Россия XX века. Вехи и судьбы - Полина Ребенина

неё было совершенно естественно. В воспоминаниях разных людей регулярно встречаются описания, в которых Ахматова принимает своих гостей лёжа. Своеобразный она была человек, могда сказать: «Я вчера опять сама мыла пол. И сегодня весь день чищу и убираю. Это – первый признак того, что мне худо. Когда мне хорошо, когда я пишу стихи, например, мне беспорядок не мешает, и я могу жить в чудовищной грязи».

Рождение сына не спасло супружеских отношений. Позже Анна Андреевна призналась: «Скоро после рождения Лёвы мы молча дали друг другу полную свободу и перестали интересоваться интимной стороной жизни друг друга». Однажды Гумилев предложил Ахматовой развод. Она немедленно согласилась, поставив условие: Левушка останется с ней. Тогда до разрыва не дошло.

Когда Николай Гумилёв ушел на фронт, у Ахматовой завязывается роман с поэтом Борисом Анрепом, но его обрывает эмиграция последнего в Англию. Ахматова посвящает Анрепу три или четыре десятка любовных стихотворений. При этом, Анреп был далеко не единственным возлюбленным поэтессы в то военное время.

После войны Николай Гумилёв посетил Париж, и когда вернулся домой, то Анна встретила его новостью – она полюбила другого, поэтому они должны расстаться навсегда. Оставив сына у свекрови, поэтесса ушла к поэту и востоковеду Вольдемару Шилейко, близкому другу Гумилёва.

Несмотря на то, что у Ахматовой с Гумилёвым все большую часть их супружеской жизни складывались весьма прохладные отношения, для поэта это решение стало ударом. Оказалось, что он всё еще любил свою лирическую героиню Аню Горенко. Однако в 1918 году они развелись и Анна вышла замуж за Шилейко.

Тому, что Ахматова стала известной поэтессой, во многом способствовал Гумилев. Первое стихотворение Ахматовой было напечатано в 1907 году в парижском журнале «Сириус», издававшемся Н. С. Гумилевым. Ахматова примкнула к поэтическому движению основанному ее мужем – акмеизму. В марте 1912 года Н. Гумилев отобрал лучшие стихи Ахматовой для ее первого сборника «Вечер», сразу сделавшего ее известной. Успех имел и ее следующий сборник стихов «Четки» (1914).

Я научилась просто, мудро жить,

Смотреть на небо и молиться богу,

И долго перед вечером бродить,

Чтоб утомить ненужную тревогу,

Когда шуршат в овраге лопухи

И никнет гроздь рябины желто-красной,

Слагаю я веселые стихи

О жизни тленной, тленной и прекрасной.

Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь

Пушистый кот, мурлыкает умильней,

И яркий загорается огонь

На башенке озерной лесопильни,

Лишь изредка прорезывает тишь

Крик аиста, слетевшего на крышу.

И если в дверь мою ты постучишь,

Мне кажется, я даже не услышу.

Свое отношение к большевистскому перевороту 1917 года Ахматова открыто не высказывала, возможно, сыграла роль элементарная осторожность. Хотя многие критики настаивают на неприятии ей революционных событий. Надо заметить, что ее родители поддерживали революцию. Мать Ахматовой училась на Бестужевских курсах, где «ее считали членом ячейки «Народной воли», так как она финансировала, эту террористическую организацию (Кралин М. Младший брат // Звезда, 1989, №6, С. 151. Отец тоже считался неблагонадежным, а его преподавание в Морском училище министр внутренних дел М.Т.Лорис-Меликов счел подрывающим устои.

После расстрела Гумилева 26 августа 1921 года, Ахматова сохранила у себя его рукописи, пыталась издавать его сборники, но безуспешно. В декабре 1921 года она посвятила бывшему мужу строки:

Что ты бродишь неприкаянный,

Что глядишь ты не дыша?

Верно, понял: крепко спаяна

На двоих одна душа.

Сын звездной пары Лев в 9-летнем возрасте узнал о том, что отца расстреляли по обвинению в контрреволюционном заговоре. В том же году его навестила мать, а потом опять пропала на 4 года. «Я понял, что никому не нужен», – вспоминал Лев.

***

В 1918 – 1923 годах поэзия Ахматовой пользовалась большим успехом, ее стихи многократно переиздавались. Однако в середине 20-х годов началось многолетнее молчание, длившееся до середины 30-х годов.

Отношения Ахматовой с Шилейко длились недолго, примерно до 1921 года. Правда, развод оформили только в 1926-м, когда востоковед захотел жениться на другой. После расставания оба оставались близкими людьми: до смерти Шилейко они переписывались, а до 1926 года Ахматова периодически жила в его квартире, когда он находился в Москве, и присматривала за подобранным ими сенбернаром Тапой. Однажды Шилейко сказал Мандельштамам о псе: «У меня всегда найдётся приют для бродячих собак, – так было и с Аничкой».

Примерно с 1922 года начался роман Ахматовой и очередного деятеля культуры – искусствоведа Николая Пунина. Последний был женат, имел дочь. С женой расходиться не хотел. С 1924-го по 1926-й Ахматова жила «на два дома»: то у Пунина с его семьёй в Фонтанном доме, то у Шилейко. Затем окончательно перебралась к Пунину. Это считают третьим, гражданским браком Ахматовой. Официальным он так и не стал. Жили вчетвером в одной квартире: Анна Аренс-Пунина, Николай Пунин, их дочь Ирина и Ахматова.

Так продолжалось до 1938 года. Отношения Ахматовой с Ириной и её матерью были далеко не дружественными. Николай Пунин писал в своем дневнике об Ахматовой: «Аня, честно говоря, никогда не любила. Все какие-то шуточки: разлуки, грусти, тоски, обиды, зловредство, изредка демонизм. Она даже не подозревает, что такое любовь..»

В 1935 году были арестованы Н. Н. Пунин и сын Ахматовой и Гумилева- Лев. Лев Гумилев провёл в советских тюрьмах и лагерях 14 лет. Анне Андреевне пришлось выстаивать подолгу в тюремных очередях, посылая передачи мужу и сыну (сын арестовывался трижды – в 1935, 1938 и 1949 годах). Когда одна из женщин, стоявших рядом с ней, спросила шепотом: «А это вы можете описать?», то Ахматова ответила: «Могу». Так родились стихотворения, вместе составившие «Реквием». В 1955 году вернулся из последнего лагеря сын, но они с Анной Андреевной последние годы не ладили и почти не общались.

***

Важнейшим рубежом на творческом пути Ахматовой стал 1941 год – начало Великой Отечественной войны. Война застала Ахматову в Ленинграде, который к осени стал фронтовым городом, и поэтесса оказалась в блокаде. В 1942 ей помогли эвакуироваться в Ташкент Ольга Бертгольц и Жданов.

Лидия Чуковской, достаточно подробно описала жизнь Ахматовой в эвакуации в своей книге. В Ташкенте Ахматова подружилась с Раневской и обычное времяпрепровождение этих дам сопровождалось застольями, пьянками, писательскими интригами и восхитительным бездельем:

«Вечером. Поздно, зашла к NN (Ахматовой). У нее застала Раневскую, которая лежала на постели NN после большого пьянства. NN, по-видимому, тоже выпила много. Она казалась очень красивой, возбужденной и не понравилась мне. Она говорила не умолкая и как-то не скромно: в похвалу себе…»

«Жили хорошо. В комнаты заходила педикюрша, Радзинская жарила утку, Раневская приносила вино, и дамы частенько злоупотребляли им, после чего «Раневская в пьяном виде кричала во дворе писательским стервам: «Вы гордиться должны, что живете в доме, на котором будет набита доска».

В книге Чуковской можно найти множество подобных сцен. По свидетельству современников в эвакуации Ахматова снова собралась замуж, о чем оповестила всех своих подружек. Еще в 1937 году, незадолго до окончательного расставания с Пуниным, Ахматова познакомилась с врачом Владимиром Гаршиным, племянником известного писателя. Знакомство перешло в очередное увлечение. Война разделила их: Ахматову эвакуировали в Ташкент, Гаршин остался одним из главных патологоанатомов Ленинграда.

В Ленинград Ахматова вернулась после снятия блокады в 1944 году. Она планировала жить с Гаршиным, но этого не случилось. Поэтесса неожиданно столкнулась с холодным отношением со стороны потенциального супруга. Как потом объяснил Владимир, его покойная жена предупредила его не связываться с «этой ведьмой». Анна была шокирована, начала кричать и скандалить, из-за чего Гаршин выбежал из квартиры, убеждаясь в истинности слов покойницы. Доктор немного позже женился на другой. Ахматова же решила, что он просто сошёл с ума.

***

После войны в 1946 году вышло знаменитое постановлении ЦК ВКП (б) о журналах «Звезда» и «Ленинград». Речь шла о послевоенном «наведении порядка» в литературе. Ахматова