Путешественник - Е. Юань

В ходе расследования на поверхность всплыла до боли знакомая личина Германа Воробья. Сопоставив маршруты безумного авантюриста с вылазками мстителя, она выстроила гипотезу, села мне на хвост, просочилась на «Будущее» и устроила тотальную слежку.

Звучит безупречно логично, однако без доли слепого случая тут явно не обошлось. В конце концов, «Король Пяти Морей» волен болтаться там, где ему заблагорассудится. Вдруг на него просто накатила ностальгия по какой-нибудь прелестнице из «Красного театра», и он приказал вести судно прямиком сквозь мир духов к архипелагу? Или же в Байаме всплыли редчайшие материалы высших эшелонов его собственного Пути, поманив морского волка заоблачной ценностью? Прямых, железобетонных улик, указывающих именно на меня, тут днем с огнем не сыщешь.

Разумеется, понять логику «Королевы Мистики» не так уж и сложно. Когда дело касается столь грандиозных тайн, она предпочитает бить по ложным целям, лишь бы не упустить единственный верный след. Хех, похвальная хватка, вот только так и свихнуться недолго от перенапряжения.

К тому же она почти наверняка не брала на мушку именно Германа Воробья с самого начала. Но в «Городе Щедрости» слава безумного авантюриста гремела из каждого утюга. Стоило ей лишь уловить это имя и сопоставить временные рамки, как мозаика сложилась сама собой.

Эх, всё-таки лучше сидеть тише воды и не высовываться. Хвала небесам, с «отыгрышем» покончено, и теперь личину Германа Воробья можно со спокойной душой навсегда отправить в небытие!' — прокрутив в уме всю эту головоломку от начала и до конца, Клейн наконец-то нащупал корень своих бед.

Впрочем, на задворках сознания продолжала пульсировать еще одна, куда более едкая догадка:

Тот самый момент, когда «Адмирал Звезд» Катлея забирала его на борт. Слишком уж много пафоса! Весь этот спектакль с сияющим мостом кричал на всю округу, словно она до смерти боялась, что кто-то упустит из виду ее союз с безумным авантюристом!

«Не исключено, что она намеренно послала скрытый сигнал. А уж „Королева Мистики“, уловив его, явилась лично. Разведала про Германа Воробья, прочесала мой кильватерный след и, сопоставив факты, вынесла вердикт. Так что ее слова о том, что она блефовала — чистой воды лукавство. Она знала всё наверняка!» — Клейн, небрежно засунув руку в карман, покинул расписной зал. Его целью была Катлея, застывшая снаружи черного монастыря. Сыщик вознамерился вытрясти из нее правду прямо сейчас, пока пиратская владычица пребывала в уязвимом состоянии полудремы.

Разобравшись с этим, юноша почувствовал, как с души падает пудовый камень. Как ни крути, а познания «Королевы Мистики» обрывались на том, что Герман Воробей — это и есть благородный разбойник «Темный Император», выступающий марионеткой в руках некой заоблачной фигуры. В его самые сокровенные, смертоносные тайны она так и не проникла.

'И даже если она сумеет приплести сюда великого сыщика Шерлока Мориарти, ошивавшегося неподалеку в ночь кражи карты «Темного Императора», — невелика беда.

Я ведь давным-давно, с ювелирной точностью выстроил фасад, намертво связав Шерлока Мориарти с «Миром» и статусом избранника «Шута». А Герман Воробей стал лишь логичным продолжением этой легенды. Хех, именно для таких вот форс-мажоров всё и затевалось. Я отродясь не держал окружающих за идиотов. Пока человек дышит, действует и оставляет за собой следы в обществе, его тайны неминуемо дадут течь. Поэтому я и скормил этим прожженным интриганам столь безупречную фальшивку, денно и нощно отыгрывая ее даже в бытовых мелочах.

А уж то, что посланник могущественного божества способен с горем пополам разбирать каракули Рассела — факт совершенно обыденный. Классический божественный дар, тут и придраться не к чему.

Выкусите! Сорвете одну маску, а под ней — лишь очередная личина!'

В вихре этих раздумий Клейн в очередной раз мысленно вознес хвалу спасительной серой мгле и собственной железобетонной паранойе. Не улови он загодя тот самый пронизывающий взгляд, не поддайся инстинкту самосохранения — и, чего доброго, призвал бы посланника прямо на глазах у «Королевы Мистики».

Сам по себе гонец, конечно, ничего бы не выдал. Но где гарантии, что эта бестия не нащупала бы способ сесть ему на хвост, выйти на мистера Азика, а уж через его недавние похождения раскопать мою подлинную суть — Клейна Моретти?.. Сыщик мерным шагом пересек усеянную исполинскими стрелами площадь и, покинув пределы черного монастыря, увидел, что «Адмирал Звезд» Катлея всё так же неподвижно сидит, обхватив колени руками и завороженно созерцая угасающий в сумерках пейзаж.

Взмыв на валун и очутившись подле иссохшего дерева, Клейн устремил взор на монументальные строения соседнего пика и самым будничным, лишенным эмоций тоном поинтересовался:

— Тот спектакль со звездным мостом в Насте… У него было двойное дно?

Катлея лишь слегка запрокинула голову и отозвалась:

— Не скажу.

«…» От такого инфантильного ответа Клейн на миг потерял дар речи.

Он-то наивно полагал, что зыбкий мир грез сделает пиратскую владычицу кристально честной, но всё обернулось иначе. Впрочем, это тоже была своеобразная честность — откровенное, не прикрытое масками проявление ее истинного, затаенного характера.

Выдержав двухсекундную паузу, сыщик решил пойти на хитрость:

— Решила эдаким изящным финтом маякнуть кое-кому, что ко мне стоит присмотреться повнимательнее?

Катлея тяжело, протяжно выдохнула, так и не сменив своей сжавшейся позы:

— Вроде того.

— Мне просто позарез нужно было шепнуть нужным людям: случись со мной какая беда или слети я с катушек, все ниточки приведут к тебе.

«Так я и знал…» — с горькой усмешкой констатировал про себя Клейн.

По-человечески он прекрасно понимал: пиратка просто пыталась подстелить соломку и обезопасить собственную шкуру. Однако для него, как для владыки «Шута», подобное самоуправство было недопустимо, и осадить её следовало жестко.

«Вот только срываться из-за этого пустяка прямо сейчас — плохая затея. Это выставит „Шута“ эдакой наседкой, трясущейся над своим избранником, что в корне рушит божественный ореол… Впрочем, я уверен, что „Адмирал Звезд“ провернула не один такой трюк. Соберу-ка я все ее огрехи в кучу и при случае выдам туманный, но пробирающий до костей выговор…» — план созрел молниеносно, и Клейн окончательно сбросил с себя остатки липкого страха перед тайнами этого сновидения.

Что же касалось щедрого предложения «Королевы Мистики», он даже не собирался его обдумывать.

Дневники великого Рассела пестрели откровениями о Земле и переселении душ. Вздумай он просветить эту дамочку и научить ее читать китайские иероглифы, она бы неминуемо докопалась до истины. И тогда лавина ее выводов стала бы поистине фатальной!

«Она и так до