Рыцарь в старшей школе. 1-5 - Дмитрий Ш.

Разглядев смутившуюся, но не испугавшуюся француженку, с облегчением убрал пистолет.

— Тебя не учили, что ночью залезать в палатку одинокого, вооружённого мужчины, не самое безопасное занятие? — сердито отчитал Виардо, одетую в одну лёгкую, полупрозрачную, тёмно-синюю ночнушку с кружевами.

Господи, где она её взяла? Напрягшись, невольно сглотнул слюну от такого эротического зрелища.

— Не тыкай в меня этой штукой, — пренебрежительно прошептала Виардо, по-хозяйски оглядывая стандартное убранство палатки.

Интересно, что она надеялась в ней найти?

— Ничего не потеряла? — ехидно осведомился, подпустив в голос фальшивого сочувствия.

Продвинувшись дальше, наглая француженка бесцеремонно вторглась в мой спальник.

— Подвинься.

— Что ты делаешь? — округлил глаза, отодвигаясь подальше от этой сумасшедшей.

Опасаясь прикасаться к её голой коже. Не потому, что «заразная», а из-за пробудившегося, но пока ещё маленького «Йохансона младшего». Как показали бы в анимации, с цензурой, — «И тут слон поднял хобот, готовясь протрубить для привлечения самки».

— А на что это похоже? — ехидно спросила Виардо. — Спать буду.

— Здесь?!

Сказать, что я обалдел от такого ответа, значит, ничего не сказать.

— Здесь. Не ори. Людей разбудишь, — недовольно попросила француженка, устраиваясь поудобнее.

— У тебя же своя палатка есть, — яростно прошептал, отчаянно вцепившись в свой край одеяла.

— Там неуютно. И холодно. И вообще, я боюсь спать одна, — обвинила меня в бессердечности, пододвигаясь ближе.

— Ты не выглядишь испуганной, — возразил, «пятой точкой» нащупывая дальнейшие пути отступления.

— Это хорошо. Ты не должен думать, что я слабая, — обернула мои слова в свою пользу.

— А это-то тут причём? — не понял.

— При всём. Спи давай. А то вопросов много задаёшь, — сердито проворчала прижавшаяся ко мне горячая француженка.

Через минуту, в темноте, под шорох ткани, раздался мой очень напряжённый и тихий голос.

— Что ты делаешь?

— Сплю, — игривым голосом заметила абсолютно бодрая девушка.

— А рука твоя что там делает? — испуганно уточнил.

— А что, тебя это смущает? — игриво заинтересовалась девушка.

— Нет! Дьявол. Возбуждает! — прошипел, разозлившись от того, что не понимал, чего она добивается?

Нет, конечно, я догадываюсь, но всё же? Попытка смутить бесстыжую Виардо провалилась.

— Хор-ро-шо, — промурлыкала чем-то очень довольная француженка. — Эрик, — обошлась без формальностей, — не строй из себя идиота. Ты умнее, чем кажешься. Хотя и умеешь в этом убеждать. И вообще, не слишком ли плохо ты себя ведёшь? — провела пальчиком по моей коже.

— Чем же? — покраснел от прилива крови.

Причём, не только к голове.

— Говоришь много.

Виардо окончательно на меня залезла, накрыв мои губы, своими. В таком состоянии они продержались недолго. Её язычок нашёл себе дорожку. А дальше было много действий, мало мыслей и море удовольствия. Инстинкты взяли своё, действуя намного эффективнее, чем помутившийся рассудок. Ощущения времени и пространства размылись. Вместо разговоров из палатки стали доноситься лишь эротические стоны и ритмичные звуки.

Проснувшись следующим утром, обнаружил две вещи. То, что я проспал и то, что в палатке, кроме меня, никого больше не было. Если бы не влажное одеяло и странный запах, перемешанный с женскими духами, то можно было бы подумать, будто мне всё это только приснилось. Чтобы скрыть следы произошедшего, испытывая необычайную бодрость и переполняющую меня радость, с глуповатой улыбкой спешно уничтожил все следы своего взросления.

Несмотря на то, что этим утром всячески старался вести себя как обычно, не привлекая внимания, однако я явно недооценил такие вещи, как женскую интуицию и проницательность. Не понимаю, вот как эти лисицы учуяли, что ночью у меня что-то с кем-то было? Такое впечатление, будто у меня это на лице написано. Так подозрительно, как сегодня, они на меня ещё никогда не смотрели. Даже в Африке.

Ивон в этом отношении ничем не отличалась от остальных девушек, следивших за мной весь день. Занимаясь тем же самым, участвуя в «Охоте на ведьму». Выше всяких похвал изображая такое же удивление, недоумение и негодование. Зато, в отличие от неё, я прекрасно умел косить под дурака, не понимая их намёков. Поэтому к обеду, не выдержав сомнений, под пристальными взглядами девушек Ханна отвела меня в сторонку и спросила напрямую.

— Что ты делал сегодня ночью?

— Спал, — мгновенно ответил, с самым невинным выражением лица.

— Один? — вкрадчиво уточнила недоверчивая сестра, приблизив своё лицо к моему.

Всматриваясь в мои лживые глаза.

— А с кем ещё я мог спать. Не с тобой же? — удивлённо указал на этот непреложный факт, увиливая в меру своих скромных сил.

Потянувшись вперёд, Ханна обнюхала мою шею.

— Не один, — подтвердила свои подозрения.

— Не доказуемо! — я упрямо стоял на своём.

— Значит, ничего не расскажешь? — сжав мою голову в ладонях, заставила смотреть ей прямо в глаза.

— Не понимаю, о чём ты? Что рассказать? Я чист и невинен, как младенец, — постарался убедить.

— Таких младенцев ещё поискать нужно, — саркастически хмыкнула сестра, отпуская меня на волю. — Ну ладно. Сама разберусь, — угрожающе пообещала.

Вернувшись к отряду, Ханна о чём-то пошушукалась с собравшимися в кружок девушками, после чего по очереди принюхалась к шее каждой из них. Однако Ивон оказалась предусмотрительнее, успев не только помыться, но и сменить духи. Я опасался, что она во всём признается, чтобы закрепить свои притязания на командирское тело, но хитрая француженка решила сыграть в какую-то другую игру. Держа меня в постоянном напряжении. Заставляя гадать, что же она задумала?

Подошедшая мисс Фаулер с ироничной улыбкой напомнила, что она обещала спасать меня от Тамуортцев, а не от учениц Святой Анны. После чего поинтересовалась, не хочу ли я исповедаться, чтобы облегчить душу перед встречей с Богом? А заодно упрекнула в том, что нарушил собственный порядок. Горшок с геранью мисс Харрис так и не был закопан в саду. Дождался. Вот и начались подшучивания над бедным, но довольным собой гоблином. В надежде, что от меня если не отстанет, то хотя бы не станет усердствовать в напоминаниях об этой ночи, пообещал проставиться ей и мистеру Вилсон в городе, когда вернёмся. Рассказав то, о чём не стал говорить ученицам.

— И потом, разве вы не должны радоваться, что теперь вами командует не мальчик, но муж? Это, если бредни моей сестры окажутся правдивы, что совсем не так, — попытался сохранить видимость приличий.

— Мужем, названным так по поступкам, а не длине члена, — указала смеющаяся мисс Фаулер, разговаривая со мной не, как учитель со своим учеником, а, как сестра по оружию.

— Но-но-но. Попрошу без инсинуаций по поводу того, чего вы ещё не видели, — с благодарностью во взгляде, также перешёл на шутливую манеру общения. — И можете