100 великих героев Великой Отечественной войны - Вячеслав Васильевич Бондаренко

На этой должности ему было присвоено звание генерал-полковника (23 апреля 1943 г.). Более-менее стабилизировалось положение генерала 5 июня 1943-го, когда он получил под командование Брянский фронт, с которым была связана его судьба начиная с зимы 1941-го. Именно во главе этого фронта талант Попова-полководца проявил себя наиболее ярко.

Из воспоминаний Главного маршала авиации А.Е. Голованова: «Присутствуя при докладе Попова Жукову о положении дел на фронте и наметках предварительного решения на предстоящее наступление войск фронта, слушая его ответы на задаваемые Жуковым вопросы, я увидел человека необычного склада ума. Попов отлично знал свои войска, не задумываясь, со знанием дела, коротко и ясно отвечал на любые вопросы Жукова, не являвшиеся для него неожиданностью. Для ответа командующему Брянским фронтом не требовалось времени и каких-либо уточнений, предельно ясный, немногословный доклад шел без бумаг или записей. Все это показывало, что перед нами недюжинных способностей человек, не только отлично знающий дело, на которое он поставлен, но и прекрасно образованный в военном отношении. В то же самое время доклад Попова носил, я бы сказал, какой-то несколько театральный, показной характер. Присутствуя не один раз при докладах различных командующих Жукову, я по его поведению и выражению лица совершенно отчетливо видел удовлетворенность как докладом, так и ответами Попова. Когда мы остались одни, я сказал Жукову о том необычном впечатлении, которое у меня осталось от знакомства с Поповым. Георгий Константинович улыбнулся и сказал:

– Это кажется поначалу, когда его как следует еще не знаешь. В действительности это дисциплинированный, образованный и очень способный командующий. Таких не особенно много».

Войска под командованием Попова принимали участие в Орловской и Брянской операциях. В ходе первой войска Брянского фронта во взаимодействии с войсками Западного фронта за два дня прорвали линию обороны противника на Орловско-Курской дуге, в результате чего были освобождены Болхов и Орел (первый праздничный салют в Москве был дан именно в честь освобождения Орла). Проведенная в августе – сентябре 1943-го Брянская операция является выдающимся образцом военного искусства. Накануне ее проведения Попову лично позвонил Сталин и задал один вопрос: ручается ли командующий в успехе?.. Попов заверил Верховного в том, что сражение будет выиграно. В Брянской операции генерал ввел войска в прорыв на участке соседнего Западного фронта, а затем ударом маневренной группы разрезал оборону врага. Особенностью сражения стали минимальные для таких масштабов потери (13 033 убитых и 43 624 раненых) при великолепных результатах – войска фронта продвинулись на 200 километров, прорвавшись в Белоруссию, освободили Брянск и форсировали реки Сож и Десна. За более чем успешные действия Брянского фронта Маркиану Михайловичу 26 августа 1943 г. было присвоено звание генерала армии.

Стиль командной работы Попова оставлял у его подчиненных самое положительное впечатление. «Даже во время наступления, когда, встречая упорное сопротивление, войска не на всех участках фронта могли полностью выполнить поставленные перед ним задачи, несмотря на нажим сверху, Попов не переносил имевшую место некоторую нервозность на своих подчиненных, – отмечал А.Е. Голованов. – Он весьма вежливо разговаривал со своего командного пункта с командующими армиями, поддерживал у некоторых из них необходимую бодрость, когда не все получалось так, как было предусмотрено. В данном случае М.М. Попов своим поведением и общением с подчиненными очень походил на К.К. Рокоссовского».

10 октября 1943-го управление Брянского фронта было переброшено в Прибалтику и переименовано в Прибалтийский фронт (с 20 октября – 2-й Прибалтийский). Войсками этого фронта генерал командовал до 23 апреля 1944 г. В начале этого года 2-й Прибалтийский выполнял отвлекающую функцию в ходе Ленинградско-Новгородской наступательной операции, не давая противнику воспрепятствовать действиям Ленинградского и Волховского фронтов, а в дальнейшем сами перешли в активное наступление. Однако в Ставке остались недовольны тем, что Попов имел собственное мнение по поводу дальнейшего действия войск фронта в Прибалтике и вступил по этому поводу в конфликт с А.И. Антоновым. Подлил масла в огонь и член Военного совета фронта Н.А. Булганин, обвинивший Попова в зазнайстве и неподготовленности. К тому же Сталину все чаще «сигналили» о том, что Попов, мол, в редкую выпадавшую ему свободную минуту не дурак выпить. Верховный прекрасно знал об этой особенности Попова – еще летом 1943-го, после назначения командующим Брянским фронтом, Попов «загулял» и появился в Москве для представления в Ставке только через трое суток. Но тогда Сталин лишь заметил: «С недостатками бороться можно и исправить их можно, новой же головы человеку не поставишь». А вот в 1944-м пагубная страсть генерала, видимо, уже начала сказываться на результатах работы. И в итоге 20 апреля 1944 г. командующий фронтом М.М. Попов был понижен в звании с генерала армии до генерал-полковника за злоупотребление спиртным и поступки, порочащие честь командира Красной армии, и три дня спустя переведен с понижением на должность начальника штаба Ленинградского и 2-го Прибалтийского фронтов.

Конечно, для генерала это был тяжелый удар, но виду он не показывал. Как следует из мемуаров начальника инженерной службы Ленинградского фронта генерал-лейтенанта Б.В. Бычевского, Попов держался бодро:

«Маркиана Михайловича Попова – первого командующего нашим фронтом – судьба снова привела через два с половиной года в Ленинград. Когда начальники родов войск собрались у него на второй день после вступления в должность, он оглядел всех и с присущим ему юмором отметил:

– Что ж, товарищи, знакомые все вижу лица!

Правда, эти лица уже были генералами со многими орденами, но это не имело значения. За разработку плана операции на Карельском перешейке М.М. Попов взялся с увлечением.

– Красивая будет операция, – заметил он как-то при обсуждении общего замысла».

Работая в штабах Ленинградского и 2-го Прибалтийского фронтов, Попов имел отношение к разработке всех крупных операций этих фронтов на завершающем этапе войны. Это были Выборгско-Петрозаводская операция, в которой Ленинградский фронт участвовал своим правым крылом, Режицко-Двинская операция 2-го Прибалтийского фронта, Нарвская операция Ленинградского фронта, Мадонская операция 2-го Прибалтийского фронта, Прибалтийская операция, в которой участвовали оба фронта.

Вплоть до конца войны Попову так и не простили его прегрешений (которыми, к слову, страдало немалое количество высших командиров РККА). Он так и оставался начальником штаба Ленинградского фронта. Только в начале февраля 1945-го, с 4 по 9-е число, ему выпало вновь возглавить 2-й Прибалтийский фронт на время отсутствия его командующего. 8 мая 1945 г. в 8.00 именно Попов первым получил информацию о капитуляции группировки вермахта «Курляндия» и первым встретился с представителями командования котла для заключения условий сдачи.

После войны генерал командовал войсками Львовского (1945–1946) и Таврического (1946–1954) военных округов. По свидетельству Главного маршала авиации А.Е. Голованова, когда в 1951 г. на Украине проводились большие штабные учения с участием ряда округов, где М.М. Попов, возглавляя «синих», так