Ресурс - Инди Видум

— Можешь. Но, во-первых, будет траур по Дмитрию на год, не меньше, а во-вторых, они могут обвинить в его смерти тебя, тогда свадьбы вообще не будет.

— Поверить не могу, что Дмитрий хотел меня убить.

— Он не столько хотел убить, сколько не дать восстановить реликвию. А в случае успеха — ее разрушить. На месте его гибели я нашел занятный контейнер.

Уговорить Верховцева удалось легко, и вскоре мы отправились в обратный путь, очищенный от тварей зоны, но это не помешало мне запустить привычную связку из Снега и Вихря — ничего не должно указывать на мое пребывание в этом княжестве.

Глава 15

Лиза Резенская оказалась весьма симпатичной девушкой, при этом куда более приспособленной к жизни, чем Верховцев. На место встречи, записку о которой подбросил Валерон, она явилась уже и с вещами, и с деньгами. Это мне сообщил Валерон, как и то, что она ни к кому не побежала, ни с кем не стала делиться, а баул с самым необходимым у нее был готов давно — была уверена, что сможет Верховцева убедить в необходимости побега.

Я засел недалеко от Верховцева, чтобы убедиться, что все пройдет нормально. Лыжи у него были только для себя, для невесты я отдал свои, что послужило источником переживаний. Мол, я остаюсь без дополнительной возможности передвижения. Я его утешил, что не собираюсь лезть в зону. О том, что у меня в запасе есть пять пар лыж, говорить, разумеется, не стал. Предложил забрать свои в Колманске вместе с палаткой, потому что если с лыжами я был готов расстаться, то дарить палатку я был морально не готов — слишком комфортная она была, по зонам мне придется еще долго ходить, а купить такую же выйдет очень дорого. При этом придется подождать, пока ее сделают, потому что производство было только под заказ. Верховцеву я подарил один из контейнеров с едой, чтобы уж точно мой новый знакомый не умер с голоду, потому что в зоне нынче с продуктами туго, а в его особняке есть нечего.

Валерон появился раньше Резенской и как раз успел коротко отчитаться об увиденном до ее появления. Подозрения у меня почти пропали, но Божественный взор я на девушку задействовал.

Сродства к Скверне у нее не было, были Сродства к Воздуху и Огню, со скромным набором заклинаний невысокого уровня. Пристально я не вглядывался, чтобы мой взгляд объект не почувствовал и меня не выбило из незаметности, но при просмотре по верхам выше десятого уровня заклинаний не обнаружил. Похоже, родители в Лизу не вкладывались, а она не считала нужным развивать данное ей судьбой. Этим она принципиально отличалась от Наташи, но, может, Резенской просто не было необходимости выгрызать себе место в этой жизни.

Валерон засел совсем рядом с ними и устроил для меня трансляцию. Было неловко подслушивать, но мне следовало убедиться, что они отправятся именно туда, куда надо, а не прямиком в западню. По разговорам там была обычная встреча двух влюбленных, но я все же проводил их до церкви, убедился, что там все пошло по запланированному сценарию и молодожены со счастливыми лицами направились в Собиново, где оставались люди Верховцева, после чего вернулся к дому Резенских для дальнейшей проверки.

Валерон таскал вещи Дмитрия, главным образом записи, я просматривал, после чего он возвращал, как уверял, в точности на то же место. Ничего подозрительного не находилось. Никаких посторонних артефактов, никаких записей по Скверне, никаких писем с приказом убить неугодных лиц. На взгляд стороннего наблюдателя, Дмитрий Резенский был чист перед законом. По-хорошему, надо бы проверить его комнату на тайники, но вламываться в дом с таким количеством домочадцев… У меня не столь хорошо прокачана незаметность, чтобы меня не обнаружили. Возможность получения информации меркла перед вероятностью засветиться, поэтому я оставил мысли о такой проверке. Разве что потом приехать и забраться ночью? Нужно хорошенько подумать.

Пока проверял таскаемое Валероном, увидел и обоих старших Резенских, у них сродства к Скверне не было. А уровни заклинаний даже у главы рода были ниже, чем у сына: первого ранга не было ни у одного, даже к пятидесятому уровню ничего не приблизилось. Если судить по этому, то младший Резенский не продолжал дело отца, а связался с кем-то на стороне. И этого кого-то можно ждать здесь до морковкина заговенья, если встречи происходили в другом месте. Например, в Лабиринте, где я вызывал своего Бога — Дмитрий тоже занимался разрушением реликвий явно не из удовольствия, а рассчитывая получить что-то взамен, при этом он был прекрасно подготовлен почти к любым неожиданностям.

Был ли замешан Резенский-старший в уничтожении реликвии Верховцевых? Этого исключить я не мог. Сергей утверждал, что виновник был установлен, но не найден. Он мог получить задание от Резенских, а потом быть ими устранен — отсутствие Скверны в наборе сродств, увы, не несет никакой информации о порядочности. Хотя, скорее, Резенский-младший был завербован потом, для контроля своего участка. Куликовский не справился, и остальные находились в полной готовности, иначе ничем нельзя было объяснить, что Резенский поверил Верховцеву и отправился его поджидать в самом вероятном месте появления.

Возможности вести полноценную слежку у меня не было, уверенности в том, что оставшиеся Резенские с кем-то связаны — тоже, да и время поджимало, поэтому после проверки всего притащенного Валероном я решил возвращаться в Колманск. Крюк до Собинова все же сделал, чтобы увидеть, как бодро выступает в поход пара молодоженов в окружении вполне приличного количества довольных дружинников.

Выехал и я в бывшую зону. Незаметность не снимал и продолжал использовать связку Снег-Вихрь, заметая за собой следы. По дороге несколько раз останавливались у подозрительных мест, дважды Валерон выныривал из снега с заполненным всасывающим артефактом, кристаллы из которого я пересыпал в контейнер, остальные подозрительные места оказались пустышками.

Ехали мы от населенного пункта к населенному пункту по зигзагообразной траектории, стремясь охватить как можно больше, но при этом не стараясь собрать всё. Так, прошелся артефактом по верхам — и двигаемся дальше. Встреченные по дороге пара озер остались непроверенными, их я отложил на потом, когда сдам Верховцеву его реликвию и перестану переживать, что ее кто-то разрушит.

Ночь нас застала в дороге. Я некоторое время прокачивал ночное зрение, потом решил, что все же стоит отдохнуть и выспаться, и вырулил к одному из убежищ, где