История Ганзы - Теодор Линднер

Тем временем Кристиан II с помощью императора попытался в 1531 году вернуть себе датский трон, высадившись в Норвегии. Любек и его союзники немедленно оказали помощь королю Фредерику I и сделали все, чтобы сорвать операцию его соперника. Кристиан попал в плен и прожил в темнице еще долгие годы.

Условием помощи было ограничение голландской торговли. Датчане, однако, не выполнили свое обещание. Тогда Вулленвефер, ставший бургомистром Любека, добился того, что город в одиночку начал войну против Голландии. Маленьким флотом командовал Макс Мейер, выходец из Гамбурга, проделавший путь от кузнеца до капитана наемников. Сильный и красивый, дерзкий и высокомерный, веривший в свою счастливую звезду, он захватил несколько голландских кораблей и причалил к английскому берегу, чтобы пополнить запасы продовольствия. Здесь он был схвачен и предстал перед королем Генрихом VIII. Однако оба оказались родственными душами; король произвел Мейера в рыцари и начал обсуждать с ним планы завоевания Дании в союзе с Любеком.

Для таких планов, действительно, имелись основания. В апреле 1533 года король Фредерик I скончался. Поскольку среди датчан не было единства по вопросу Реформации, позиции его старшего сына Кристиана были не очень сильными. Руководство страной временно взяло на себя сословное представительство, в котором доминировали католики. Вулленвефер хотел вовлечь Данию в войну против Голландии, но принц Кристиан предпочел заключить союз с тамошним императорским наместником[68].

В городе росло недовольство бургомистром, однако он, произнеся пламенную речь, смог убедить горожан в своей правоте. Вместе с Мейером и городским синдиком, Иоганном Ольдендорпом, прекрасным юристом и сторонником гражданской и церковной свободы, Вулленвефер принял далеко идущие решения. Он хотел использовать смуту в Дании для того, чтобы укрепить коммерческое господство Любека и позиции лютеранской церкви. Царившие в городе демократические порядки могли найти отклик в Дании, поскольку жители Копенгагена и Мальмё, а также датские крестьяне ненавидели своих дворян. Вулленвефер и его друзья были уверены, что по условиям Штральзундского мира 1370 года ганзейцы имеют право участвовать в выборах датского короля. В качестве одного из возможных вариантов рассматривалось освобождение и восстановление на престоле Кристиана II.

Дальнейшие действия Любек предпринимал в одиночку. Только Росток, Штральзунд и Висмар оказали ему небольшую военную помощь. В мае 1534 года война против Дании началась. Командующим с ганзейской стороны стал граф Кристофер Ольденбургский, родственник и сторонник Кристиана II, имевший большой военный опыт. Его напарником стал другой немецкий граф — Иоганн фон Гойя. Впоследствии эту кампанию насмешливо прозвали «графской войной».

Вскоре после начала войны датские острова и часть Ютландии восстали, поддержав графа Кристофера. Даже Копенгаген был охвачен мятежом. Однако именно в этот момент стало очевидно, какие последствия имело объединение Гольштейна с датской короной. Кристиан, которому гольштейнцы принесли присягу как своему королю, расположился с большой армией в устье реки Траве и тем самым отрезал Любек от моря. Испуганная городская община вернула старое политическое устройство и заключила в конце года мир с Гольштейном. Армия Кристиана высвободилась для действий в Дании.

Сухопутная держава победила морскую. Король Швеции Густав и герцог Пруссии Альбрехт также поддержали Кристиана. Одно поражение следовало за другим. В январе следующего года любекские войска были вытеснены из Сконе, Макс Мейер взят в плен, Иоганн фон Гойя потерпел тяжелое поражение и погиб, Кристиан захватил остров Фюнен. На море объединенный датско-шведско-прусский флот одержал победы сначала при Борнхольме, потом при Свендборге, где был захвачен любекский флагман. Кристиан смог переправиться на Зеландию и осадить Копенгаген.

Вулленвефер со своими сподвижниками составлял все новые планы и пытался найти союзников. Они предлагали другим князьям короны Дании и Швеции и постарались увязать скандинавский конфликт с перипетиями большой европейской политики. Вулленвефер надеялся на помощь немецких протестантских князей — партнеров Любека по Шмалькальденскому союзу[69]. Однако князья не хотели иметь дело с беспокойной городской общиной и опасались, что в Любеке найдут себе пристанище анабаптисты, лишь недавно побежденные в Мюнстере. Только герцог Альбрехт Мекленбургский отозвался на посулы бургомистра.

Против Любека выступили даже города — очередной ганзейский съезд высказался за восстановление власти старого городского совета. В конце концов горожане, устав от напрасных потерь и удовлетворившись сохранением новой веры, оставили своего вожака. Вулленвефер добровольно отказался от власти, и старый совет был восстановлен в своих правах. В феврале 1536 года был заключен Гамбургский мир; Любек признавал Кристиана III законным королем Дании и получил подтверждение своих привилегий. Горожане не забыли и о своих датских союзниках, добившись для них терпимых условий. Копенгаген, страдавший от голода, капитулировал, и Кристофер Ольденбургский вместе с Альбрехтом Мекленбургским смогли свободно уйти. Хуже пришлось Максу Мейеру, сидевшему в заточении в крепости Варберг в Сконе; сумев дерзко захватить крепость, он затем был побежден, подвергнут пыткам и обезглавлен.

Вулленвефера городской совет Любека назначил чиновником в Бергедорфе, чтобы удалить его из города. В конечном счете он, однако, пал жертвой ненависти своих врагов и страха князей перед анабаптистами. С помощью английских денег он пытался помочь Копенгагену, но в ноябре 1535 года был схвачен людьми архиепископа Бременского.

Под пытками Вулленвефер дал все признания, которые от него требовались. После этого его передали герцогу Генриху Брауншвейгскому, и после долгого заточения 24 сентября 1537 года суд вынес Вулленвеферу смертный приговор. Он был обезглавлен, тело четвертовано и колесовано.

Потерпевшего поражение бургомистра проклинали и оговаривали современники, и даже позднейшие историки рисовали его непостоянным и несамостоятельным человеком, который находился в руках своего окружения и подчинялся чужому влиянию. Безусловно, Вулленвефера можно обвинять в непостоянстве, переоценке своих возможностей, хвастовстве и лжи. Он взял на себя слишком много, решив воевать не только со Швецией и Данией, но и с соседними князьями. Его действия не были политикой смелого, но мудрого государственного деятеля, а носили печать непростительного легкомыслия. Но, обманывая других, он обманывался и сам и до последнего стремился достичь своей цели. Успеха ему добиться не удалось — но успех не всегда является главным критерием, по которым мы должны судить о деятелях прошлого. Этот народный вожак был в определенной степени воплощением былого мужества и самоуверенности ганзейского купечества. Он являлся детищем того бурного времени, когда многие вели отчаянную политическую игру и когда все казалось возможным.

Господство Любека и Ганзы в целом на Балтике, которое Вулленвефер хотел восстановить, навсегда осталось в прошлом. Англичане и голландцы выигрывали соперничество. Дания не смогла быстро оправиться от внутренних неурядиц, зато началось быстрое восхождение Швеции. Король Густав,