Опальная принцесса под замком - Мария Ирисова

– Аристократы, которых я заподозрил в похищении оказались чисты… М-да, – Рустам скривился, как будто уже успел обобрать их до десятого колена. – Тогда мои помощники начали выискивать свидетелей. Вот тогда кто-то и припомнил закрытую карету священнослужителей…

– Потому ты решил вырядиться в рясу?

– Если бы просто рясу! – Рустам ткнул на какую-то эмблему. – Я к этим… – кивок в сторону храма. – С проверкой приехал.

Вот это размах! Вот это наглость! Центральный столичный храм! Кто их проверять-то может? Но судя по уверенному лицу Конкрадова, кто-то может!

– Полагаю, ты что-то нашел, потому надо содействие Тени?

Рустам глянул на меня искоса.

– Нижний, хотя правильнее сказать подвальный этаж храма, отведен для нужд будущих монахинь. И проверяющих мужского пола туда не пускают ни под каким предлогом. Думаю Лауру держат именно там! Как раз хотел тебе записку черкнуть, но вы с сестрами сами приехали! – Рустам ухмыльнулся и завел меня в храм через неприметную дверь, то ли в сад, то ли еще куда.

Хорошо тут тихо и темно. Никакой свиты и раздражающий карих взглядов в спину. Должна я ему! Наглец! Выскочка! Хватаю Конкрадова за руку и командую.

– Тень! Прикрой! Нас! – а потом вперед с наглостью бронтозавра.

– Стой! – Рустам резко повернул меня лицом к себе. Окинул взглядом. – Ты какая-то взвинченная! Ну-ка глубоко вдохнула! И замерла!

Еще один – раскомандовался!

– Вержик, если нас поймают, твоей репутации – конец, а меня просто обезглавят! – сказано до того спокойно, будто речь о погоде.

Холодок прошелся по спине, аж пальцы заледенели. Все серьезно, не время для шуток! Медленно вдыхаю и выдыхаю. Раздражение от беспардонности принца наконец утихает.

– Молодчина! Горячая голова в нашем деле, плохой советчик. Я иду впереди, а ты молчишь и подчиняешься? Согласна?

Молча киваю.

– Вот и умница! – Рустам поворачивается спиной и ведет в темноту. Впереди доносится шорох, я дергаюсь, но мужчина силком удерживает на месте.

Чужие шаги удаляются. Конкрадов подходит к двери, приоткрывает совсем чуть-чуть, выглядывает. Через секунду вперед выбегает жульчик, скачет по коридору, словно он на арене цирка. Он их что, как осведомителей использует?

Рустам спокойно выходит следом.

Смотрю на мужчину, как он умудряется сохранять спокойствие у меня от каждого шороха душа норовит шлепнуться в пятки, да там и остаться. Мы пересекли коридор, Конкрадов отворил пятую по счету дверь, внутрь первым юркнул жульчик. Но тут же вернулся, обратно. Рустам замер.

Неужели там кто-то есть? Облизываю губы хочется задать вопрос, но меня просили молчать.

Переступаю с ноги на ногу. Чего мы торчим посреди коридора? Рустам крепче сжимает запястье и чуть сильнее приоткрывает дверь. Внутрь проскальзывает целый десяток жульчиков, через минуту доносится грохот и ругательство. Грозное и емкое.

Рустам же спокойно прикрывает дверь, подталкивает меня к стене, а сам замирает рядом и жестом показывает – ни звука!

Не успел он закончить жестикуляцию, как дверь распахнулась, изнутри вывалился здоровенный мужик, эдакая гора в рясе? И это святой отец? Такому самое место вышвыривать забулдыг из таверны. Незнакомец сопит и хмурится. Вижу у него руки в масле и ряса тоже, даже ботинки испачкались. Он там, что лампу на себя перевернул?

Как только здоровяк отдалился, Рустам потащил меня в комнату!

– У нас мало времени! Поторапливаемся!

Впереди лестница и она полностью утопает в полумраке, а я в бальном наряде. Как бы не убиться?

Рустам вытаскивает из-под рубашки кристалл, щелкает по нему пальцем и тот наполняется приятным, теплым светом. Теперь намного лучше. Пятнадцать ступенек и мы внизу. Взгляд утыкается в преграду.

– Решетка? Зачем запирать будущих монахинь?

– Видимо постриг принимать не хотят, – предположил Рустам, подошел ближе и дернул решетку, потом обратил внимание на замок. – Закрыто… Замок Гермские, такой только ключом можно открыть! – он сжал зубы, взлохматил волосы. – Не представляю, где его добыть!

Глава 24. Пленница храма

Конкрадов дотронулся до браслета и зашипел одернув пальцы.

– Он – ледяной. И здесь нет замка! Как такие вещи снимаются?

– Не представляю. Года три назад у крестного было громкое дело с похожими браслетами. И он показывал их, как улики, но в детали не посвящал.

Вот же папенька зараза, подстраховался. То-то он такой спокойный был, когда я про гулянку говорила, знал – настоящая Лаура никуда от него не денется. Сжимаю, амулет крестного в руке, надо звать на помощь.

– Вержик? – слышится в мыслях чуть рассеянный голос Добриэля.

– У меня тут браслет, от высших Темных, помнишь ты их показ…

Договорить не успела, рядом пыхнуло облако магии и оттуда выскочил крестный. Разумеется в своем истинном чародейском облике, с рогами, когтями и прочими атрибутами. Разноцветный вихрь волшбы развивался вокруг него словно плащ, а на кончиках когтей плясал молнии.

Ну очаровашка же!

– О-о-ой! – Лаура отшатнулась, но Рустам поймал и сжал в объятьях.

– Спокойнее, это, крестный Вержи, он – порядочный чародей.

– Где ты такую гадость подцепила? – Добриэль схватил обе мои ладошки и потянул вверх рукава, – вчера же виделись и ты была в порядке…

– Браслет не на мне! – ловлю когтистые ладони и сжимаю, чтобы успокоить крестного, а сама кивком указываю на Лауру.

Добриэль переводит дух, следом гаснут магические всполохи вокруг. Даже дышать становится проще. Но тут взгляд крестного скользит по окружающей обстановке. Вокруг почти ничего нет – одна кровать и крохотное окошко под самым потолком. Чародей нахмурил брови, потом зыркнул на мою скромную персону.

– Не подумай ничего такого – это храм! – замахала руками и уже тише добавила: – Центральный. Честное слово! И я тут с официальным визитом! Ну, то есть не совсем тут! – показываю пальцем в потолок. – Там сестры дожидаются. Вернее храм