Путешественник - Е. Юань

часть моих соратников — примерно еще одна треть от первоначального отряда — движимая любопытством, решила сунуться поглубже в дебри этого царства снов. Хех, как несложно догадаться, они тоже сгинули с концами.

Внимательно слушавшая его Катлея вдруг нарушила тишину:

— А что стало с их физическими телами в реальности?

— Мутировали в гротескных ублюдков и пустили в расход немало наших же ребят, вырезав львиную долю матросов, — Андерсон сделал судорожный, глубокий вдох. — И пусть нам в итоге удалось помножить этих тварей на ноль, из-за острой нехватки рабочих рук и той самой нескончаемой черной полосы неудач мы банально не успели добраться до этого острова до того, как грянул шторм. В общем, наша посудина пошла ко дну вместе со всем хабаром. Кто-то захлебнулся, кого-то поджарило молнией, а остальных сожрали морские бестии. Врать не буду, всех смертей я лично не застал.

— И лишь я, будучи чуточку крепче и везучее прочих, вылетел за борт на гребне волны и чудом догреб до этого клочка суши. Думал смастерить каноэ и убраться отсюда, да только, хех, вы и сами видели: мой последний топор разлетелся в щепки, что и отразилось в этом сновидении.

Финальную фразу Андерсон адресовал непосредственно Клейну.

«Воистину, проклятый наглухо отряд неудачников…» — сыщик мысленно очертил на груди контур Алой Луны, выражая сочувствие.

Он резонно рассудил, что россказни Андерсона не лишены правды: выдумать столь стройную цепочку злоключений с ходу было бы сложновато. Вот только утаил ли этот проныра какие-то скользкие детали — одному богу известно.

Быть может, Андерсон и сам совался в недра того святилища, с упоением грыз трупные пальцы, а затем выбрался наружу, свято веруя в собственную непогрешимость. А может, он уже успел изрядно побродить по закоулкам мира грез и подцепил какую-нибудь скрытую, неочевидную порчу от сновидений неведомых тварей.

Покончив с исповедью, Андерсон Худ расплылся в улыбке, обводя взглядом «Адмирала Звезд» Катлею и её безымянного спутника:

— Выпадет ли мне величайшая честь взойти на борт «Будущего»?

— За проезд я щедро заплачу.

Весь его вид буквально кричал: назначайте любую цену, я согласен на всё.

Катлея вновь повернула голову к Клейну, безмолвно спрашивая, стоит ли давать добро на эту авантюру.

«То есть ты сама склоняешься к тому, чтобы подобрать его? И даже не собираешься устроить ему дотошный допрос с пристрастием? Да мне, чтобы выдать железобетонный вердикт, пришлось бы воспарить над серой мглой и раскинуть карты! Откуда в тебе столько уверенности? Неужто это паранормальные таланты „Тайноведа“ пятой Последовательности?» — Клейн мгновенно считал скрытый подтекст во взгляде леди «Отшельник».

Пока юноша колебался, взвешивая все за и против, Андерсон торопливо выпалил:

— Я знаю здешний фарватер как свои пять пальцев!

— Я без труда помогу вам обойти капканы, расставленные вдоль безопасного курса, укажу, от каких развалин лучше держаться подальше, и научу, как вовремя укрыться от пения русалок!

«Пение русалок?» — глаза Клейна едва не вспыхнули от жгучего предвкушения, и ему пришлось приложить титанические усилия, чтобы сохранить на лице ледяную маску Германа Воробья.

— Именно так. Всего в сутках пути отсюда — я имею в виду время реального мира, разумеется — стоит лишь обогнуть одни руины и взять курс на… — на этом месте Андерсон внезапно осекся. Лучезарно улыбнувшись, он благоразумно захлопнул пасть, утаив самое важное.

Клейн на секунду задумался. Прямо на глазах у искателя сокровищ он выудил из кармана золотую монету и тихо, размеренно произнес:

— Андерсон Худ таит в себе подвох.

…

Он повторил эту фразу ровно семь раз, безупречно соблюдая все каноны прорицания, хотя на самом деле совершенно не питал надежд на правдивый ответ.

Это была лишь изящная проверка на прочность.

Таи Андерсон в себе реальную угрозу, он бы непременно выдал себя дрогнувшим взглядом или нервным жестом. Как-никак, уровень мастерства Германа Воробья в прорицании оставался для него загадкой, как и уверенность в том, что защита от чужого гадания сработает безупречно.

Дзынь!

Золотой кругляш со звоном взмыл в воздух и послушно рухнул на ладонь. Клейн бросил на него короткий взгляд и небрежно сунул обратно в карман:

— Подвоха нет.

«А как освобожусь, непременно вознесусь над серой мглой и раскину карты для стопроцентной гарантии…» — беззвучно добавил он про себя.

Увидев это, Катлея перевела взор на Андерсона и сдержанно кивнула:

— Я принимаю твое предложение.

— Однако, как только мы покинем эти гибельные воды, ты отдашь мне ровно половину всего, что имеешь при себе. Если же твои карманы окажутся пусты, я не возьму ни пенни.

Андерсон погрузился в секундное молчание, после чего вновь расплылся в широкой улыбке:

— По рукам!

Заполучив спасительный билет с острова, парень заметно расслабился и тут же со смешком добавил:

— Ах да, считаю своим долгом предупредить. Пускай моя черная полоса бьет исключительно по мне, вам тоже стоит держать ухо востро — я вполне могу притащить на хвосте какую-нибудь тварь. Впрочем, я свято верю, что наша могучая троица — «Адмирал Звезд», этот суровый джентльмен и я сам — без труда размажет любую угрозу. За безопасность можно не трястись.

Не успело эхо его слов растаять в воздухе, как весь остров внезапно содрогнулся от мощного толчка. Из глубины первобытных джунглей в небо взметнулись клубы пыли и дыма.

— Да ладно, неужто и впрямь накликал… — Андерсон на чистых инстинктах ошарашенно разинул рот.

Глава 653

Черная карма, пустые руки

Земля едва заметно содрогнулась, и на опушке первобытных джунглей острова вырос исполинский, почти трехметровый силуэт.

Тварь была сплошь пепельно-серой, словно высеченной из громоздящихся друг на друга валунов. Ее лицо, сплошь испещренное рытвинами и кавернами, было напрочь лишено глаз, носа, рта и ушей.

— Каменный гигант… — вполголоса обронила «Адмирал Звезд» Катлея, безошибочно опознав чудовище.

Что же до Клейна и Андерсона, то оба они ни сном ни духом не ведали об этой твари.

Впрочем, ни один из них даже не подумал бросить на Катлею вопросительный взгляд. Мужчины с ледяной невозмутимостью сверлили монстра глазами, всем своим видом демонстрируя абсолютный, непоколебимый профессионализм.

Пиратка развернулась к пришвартованному неподалеку «Будущему». Наполовину вскинув правую руку, она властно, во весь голос скомандовала:

— Цельсь!

Несущие вахту на палубе корсары тут же пришли в движение. Десятки орудий левого борта синхронно изменили угол наводки, взяв на мушку тяжело вышагивающего каменного гиганта.

Ба-бах! Бум! Ба-бах!

Град чугунных ядер со свистом вырвался из стволов,