Развод. Я была слепа - Елена Владимировна Попова

Глава 36

Надя

— Вот подонок! — Пыхчу, багровея от злости.

Кидаю телефон на соседнее сиденье, резво обгоняю несколько машин, сворачиваю к торговому центру, останавливаюсь на парковке и еще раз пересматриваю видео с кричащим названием: «Жена Марка Давыдова притворялась слепой и изменяла ему на протяжении долгого времени».

На первом кадре я сажусь в машину Юры, на втором — беру у него букет цветов, дальше идут нарезки коротких видео со дня рождения Авроры, где мы с Юрой тоже запечатлены. Видимо, Марк или тот, кто ему помогал в создании ролика, взяли эти нарезки со страницы Авроры в соцсети. Дальше транслируется видео с камер наблюдения, установленных во дворе нашего дома, и там отчетливо видно, как Юра нападает на Марка. Теперь на экране появляется девушка, которая раньше работала операционной медсестрой в отделении, в котором я лежала.

— До недавнего времени я работала в институте глазных болезней, и лично присутствовала на операциях, которые проводили Надежде Давыдовой. Первая операция не помогла восстановить ей зрение, а вторая прошла успешно, — дает она интервью.

— Как давно ей сделали вторую операцию? — спрашивает голос за кадром, который мне незнаком.

— Месяца два назад.

— То есть вы утверждаете, что Надежде Давыдовой восстановили зрение два месяца назад?

— Да, все верно.

На экране появляется мужчина, которого я часто видела рядом с Виктором Георгиевичем. Это его адвокат.

— И это еще раз подтверждает тот факт, что Надежда Давыдова притворялась слепой. Для чего она это делала? Возможно, для того чтобы ее муж продолжал чувствовать себя виновником аварии, в которой она потеряла зрение, и в качестве компенсации подарил ей квартиру и машину. Но, как говорится, все тайное становится явным. Меркантильные планы Давыдовой всплыли на поверхность. И теперь хочется задать ей всего лишь один вопрос: Надежда, как вам живется после такого жестокого обмана?

— Паршивая мразь! — цежу сквозь зубы, и отвечаю на звонок от него.

— Как тебе фильм, понравился? Кстати, ты первая его посмотрела, и только от тебя зависит, увидит ли его народ.

— Думаешь, мне нечем ответить? Вся страна увидит твои любовные сцены с...

— Не увидит, — перебивает он. — Я сделаю так, что ни одно твое видео не попадет в сеть. Ты прекрасно знаешь, что у меня достаточно связей. А вот это видео вскоре облетит интернет вдоль и поперек. О тебе и твоем подлом поступке будет знать каждая собака, поверь мне на слово. Так что давай-ка прекращай эту битву за компенсацию, выдохни, и наслаждайся жизнью.

— Пошел к черту! — выплевываю я.

— Надь, если не успокоишься, то я всю бурю, которую ты подняла, направлю в твою сторону. Это тебя будут считать тварью, которая изменяла мужу. Ты правда этого хочешь?

Я скидываю звонок и набираю полную грудь воздуха.

— Надо позвонить адвокату, — прерывисто выдыхаю.

Ищу его номер в списке контактов, договариваюсь о встрече, затем еду в гимназию за Златой.

— Мамочка, — дочь бежит к воротам вместе с Авророй, — а можно мы к Авроре в гости поедем? Пожалуйста, пожалуйста, — прыгает около меня.

— Мы моего папу попросим, чтобы отвез, — подхватывает Аврора.

— Привет, Надь, — раздается за спиной голос.

Оборачиваюсь и вижу, как Юра отходит от джипа.

— Пусть погостят у нас. Вечером я отвезу Злату домой.

— Юр, — подхожу к нему, — я как раз хотела поговорить с тобой. Но сейчас мне нужно срочно ехать по делам. Если заберешь Злату, то буду очень признательна. Не знаю, сколько проезжу. Не хочу, чтобы она долго сидела одна.

— Мне тоже нужно поговорить с тобой, — пристально смотрит в глаза.

— Я позвоню, как освобожусь.

Целую Злату, говорю ей, чтобы вела себя хорошо, прыгаю за руль и еду в офис адвоката.

***

— ...Ну, по поводу того, что у вас не будет возможности опубликовать видео в интернете, Марк Викторович, конечно, ошибается, — смеется адвокат. — Я прямо сейчас могу позвонить корреспондентам и через считанные минуты он станет звездой интернета. Но у нас с вами другая цель, верно? Нам не нужна информационная война. Мы хотим, чтобы он выплатил вам компенсацию.

— Да, и желательно обойтись малой кровью, — киваю я. — После развода я всего лишь припугнула его, что, если, не захочет решить вопрос мирно, то я выложу все аудио и видео в сеть. Если честно, не думала, что он сделает ответное видео. Его, конечно, не сравнить с тем компроматом, который есть у меня, но я не желаю, чтобы наши семейные разборки обсуждала вся страна. В первую очередь я переживаю за дочь. Не хочу, чтобы в нее тыкали пальцем.

— Значит, будем принимать меры, — подмигивает мужчина и кому-то звонит. — Федя, заскочи ко мне в офис. И желательно побыстрее.

— Снова хотите подключить к делу Федора? — вопросительно смотрю на него. — Он не должен светиться рядом с моим бывшим мужем. Марк понял, что прослушка была в зажигалке и, возможно, вспомнил человека, который эту зажигалку подсунул ему. Федору лучше держаться от него подальше.

— Вы плохо знаете моего сына. Поверьте, для того чтобы получить нужную информацию, он может стать незаметной тенью. Федор такие вещи проворачивал, что у меня глаза на лоб лезли, — смеется он. — Не забывайте, что он один из лучших детективов Москвы.

— Не понимаю, как он подберется к Марку... — развожу руками. — Прослушки и камеры уже не прокатят. Думаю, после последних событий Марк старается осторожничать. Не подпускает к себе посторонних людей и не ведет разговоры где попало.

— Сегодня компания вашего бывшего мужа празднует юбилей. Нам всего лишь нужно узнать, в каком месте состоится мероприятие.

— Навряд ли Марк будет закатывать банкет. Он на мели.

— Банкет будет. Но для очень узкого круга людей.

— Откуда вы знаете?

— Бывший заместитель Марка Викторовича недавно об этом обмолвился. Он сам лично занимался организацией праздника. Скорее, это даже не праздник, а вынужденная мера, так как на этот банкет приглашены люди из правительства. Марк Викторович собирается наладить с ними контакты и в неформальной обстановке поговорить о возобновлении строительства.

— Фёдора туда просто так не пустят, — усмехаюсь я, поражаясь тому, как легко он рассуждает. — Он же не работник компании и не человек из правительства.

— А кто