Бастардорождённый - DBorn

Рука сира Мандерли легла на рукоять меча. Миг, и самый громкий из паникёров оседает наземь с перерезанным горлом, а толстый рыцарь вытирает лезвие о свой плащ. Один едва заметный жест головой, и двое гвардейцев выбрасывают пытавшегося прикрыть рану матроса за борт. Палубу охватывает могильная тишина.

— Поговаривают, что мне нужно сьесть всего несколько угрей, чтобы ни один конь в мире не смог меня поднять… Я тоже боюсь, но я готов сражаться, а если не готовы вы, то вы ещё более жалкие, чем толстый лысый лорд, не способный последние пятнадцать лет разглядеть свой член за животом! Что тогда сказать о вас?

— Там почти сотня кораблей! — указал в сторону врага один из матросов.

Сир Вендел в очередной раз поднял меч и указал им в противоположную сторону.

— А там Север! Там мои племянницы, там ваши родители, жёны и дети! Там наши дома, наш Север! Это его сожгут и разграбят! Это их убьют, возьмут в рабство и изнасилуют, а мы — единственное, что отделяет этих головорезов от наших берегов! Так что у вас есть выбор: бежать и надеяться, что до вашей семьи они не доберутся, или вместе со мной совершить очень большую глупость!

Матросы и солдаты загремели оружием, затопали ногами, накрыли палубу триумфальными криками.

— Грейджои говорят, что не сеют[4]? — спросил Вендел. — Так заставим же их пожинать! Давайте отправим их к Утонувшему богу, раз нас в любом случае ждет рандеву с Неведомым! — Закричал он, воздев меч к небу. — Волна накроется волной!

— Волна накроется волной! — повторили солдаты.

— Волна накроется волной! — Эхом прокатилось по всем судам.

Корабли пробудились, страх обратился яростью, затопали сотни ног, ударили по воде вёсла, захлопали на ветру паруса, начали выкрикивать приказы капитаны и офицеры, расчеты подтаскивали к онаграм и скорпионам снаряды, матросы взводили арбалеты. «Леди Вилла» возглавила атаку, вслед за ней двинулись и остальные.

— В линию, — отдал приказ Вендел.

Спустя полминуты боевые рога и сигнальные флаги уже возвещали остальным кораблям о новом приказе. Флот северян медленно начал перестроение. Железный последовал его примеру.

— Держать по ветру!

Вновь засигналил рог, забили барабанщики, матросы тут же бросились к парусам, начав готовить суда к повороту, корабль за кораблём, один, идущий за другим, формировали построение северяне. Железнорождённые не пожелают упускать добычу и погонятся следом, превратив сражение в две параллельные линии. В такой формации численный вес первое время не будет иметь значения.

— Расчёты по местам! — закричали офицеры. — Левый борт, готовиться к залпу!

Закрутился тугой ворот, медленно, но верно затягивалась тетива и накладывались в желоба дротики. Открылись порты нижней палубы, блеснув стальными наконечниками. Припали к бортам солдаты, готовые в любой момент разрядить свои арбалеты. Дочери Мары давали припавшим на колени солдатам последние наставления и напутствия.

Спустя ещё десять минут две линии начали сходиться борт в борт. Сир Вендел улыбнулся — он так и не увидел среди вражеских судов «Железную победу», а значит битва пройдет без лорда-капитана.

Первыми огонь открыли железнорождённые, залп из скорпионов едва достал до вражеского корабля, отправившись по большей части в море, прямо к Утонувшему богу. Крики и топот на вражеских судах ясно говорили о том, что пираты спешно перезаряжают орудия и готовятся к новому залпу. Но сиру Венделу, казалось, и не было до этого дела, он глядел вверх, рассматривая паруса.

— Капитан? — обратился к нему боцман, ожидая команды к залпу.

— Прибрать снасти, — приказал Мандерли.

— Прибрать снасти! — продублировал его приказ офицер, который матросы тут же бросились выполнять.

— Лучникам — приготовиться! — добавил капитан.

Левый борт «Леди Виллы» сменил угол наклона, позволяя портам подняться на несколько градусов вверх. Глаза рыцаря потемнели от предвкушения, с его уст сошло одно лишь слово:

— Залп!

Смертоносный шквал болтов, стрел и дротиков не оставил на палубе галеи, которой не посчастливилось выйти напротив «Леди Виллы», почти никого живого. Следующие за флагманом суда северян повторили «маневр», некоторые — с таким же успехом, другие — с меньшим. Ошеломлённые неожиданно успешным отпором и предвкушающие легкую победу, островитяне пришли в себя только когда «Твёрдая рука», четвёртый корабль в линии, стала медленно идти на дно. Расчёты торсионной баллисты смогли пробить его борт ниже ватерлинии.

Второй общий залп пиратов был гораздо успешнее первого. Стрелы и дротики, попав, пронзали плоть северян, окропляя палубу перволюдской кровью. Закричали от боли первые раненые и покалеченные, с новой силой начали горланить приказы офицеры. На залп нужно было ответить.

— Брось его! — кричал боцман на юнца, пытавшегося остановить кровь товарища, ухватившегося за кровоточащую ногу. — Вернись к орудию, пёс! Перезаряжай! Сворачивать уже поздно!

— Капитан, расчёты онагр прицелились и готовы к стрельбе, — доложил Венделу офицер.

— Отлично, посмотрим, кого предпочтут железноёбы, Утонувшего бога или Рглора, — раскатистым смехом загоготал рыцарь. — Залп!

В небо взмыли горшки с маслом, попали не все, но вслед за ними последовал и дождь из огненных стрел. Запылало первое пиратское судно. К недовольству Вендела, удачно выстрелившего из лука, лишь малая часть мародёров начала в панике бросаться за борт. Горящие железнорождённые продолжали следовать приказам капитана и перезаряжать скорпионы.

— Расчёты скорпионов, беглый огонь[5]!

Два флота, две линии шли одна напротив другой, продолжая обмениваться ударами и проливать кровь. Трещали ломающиеся вёсла, стонали раненые, свистели болты, Дочери Мары оттаскивали покалеченных и небоеспособных прочь. Не одна сотня северян уже отправилась к предкам, не одна сотня островитян — к Утонувшему. Часть пиратских судов попыталась пойти на сближение и протаранить или поджечь корабли северного флота огненными орудиями, но этим они лишь сильнее подставляли себя под удар, лишаясь возможности дать бортовой залп. Следуя приказам Вендела, корабли шли строго по ветру.

Продолжая выкрикивать приказы, сир Вендел не заметил, как ему на одежду попало масло, и та вспыхнула, стоило ему пройти мимо жаровни. Забывшийся в боевом азарте семибожник даже не обратил на это внимания, он был в своей стихии, он командовал сражением. Юнга из ближайшего расчёта бросился тушить командира, на что, закончив, получил вместо благодарности порцию отборной ругани, приказ вернуться к орудию и угрозу оказаться за бортом. Благородный, а ругался не хуже сапожника.

Ключевой момент боя настал пятнадцать минут спустя, ветер сменился, железнорождённые оказались с подветренной стороны, что даже в горячке боя не ушло от взора толстого лорда.

— Сигнальте судам Мормонтов отворачивать!

С новой силой ударили по воде вёсла в центре построения, поймали ветер тёмно-зеленые паруса, корабли северян вошли в поворот,