Real-Rpg 15. Вторжение - Пётр Николаевич Жгулёв

— От тебя?

Каин: не стоит недооценивать создания прошлых эпох, особенно настолько могущественные. Мне потребовалось время, чтобы отыскать критическую точку. Если бы я не уничтожил тварь с одного удара, то могли возникнуть проблемы…

— Мне казалось, ударов было два?

Каин: тем не менее смертельным был именно первый. И если бы я сразу не вырвал кристалл воплощенного ужаса, то оказавшись на грани гибели, он сам мог его расколоть, устроив вокруг нашей планеты псионическую бурю. И сложно сказать, как много людей оказались бы её жертвами…

— Миллионы?

Каин: скорее — сотни миллионов. Не говоря уже о сложной технике, которая бы тоже массово вышла из строя. Высокоразвитые миры довольно уязвимы к энергетическим типам атак…

Причём откат человечества в развитии даже на десятки лет тоже повлек бы за собой немало проблем. Например, потерю доступа к ряду ключевых технологий, вроде производства дронов, смартфонов или столь любимых мной тактических рюкзаков с ядерным зарядом. Ужасно.

— И тем не менее, ты пошёл на подобный риск?

Каин: скорее произошедшее стоит рассматривать как несчастный случай. Кто мог предположить, что в окрестностях нашего мира скрывается не просто древний кошмар, а воплощение ужаса? И уж тем более, что ты с ходу умудришься привлечь внимание подобной твари?

— Ты же сам потребовал от меня его выманить.

Каин: к тому времени это был самый простой вариант в корне избавиться угрозы.

Ну да, нет человека — нет проблем, и к разного рода хтоническим чудовищам этот тезис относился в не меньшей степени. И если бы боги вышли сразу, то в лучшем случае отрубили бы щупальца, заставив тварь отступить — чтобы затем ударить там, где его бы уже никто не ждал. Как показывает практика, могущественные сущности весьма злопамятны.

— Насколько он вообще был силён?

Каин: сравним со старшим богом пятого, может, даже шестого уровня. И это здесь, на чужой для него территории…

— А в слое разума? — задал я напрашивающийся вопрос.

Каин: там даже я не стал бы с ним связываться без крайней необходимости.

Это неплохо объясняло, почему тварь вообще попалась в нашу ловушку — когда у тебя практически нет достойных противников, то начинаешь смотреть на мир свысока. Трое богов не представляли для него особой угрозы, и даже от семерых он имел шансы отбиться и уйти, прихватив кого-нибудь с собой в качестве ужина.

— Если он был так силён, то почему мои чертоги не развалились на кусочки? — уточнил я. — И как я вообще сумел сбежать?

Каин: ответов на этот вопрос может быть множество, но я предложу тебе только один из них — самый очевидный. Как ты думаешь, сколько псайкеров этот хтонический комок щупалец встречал за последние годы?

— Ни одного?

Каин: полагаю, ты первый, которого он встретил за сотни, а то и тысячи лет. Поэтому он не хотел тебя упустить — и действовал осторожно, с максимальной нежностью…

Вот только не для того, чтобы поговорить и отпустить — скорее всего, он пожрал бы меня, а затем попытался захватить тело, создав новое воплощение. И выжил я, по большому счёту, за счёт эффекта неожиданности — и внешней подпитки.

— А как же месть за «священного потомка»?

Каин: скорее всего — формальный предлог для вторжения. Сильно сомневаюсь, что ты убил кого-то действительно ценного. Вполне возможно, на щупальце, которое ты прищемил, наш «Ктулху» обиделся даже больше…

— Хтоническому ужасу тоже нужны предлоги?

Каин: если бы он пришёл без причины, то выглядел бы захватчиком, против которого хозяева выступили бы всеми силами. Если же дело в смертном, навлекшем бедствие на свой мир, то большинство богов предпочтёт откупиться. Даже если речь идёт не о простом игроке, а каком-нибудь старшем жреце…

А если покровитель неудачника окажется против, то это может спровоцировать конфликт между местными богами. Которые, продемонстрировав слабость, сами легко могут оказаться следующими жертвами.

— И как такая тварь вообще оказалась у нашего мира?

Каин: как ты понимаешь, точного ответа мы никогда не узнаем…

— Меня устроят и предположения.

Каин: слой разума — огромен, но при этом ещё более пустынен, чем наш собственный. И редкие оазисы, образующиеся возле обитаемых миров, неминуемо привлекают его обитателей…

— И Земля в данной метафоре — источник «воды»?

Каин: скорее, источник воды — это люди. И семьсот лет назад планета была отрезана не только от Системы, но и от иных слоёв реальности.

— Иначе говоря, источник иссяк.

Каин: верно, а без подпитки большинство кошмаров должно было или зачахнуть, или уйти в поисках иных «оазисов» . Ну а наш« Ктулху» предпочёл забиться поглубже и впасть в спячку…

— С его силой проще было бы разрушить барьер.

Каин: вполне допускаю, что он даже не осознавал источник проблемы. В конце концов, море пси-энергии вокруг нашего мира хоть и обмелело, но так и не иссякло до конца…

И судя по численности кошмаров, некоторые из них сумели пережить трудные времена, а возможно и породить потомство.

— Ситуация уже год как изменилась.

Каин: для тех, кто способен жить вечно, год — не так уж много. Но нам определённо повезло, что мы уничтожили его именно сейчас. Иначе потом его существование вылилось бы в проблемы…

— Мне казалось, создания разума не лезут в «реальный мир»?

Каин: в основном, но из любого правила случаются исключения. И, подозреваю, вскоре легенды о кракене, топящим корабли и сносящем прибрежные города, стали бы реальностью… и хорошо если только прибрежные…

— Он действительно мог уничтожить Землю?

Каин: саму планету — нет, но большинство людей на ней — без сомнения. Конечно, если бы он переусердствовал, то лишился бы кормовой базы и оказался вынужден искать себе новый оазис, но это уже другой вопрос.

— Которым он не факт, что стал бы задаваться?

Каин: совершенно не факт.

— Может ли быть так, что где-то на глубине таятся и другие подобные твари?

Каин: крайне маловероятно — вряд ли бы он стал терпеть сравнимых по силе конкурентов, а тех, кто слабее, просто бы пожрал…

— За исключением потомков.

Каин: большинство из них не пережили твои «подарки» , а если кто-то и остался, то он будет гораздо слабее прародителя. И предпочтёт сбежать куда-нибудь подальше…

Очередные догадки, но вполне убедительные — и отлично укладывающиеся в общую картину.