Вань, я не Яга! История попаданки - Елена Ха

— Эй, откройте немедленно! Вы не имеете права царского сына в темнице запирать! — заорала я, барабаня, что есть силы, в дверь.

— Не старайтесь зря. У вас осталось пара-тройка часов. На рассвете вас казнят. И кстати, у царя Якова Первого нет сыновей! — раздался ехидный голос за дверью, и тут же послышались удаляющиеся шаги. Вскоре вокруг наступила давящая тревожная тишина…

Я стояла как громом пораженная.

«Что, если Ваня не в себе? Вдруг он все выдумал про отца-царя и про богатую безбедную жизнь в тереме. А я как последняя простушка повелась на голубые глазки, милую улыбочку и смазливое личико… Я отказалась от благ цивилизации ради сумасшедшего?!» — метались в голове мысли. А сердце стучало, будто после спринтерского забега.

Я медленно обернулась к Ване, стараясь не делать резких движений, чтобы не спровоцировать… Что не спровоцировать? Да что угодно! Новый поток вранья, точнее фантазий, или приступ агрессии. Я вспомнила, что с душевнобольными нужно во всем соглашаться. От волнения в глазах неприглядный окружающий мир расплывался, я щурилась, пытаясь рассмотреть выражение лица жениха, но он стоял спиной к окну, и закатный алый свет подсвечивал его фигуру, пряча от меня знакомые черты, выставляя на обозрение лишь мощный силуэт.

Он молчал. И, пожалуй, это беспокоило больше всего. Чего он ждет? Готовится к нападению? Каждая мышца в моем теле напряглась, собираясь защищаться. Да, завтра нас, возможно, казнят, но надежда умирает последней. Поэтому здесь и сейчас я точно просто так сдаваться не собираюсь.

— Уля… — раздался, наконец, сиплый то ли полустон, то ли полузов, и мужчина сделал шаг в мою сторону. Я отшатнулась, прижавшись спиной к двери…

Ваня заметил мой страх. Остановился, плечи его поникли, и он тихо сказал, понурив голову:

— Прости… Я втянул тебя в беду.

В его голосе была такая тоска, мне даже показалось, что царевич сдерживает слезы.

«Какая же я дурында, сорока пустоголовая! — обругала я себя, — Он точно меня любит. А я его! И мы обязательно спасемся!»

— Что происходит, Вань? — жалобно спросила я у жениха.

Царевич поднял голову, заглянул мне в глаза и печально изрек:

— Если мой средний брат Яков стал царем, значит, батюшка умер и старший Афанасий тоже.

Я схватилась за сердце от облегчения.

— Это заговор. Твой брат решил извести всех претендентов на трон, подкупив стражников. И подожди падать духом, может быть, Афанасий жив. Это ты в последнее время в лесу шатался и новостей не слышал, а он мог и прознать про захват власти Яковом. У кого бы выведать?..

Ваня посмотрел на меня с надеждой и предложил:

— Встань мне на плечи и выгляни в окно. Вдруг кто будет проходить, ты сможешь расспросить…

Так мы и сделали. Встав на плечи жениха, я смогла дотянуться до узкого окошка под потолком нашей темницы. Я обозрела широкий двор, белокаменные стены крепости, по которым ходили стражники во всем красном. По зеленой травке мимо шли караульные. Я решила попытать счастья:

— Эй… благородные защитники Отечества, — позвала я их.

Два мужика с простыми открытыми лицами осмотрелись. Один был бородатым, явно постарше, второй еще совсем юнец. Они не сразу заметили меня, пришлось помахать рукой. Поняв, что их зовет заключенная, они нахмурились и приняли грозный вид:

— Чего тебе надобно? — сердито спросил один из них, бородатый.

— Скажите, пожалуйста, многоуважаемые, я только сегодня прибыла к вам издалека, много чего не знала и, кажется, попала впросак. Я-то думала, что вашего царя зовут Феофан. А давно ли у вас правит Яков Первый?

Стражники немного расслабились, решив, что перед ними просто глупая баба.

— Так почитай, как пару недель. Нам тогда еще по мешку золотых всем вручили. Хорошо мы погуляли, — довольно улыбаясь своим воспоминаниям, поведал мне бородатый стражник.

— А разве не Афанасий должен был стать наследником? Он же старший сын…

— Так Афанасий и младший царский сын Иван пропали. Месяц назад все они разошлись в разные стороны на поиски волшебного ореха.

— Да, видать, прежний царь чувствовал скорую кончину, вот и понадеялся с помощью волшебства жизнь себе продлить. Но царевичи не успели, — подхватил младший.

— Вот я и говорю: вернулся только Яков, — закивал бородатый, — Средний царевич всегда был самым быстрым, сильным и смелым.

— Зато Афанасий был умным и справедливым, — заметил молодой.

— Ума и нажить можно, — одернул его старший товарищ.

— Это верно, — тут же согласился младший.

— Так, может, Афанасий еще вернется. Почему поторопились венчать на царство Якова? — не унималась я.

— Средний царевич сказал, что братья его сгинули, объявил их героями. Все и согласились, что тянуть нельзя, вот и вручили ему скипетр и державу, — пояснил младший.

— А ты чего это расспрашиваешь? — с подозрением спросил старший стражник.

— Я за справедливость, — пояснила я и отстранилась от окошка. Ваня помог мне спуститься на холодный пол темницы.

— Я думаю, ты права, Афанасий жив. Просто он в отличие от меня, дурака, понял, что соваться в столицу ему опасно. Но я не верю, что он просто так сдастся. Брат наверняка уже собирает армию в других городах, чтобы вернуть свой законный трон.

— Хорошо бы он поторопился… — вздохнула я, присаживаясь на солому, которая была навалена кучей в углу и явно должна была служить нам кроватью.

Ваня сел рядом со мной и поцеловал в висок. Я тут же обняла его в ответ. Как бы ни было горько на душе, усталость взяла свое. Мы уснули и не заметили, как на наше окно уселся черный ворон, внимательно осмотрел наши «царские» палаты и улетел, сердито каркая.

Утром нас разбудил лязг замка и грохот открывающейся двери.

— Пора в последний путь! — громко объявил все тот же стражник со сливой вместо носа, — Вам повезло, вас вышло провожать само солнышко, — съехидничал он.

Мы с Ваней молча встали. Он отряхнул с меня солому, я с него. Взявшись за руки, мы пошли