Лекарь из Пустоты. Книга 13 - Александр Майерс

Выступили остальные студенты, а последним о своих результатах рассказал Ерошин. Выяснилось, что в диагностике он преуспел не меньше Марии. Я высоко оценил его старания, чтобы поддержать Владимира. Ему это было нужно больше остальных.

— Вы все большие молодцы, — констатировал я, когда выступления закончились. — В эти выходные отдыхайте. Никакой магии, никаких учебников. Гуляйте, развлекайтесь, живите обычной жизнью. С понедельника начинаем новый блок.

— Спасибо, Юрий Дмитриевич!

— Спасибо! До понедельника!

Я отключил связь и улыбнулся.

Ученики развивались не по дням, а по часам. Вскоре они достигнут по-настоящему больших успехов. И это было лучшим вложением сил, которое я только мог себе представить.

Российская империя, город Санкт-Петербург, здание Имперского суда

Дату второго заседания объявили так же неожиданно, как и первого. Мы с Некрасовым прибыли в назначенный день, и в этот раз князь Баум тоже решил присутствовать лично. Он уладил большинство проблем, которые ему устроили в начале войны, и теперь жаждал лично присутствовать на главном юридическом поле битвы.

— Нервничаете? — тихо спросил я, пока мы ждали начала суда.

— Ни капли, — усмехнулся Мирон Сергеевич. — Просто хочу посмотреть, как будет меняться лицо этого Коршунова, когда он поймёт, что его песенка спета.

Коршунов действительно выглядел иначе. Если на первом заседании он вёл себя как хозяин положения, то сейчас сидел неестественно прямо, нервно перебирая бумаги. Его помощники тихо шушукались и бросали на нас мрачные взгляды.

Но больше всего меня заинтересовал судья.

Граф Денисов вошёл в зал и занял своё место. Я внимательно посмотрел на него и тут же всё понял.

Судья выглядел так, будто ему самому вынесли приговор. Бледный, осунувшийся, с поблекшим взглядом. От его прежней надменной уверенности не осталось и следа.

Я мысленно усмехнулся. Похоже, с графом Денисовым провели разъяснительную беседу. Видимо, тайный советник Белов пообщался с судьёй лично и донёс, что дело должно быть решено по справедливости и никак иначе.

— Встать, суд идёт! — объявил пристав.

Мы поднялись. Денисов даже не взглянул на зал. Он сел, придвинул к себе микрофон и взял в руки единственный лист бумаги.

— Заседание объявляется открытым, — сухо, почти механически произнёс он.

Коршунов начал было подниматься, но Денисов взмахнул в его сторону молотком и велел:

— Сядьте, господин Коршунов.

Адвокат замер с открытым ртом, затем покорно опустился обратно в кресло.

Денисов обвёл нас всех взглядом, откашлялся и произнёс:

— Суд тщательно изучил все материалы дела, включая результаты независимой экспертизы документов, предоставленных стороной истца. Аргументы обеих сторон полностью рассмотрены и проанализированы. Мною сделано заключение, что никакие дополнительные свидетельства, ходатайства или экспертизы не окажут влияния на итог данного разбирательства… Поэтому суд готов объявить своё решение здесь и сейчас.

Глава 12

Российская империя, город Санкт-Петербург, здание Имперского суда

Коршунов попытался что-то возразить, но граф Денисов одним взглядом заставил его замолчать. Он поднял свой листок и начал читать решение монотонным голосом:

— В удовлетворении исковых требований князя Аристова о признании права собственности на алхимическое производственное предприятие отказать в полном объёме. Право собственности сохранить за ответчиками, князем Серебровым и князем Баумом.

Мирон Сергеевич не сдержался и коротко рассмеялся, за что получил опаляющий взгляд от адвокатов Аристова. Впрочем, его это ни капли не смутило.

— Кроме того, — продолжил судья, не поднимая глаз от бумаги, — результаты независимой экспертизы подтверждают факт фальсификации документов стороной истца. Материалы дела передаются в Высший следственный комитет Российской империи для возбуждения уголовного дела.

Лицо Коршунова стало белым как мел. Его помощники за спиной замерли, словно каменные изваяния.

Денисов отложил лист.

— Решение суда вступает в силу немедленно и обжалованию не подлежит.

Он уже потянулся к молотку, но Некрасов вдруг резко поднялся с места.

— Ваша честь! Сторона защиты ходатайствует о немедленном принятии встречного иска.

Денисов со вздохом посмотрел на моего юриста. В его глазах читалась усталость и откровенное нежелание затягивать этот процесс ни на секунду.

— На каком основании, господин Некрасов?

— Клевета, предоставление заведомо ложных доказательств и умышленная порча дворянской репутации, — ответил Вячеслав Андреевич. — Пакет документов с обоснованием и оценкой репутационного ущерба у меня готов.

Некрасов достал из портфеля толстую папку и протянул её подошедшему приставу.

Денисов бегло просмотрел первые страницы. Его губы слегка дрогнули, но он сохранил непроницаемое выражение лица.

— Ходатайство принято, — сухо произнёс он. — Князь Аристов будет уведомлён о необходимости явиться для дачи показаний уже в качестве ответчика.

Молоток звонко стукнул по подставке.

— Заседание закрыто!

Это была полная и безоговорочная юридическая победа. Решения Имперского суда не обжалуются. Никакие связи, никакие великие князья и никакие деньги не помогут Аристову отменить этот вердикт.

Завод наш. Точка.

А теперь ему ещё и придётся ответить за подделки.

Но прежде чем мы с Баумом успели обменяться рукопожатиями, с заднего ряда поднялся тайный советник Белов.

Денисов, уже наполовину встав, замер и покорно сел обратно.

— Господа, — произнёс Белов. — От имени канцелярии Его императорского Величества я обязан сделать официальное заявление. Судебный конфликт о правах собственности исчерпан. Однако Его Величество напоминает, что ранее была официально объявлена война. Указ о временном прекращении огня, изданный на период судебных разбирательств, прекращает своё действие немедленно.

Баум тихо выругался сквозь зубы.

— Стороны имеют законное право продолжить боевые действия, — продолжил Белов. — Его Величество, разумеется, искренне надеется на мирное разрешение конфликта и призывает стороны к благоразумию. Но закон есть закон.

Белов слегка кивнул и направился к выходу.

Я перевёл взгляд на адвокатов Аристова.

Коршунов стоял, прижав телефон к уху, и что-то истерично шептал в трубку, отвернувшись к стене.

Ну конечно. Юридическая война проиграна. Значит, в ход пойдёт старое доброе насилие.

Я достал свой телефон и набрал номер Демида Сергеевича.

— Слушаю, Юрий Дмитриевич, — ответил он после первого гудка.

— Мы выиграли суд. Завод наш.

— Понял. Ждём гостей?

— Указ о перемирии только что отменили. Готовьтесь к бою, Демид Сергеевич.

— Бойцы на позициях и уже устали от бездействия. Пусть только сунутся!

Я отключил связь и на секунду закрыл глаза.

«Шёпот», — мысленно позвал я.

«Я здесь, хозяин!»

«Отправляйся в амулет Демида. Он сейчас будет в гуще сражения. Помоги ему. И не стесняйся, можешь ломать что захочешь».

«С удовольствием», — промурлыкал Шёпот.

Я почувствовал, как холодный сгусток Пустоты выскользнул из меня и устремился сквозь пространство