассмотреть старуху.

Одно удивительно, как эта похожая на ворону карга забралась наверх?

Нет, точно ведьма. Смотри-ка, усмехается.

— Чей-то нынче молодёжь какая хилая пошла, — донесся сквозь ветер скрипучий старческий голос, — Помниться раньше знатные молодцы были, не то, что нынешняя молодежь.

— Ты еще богатырей вспомни, — хмыкнул в ответ, не здороваясь и не собираясь услужливо кланяться.

— А я и вспомню, — ехидно протянула бабка, поправляя теплый платок и запахивая плотнее черную соболиную шубу.

М-да, в такой только по кладбищам и шастать.

— Уфф-ф, — выдохнул я, оказавшись на ровной поверхности.

— Спортом заниматься надо внучек, тогда легче станет по косогорам ходить.

— Ты говори, да не заговаривайся. Какой я тебе внучек? У меня отродясь такой бабули не было и не надо.

— А чего так, не нравлюсь? — прищурилась старуха.

Нехорошо так прищурилась, недобро.

— Да нет, почему же. Просто не люблю, когда посторонние люди ко мне в родственники набиваются.

— Ох, ты какой гонористый.

И правда, что это я. Нельзя так, тем более с незнакомым человеком, от которого можно ожидать все что угодно. Похоже ветер последние мозги выдул.

— Вы извините, просто устал подниматься наверх. Полчаса потратил, весь в снегу изгваздался, а вы тут спокойно стоите, насмехаетесь.

— Ты тоже не обижайся на старуху, парень. Должны же и у меня быть развлечения в этой жизни. Теперь ведь акромясь телевизора никакой забавы, а там ничего настоящего, все постановочное, не то, что в жизни. Поэтому порадовал ты меня, давно такого удовольствия не испытывала, наблюдая за слабым человечком. Ты уж не обессудь и не гневись на бабку.

Вот оно!

Втянул носом воздух, вновь пытаясь уловить специфический аромат, свойственный только нелюдям.

Ага — ведьма, как есть ведьма. Древняя, могущественная и зловредная.

Запах от нее шел тяжелый, гнилостный, наполненный ядовитыми газами, желчью и тьмой, но не такой как пахло от Надежды или Богданы, а давящей, неподъемной, навевающей легкий озноб и иррациональное чувство страха.

Захотелось блевануть, но я сдержал неожиданный порыв организма, на мгновение отворачиваясь в сторону и хватая ртом чистый морозный воздух.

Еще раз оценивающе посмотрел на старуху и понял — мне с ней не тягаться. Слишком я молод, неопытен.

Придется прикинуться дурачком. Не нужно ведьме знать, кто перед ней. Может и разошлись