Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

было — но потенциально я её предусмотрел. И встроил защиту от сжигания «железа» импульсом от амулетной части: напряжение не могло подняться выше 30 вольт… плюс-минус пять. Всё-таки я брал разное дерево, и на наложенный паром оно реагировало немного по-разному. Минимумом срабатывания контроллера было напряжение 5 вольт в течении не менее 0,5 секунды. При «проскакивании по краешку» поля действия этого модифицированного амулета подавления нужного времени могло и не набраться, поэтому между насосом маны после фильтра и преобразователем в электричество был предусмотрен стандартный накопитель, позволяющий растянуть импульс за счёт того, что мана не рассеивалась сразу же, при этом «проседая» по вольтажу. При этом «входящий канал» не мог «заливать» ману в накопители быстрее, чем хватило бы более, чем на пять секунд сигнала до полного исчерпания накопителя. Да, согласен, реализация не самая «пряморукая». Но работает же! И вот теперь, после всех тестов, я вынужден был констатировать факт: неким непонятным мне образом, накопитель 29-го канала был залит маной до упора. Какой уж тут сон!

— … то есть получается, что, фактически, «некто» должен был влезть на столб и перелить ману «вручную», дотронувшись до амулета пальцем, например. Причём, не просто влить, а влить именно узкоспеткральную ману: как я понимаю, без амулета это не особо возможно. По крайней мере, я не припоминаю в известных документах методики оперирования собственной маной… так тонко. В описании демонов так же никто с такими характеристиками не замечен.

— Я тоже никогда о таком не слышала… знаешь ли.

— Но это ещё не всё, — я проводил взглядом очередного прохожего, деловито спешащего через ночной сквер центрального парка: аллея была ярко освещена, и многие пользовались ею, чтобы сократить путь домой. — Этот «некто» должен был или залезать на столбы, или использовать длинную палку, на конце которой зажат соответствующий амулет, чтобы передать энергию. Отвести глаза или использовать невидимость, не «засветив» ауру, нельзя: у нас бы были соответствующие логи и сигналы в базе данных. А их — нет.

— Может, просто рядом никого не было? — предположила Химари. Кошка, не расставаясь с верным клинком поперёк колен, сейчас сидела на лавочке с видом «сейчас усну».

— Дофу провела проверку по «не магической» статистике: ИК датчики дают показание от одного человека до трёх.

— И что делать, знаешь ли?

— Я отправил патруль поискать и опросить тех, кто просто гуляет: мамаш с колясками, собачников… есть шансы, что кто-то что-то видел. Гинко!

Волчица, показавшаяся из-за тёмной стены деревьев, до того крутившая в руках вырывающуюся и громко «цвикающую» белку, состроила невинную мордаху и отпустила грызуна.

— Никаких особенных следов, Юто-сама!

Я увидел, что по аллее возвращаются патрульные: судя по их не слишком довольным лицам, тоже пусто.

— Ничего?

— Просим прощения, Амакава-доно.

— Отрицательный результат — тоже результат, — я пожал плечами и, не удержавшись, зевнул. — Возвращайтесь к патрулированию, что бы тут ни было, оно прошло бесследно… к сожалению.

— Две группы быстрого реагирования приведены в состояние повышенной готовности, один дополнительный патруль выслан. Знаешь ли. — Сидзука закрыла телефон-раскладушку и посмотрела на меня.

— Тогда всё. Домой. Только кофе по дороге купим, а то я отрублюсь прям в автобусе.

… это было даже логично. Со стороны сквера в этот поздний (или уже правильнее говорить ранний?) час было открыто только одно кафе. Ничего такого: зонты, выставленные прямо на тротуар, сейчас сложенные, пластиковые столы и стулья. Кофе забегаловка даже не варила — предлагала в банках. Эти двое ничем не выделялись, будь время чуть менее позднее — я просто прошел бы мимо. Но, кроме клюющего носом за кассой «бармена» и этих двоих, никого не было — и я невольно стал разглядывать эту странную пару. К моему стыду скажу: секунд, наверное, пять, я пялился на роскошный бюст дамы: хитрый жакет оставлял «вентиляцию» не только сверху, но и между, а уличные фонари создавали там зыбкий полумрак. Тот самый, «мифический» для Японии «шестой размер», который каждый мужчина в своём воображении «надувает» в меру своей фантазии! Причём я оценил покрой одежды и нижнего белья — содержимое «декольте» было «отформировано» в две столь идеальные шарообразные фигуры, что в пору было заподозрить даже не силикон — мрамор! Даже аякаси, с их обычной «идеализацией» внешности, не тянут. Но очки честно визуализировали отсутствие ауры, так что… Именно в этот момент я всё-таки перевёл взгляд на собеседника женщины: добродушно улыбающийся дедок что-то тихо говорил, прихлёбывая чай, и взгляд его был устремлён… ну, вы поняли. А потом я его просто узнал. Не по фотографии, которой, к слову, у меня и не было. Словесное описание, которое я слышал, тоже не особо подходило. Даже слово «узнал» не совсем подходило… скорее — вычислил. Странное поведение амулетов, которые как бы «никто не трогал». Близость кафе к точке возникновения проблем. Наконец, видимо, его желание и любопытство «лично увидеть», что тут «нагородил» «последний Амакава»… Целую секунду я колебался, решая, что именно должен сделать. Впрочем, выбора особо не было — пара могла просто встать и уйти — и ищи ветра в поле. Ладно, Гинко недалеко, плюс две группы в «повышенной».

— Чидори, будь добра, вернись в автобус, — и, не дожидаясь реакции змеи, к которой я обратился паспортным именем: должна догадаться! — я подошёл к столу колоритной пары. Глубокий, уважительный поклон. — Господин, госпожа, не позволите присоединиться к вашей беседе?

19

— Какой вежливый молодой человек! — старик улыбнулся теперь уже мне, этак тепло, как любимому внуку, которых, правда, у него полторы сотни. — Видишь, Сая-тян, зря ты жаловалась на «молодое поколение». Вот ребёнок, вежество знает. Вот бы и поучилась…

Названная «Саей-тян» поморщилась — и вообще её лицо не отражало особого веселья, скорее даже было внутренне напряжено. Пока существо, выглядящее сейчас как пожилой мужчина, распиналось о классическом «вот в мои-то годы» (интересно, это сколько тысяч лет назад?!), я с вежливой полуулыбкой переводил взгляд с одного визави на другого. И ждал. Сейчас время работало на меня.

— Ну, мальчик, и что тебя к нам привело? Ты, я надеюсь, не потерялся?

— Нет, что вы, господин! Как можно потеряться в собственном городе? — я привстал и отвесил очередной поклон. — Но я немного смущён, что вынужден обращаться именно к вам… прошу простить меня, заранее…

— Ну конечно, малец, не тушуйся! — подбодрил меня собеседник. ‘Малец’… может, в чьих-то устах это бы и прозвучало обидно, но только не в его. Тут, скорее, нужно сравнить себя не с мальцом, а подёнкой-однодневкой.

— Спасибо. В общем-то, я понимаю, что это звучит глупо,