Легенда старого вулкана - Ксения Чудаева

Быстрым шагом дошёл до палатки, несколько грубо сгрузил на спальник хранящего молчание аллара. Его сын тут же забился подальше, ощущая происходящее скорее эмоционально, чем реально понимая, что волнует взрослых.

Дармин сначала сел на свой спальник, сцепил руки в замок. Заставлял себя не двигаться, но не выдержал, встал, начал мерить палатку шагами, пока не замер около выхода.

— Раст — очень сильный воин, — осторожно проговорил Йорал с долей грусти в голосе. — Он справится…

— Он должен справиться! — сорвался Дармин, сжимая в кулаке материал полога. — Это его план, его расчёты, его войско! И его долг, в конце концов! Пусть возвращается и разбирается со всем этим дерьмом!

Постарался взять себя в руки, успокоиться. Но полночи метался по палатке, как зверь в клетке. Неспящий аллар следил за ним взглядом из темноты, но молчал. В итоге к рассвету Дармин молча вырвался из палатки и решительно направился к лазарету. В предрассветных сумерках за ним внимательно наблюдали тёмные глаза.

Дойдя до большой палатки, мужчина проскользнул внутрь. Сразу стало понято, где лежит Раст — часть лазарета отгородили тканевыми стенами, там угадывался маленький костёр и один единственный спальник.

Перед входом в это отделение на полу сидел Хараш. Заметив Дармина, он встал, недвусмысленно перегораживая путь. Но мужчина не стал останавливаться на полпути, подошёл почти вплотную.

— Пусти, — тихо проговорил сквозь сжатые зубы.

— Он плох, нельзя, — покачал головой Хараш, тоже не повышая голоса. — Его очень сильно ранили.

— Как такое вообще могло случиться⁈ — прошипел Дармин, сжимая кулаки. — Это же… Раст!

Мужчина думал, что его вопрос привычно останется без ответа, но Хараш не стал молчать.

— Он — главный. Около него всегда самые сильные враги, — тёмный не проявлял эмоций, но какое-то напряжение от него чувствовалось. — Он убил шестого абсолюта, но тот успел наслать на него армию. Раст может умереть. Или потерять контроль над тенью.

Дармина прошила странная боль. Резко мотнул головой: плевать он сейчас хотел на убитого абсолюта.

— Пусти, — проговорил упрямо. Посмотрел прямо в тёмные глаза и выпалил. — Он мой отец, зорги тебя раздери! И твой, между прочим, тоже! Пусти!

— Раст сказал, чтобы ты…

— Но ты же здесь, рядом, успеешь! — Дармин не собирался отступать. Если придётся применить силу — применит, чем бы это в итоге не обернулось.

Хараш помолчал и вдруг развернулся, давая проход.

— Спасибо, — выдохнул Дармин, тут же проскальзывая за тканевую перегородку.

Раст лежал на спине, накрытый одеялом, из-под которого местами выглядывало перебинтованное тело. Черные от крови бинты, сиплое рваное дыхание, серая кожа, капли испарины на лбу… Дармин заскрипел зубами, готовый убивать. Алларов, абсолютов, бирюзовых… всех, кто причинил ему боль. Всех, из-за кого его отец превратился в это, а теперь и вовсе мог умереть.

Мужчина отступил, прикрыл глаза, подавляя в себе вспышку лютой ненависти, тяжело вздохнул. Опустился на пол рядом со спальником, посмотрел на каменное лицо Раста. Тот спал или был в забытьи, но единственный видимый глаз был закрыт, вторая половина лица была скрыта под бинтами. Дармин сидел молча, таращась на Раста, чьё лицо смотрелось живым в отсветах колыхающегося пламени костерка.

— А ведь, по сути, ты добился всего, чего хотел, отец, — наконец прозвучал в тишине голос мужчины, враз утративший эмоции. — У тебя в руках огромная мощь. Ты сам, да и все эти воины. Они слушаются тебя. Ты убиваешь абсолютов, ты, зорги раздери, роняешь Небесные города! А я ведь до последнего не верил, что у тебя получится. А, может, даже надеялся, что у тебя ничего не выйдет.

Он запнулся, горло перехватило, мешая говорить. Подождал, пока немного отпустит, продолжил:

— Я малодушно надеялся, что ты останешься собой, что мама будет мамой, а Хараш не станет чёрным забывчивым ублюдком, — скривил губы в усмешке Дармин. — Но ты победил, как и всегда. Зоргов упрямый старик. Всё рассчитал. Даже свою собственную смерть. Ты же хотел, чтобы я тебя лично убил, так куда ж ты так торопишься?

Что-то в рваном ритме дыхания Раста изменилось, мужчина вскинул взгляд на него и дёрнулся, оказался рядом, видя, как на него смотрит один глаз. Чёрный от натёкшей из лопнувших капилляров крови, но белок виднелся, а, значит, Раст себя контролировал.

— Дар-рмин, — раздался его рычащий голос.

Тёмный с усилием поднял дрожащую мокрую от пота руку, положил её на плечо Дармина, придавливая ощутимой тяжестью.

— Раст, ты как? Позвать… — начал было мужчина, но рука главы сдавила его плечо, заставляя замолчать.

— Ты спр-равишься, Дар-рмин. Всё будет хор-рошо, — рык скатился до свистящего шёпота, единственный глаз вдруг закатился, а рука безвольно упала с плеча мужчины на пол.

— Раст! — встряхнул его Дармин. — Раст!

Но тот не подавал больше признаков жизни, мужчине даже показалось, что тёмный перестал дышать.

— ХАРАШ! — взревел Дармин во всю глотку.

Воин тут же ворвался в отделение, оттолкнул Дармина, прильнул к груди главы, прислушался.

— Салах! — рыкнул Хараш.

Травник явился через мгновение, упал перед Растом на колени, сбросил с тела одеяло, сложил ладонь лодочкой и пробил когтями, объятыми тенью, грудину главы. Дармин большими глазами смотрел, как Салах рукой сжимал сердце Раста, качая кровь и пытаясь запустить его ход. Минуты растянулись в вечности, травник что-то рычал, тело Раста содрогалось, его тень то выходила за пределы кожи, то втягивалась обратно.

— Ну же, давай, старик! — требовательно прошептал Дармин, не отрывая взгляда от серого тела.

Травник вложил больше тени, воздух словно завибрировал от её насыщения, Раст выгнулся дугой, его рот приоткрылся, но не издалось ни звука.

Вдруг Салах опустился на пол, вынул окровавленную руку из грудины, однако сердце Раста не стало биться само. Глава остался неподвижен.

Как и все сейчас здесь. Замершие, неподвижные, придавленные тяжестью случившегося.

— Выйдите, — раздался вдруг женский грассирующий голос.

Дармин поднял голову, уставившись на стоящую на входе Аргету.

— Ты… — начал было Хараш.

— Я сказала — выйдите все! — рявкнула она, при этом на её лице замерла неподвижная, словно каменная маска.

Салах встал и ушёл первым, за ним удалился Хараш. И только Дармин остался сидеть на полу, так и не найдя в себе силы подняться.

Аргета перевела на него тяжёлый взгляд.

— Уйди.

Мужчина сглотнул и наконец подчинился. Что-то было в её голосе, позе, глазах…