Развод. Ты мне не муж! - Наталия Ладыгина

— Я знаю про Еву.

Его реакция на это что-то с чем-то.

От нее волна мурашек пробегает у меня по спине.

От былого его настроения не осталось и следа. Глаза стали неподвижными, скулы напряглись.

— Откуда? — ровным тоном задает вопрос.

— От Василисы.

Он слегка сощуривается.

— Она думает, что ты не знаешь, но я почему-то уверена, что тебе известно, кто эта женщина.

Известно. Ответ в его глазах.

— Что она тебе сказала?

— Так вышло случайно… В комнате Маши была Василиса, и она начала как бы… говорить сама с собой, пока Маши не было. Она сказала, что она ее бабушка. И тогда я вытянула из нее ответы. Артур, она ненавидит тебя. И ее ненависть… она пугает. Я посчитала, что ты должен знать.

Артур не особо-то удивлен.

— И что же она тебе сказала?

— Она сказала, что Ева умерла при родах, и что ты… заставил ее рожать. Она считает, что это твоя вина. Ведь если бы ты не заставил ее сохранить ребенка, то ее дочь была бы жива и…

— Да, заставил, — обрывает Артур. — Я не мог позволить сделать ей аборт.

— Я… я понимаю.

— А в твоих глазах я вижу намек на осуждение.

— Нет… Я просто…

— Эта женщина пыталась манипулировать мною. Я никогда ей ничего не обещал. Забеременев, она рассчитывала на свадьбу, а когда поняла, что ее не будет, то начала угрожать, что сделает аборт.

— И ты не дал ей этого сделать…

— Ева сама себя убила, — заявляет Артур.

— Сама?..

— Она была под моим присмотром, но постоянно вредила себя. Особенно на поздних сроках. Она жила в отличных условиях, я дал ей все. Но ей взбрело в голову вести себя как ненормальной. Результат: преждевременные роды и ее смерть.

— Боже… — опускаю взгляд.

— Она родила на три недели раньше. Это чудо, что Маша выжила. А Еву спасти было невозможно. Я ее смерти не хотел.

И я верю ему.

Однако он сейчас смотрит на меня так, будто я его осуждаю, а он сильно злится из-за этого.

Еще секунда, и он уходит, оставляя меня одну.

Шумно выдохнув, я сажусь на кровать.

Вряд ли он пошел сию секунду разбираться с Василисой. Наверное, он просто хочет немного побыть один.

А я вот не могу сейчас одна. Я должна пойти и сказать ему, что совсем не осуждаю его. Это жизнь. И в ней всякое бывает.

Набравшись смелости, я врываюсь на его территорию, но не обнаруживаю его в комнате.

Где же он?

Наверное, в кабинете. Где же еще?

Постучав, я сразу вхожу, заставая его сидящего за столом. И теперь я в самом деле вижу, что он живой человек, а не тот бесчувственный робот, которым я его считала.

— Я тебя в комнате искала, а ты тут, — подхожу к его столу робко. — Я лишь хотела сказать, что не мне тебя судить. Да и судить не за что. Жаль Еву, но… твоей вины в этом нет. Твое желание во что бы то ни стало сохранить жизнь своему ребенку — это правильно.

Выслушав меня, Артур меняется во взгляде.

— Иди ко мне, — поворачивается на стуле, чтобы я помогла подойти, а он мог усадить меня к себе на колени. Он смотрит мне в глаза — я ему. И прямо сейчас что-то меняется. В эти самые секунды. Я не знаю что, но что-то происходит, пока мы смотрим друг другу в глаза. — Я не хотел, чтобы ты так узнала, — произносит он, удерживая меня у себя на коленях, придерживая одной рукой за талию, а другой касаясь лица. — Наверное, вообще не хотел, чтобы ты знала, — признается.

— Это было бы твое право.

— Нет, ты должна знать. А Маша… она не должна.

— Я ей не скажу. Обещаю. Но Василиса может…

— Я с этим разберусь.

— Ты ее уволишь?

— Я не стану ждать, когда она решится начать промывать мозг моей дочери.

А она может…

— Тебе решать. Ты отец.

Артур улыбается, поглаживая большим пальцем мою щеку.

— А теперь скажи, — смотрит изучающе, — ты скучала по мне? Только правду, Мира. Иначе я за себя не ручаюсь…

Глава 42

«Иначе я за себя не ручаюсь…»

Во мне поднимается легкий страх, но он тут же отступает.

Я его не боюсь.

Страха больше нет.

Скучала ли я по нему?.. Просто вопрос, но ответить очень сложно.

Он ждет ответа, а я думаю, как бы ответить так, чтобы это было правдой.

— Я думала о тебе… — произношу чистую правду.

И это на сто процентов тот самый ответ, который он хотел услышать.

— А я о тебе, — ведет пальцами мне за ухо, а затем притягивает для поцелуя. Начиная очень нежно, почти невинно, но в процессе углубляя поцелуй.

Правой рукой он то сжимает, то поглаживает мое бедро. Я вся покрываюсь мурашками, тело непроизвольно реагирует на него, чего я никак не могу контролировать.

Я не знаю, как мне реагировать…

Чего я хочу — я по-прежнему не знает. И эта моя неопределенность — невероятно злит.

Что-то заставляет меня смотреть в другую сторону и опасаться его. Но боюсь я не его, а того, что будет. Со мной. С нами.

Внезапно он поднимается с кресла вместе со мной.

— Куда мы?..

— Туда, где нам будет гораздо удобнее.

Артур выносит меня из кабинета и неожиданно заносит в мою комнату. Преодолевает расстояние до моей кровати и кладет на нее. Тут же нависает сверху и с жадность накрывает мой рот своим.

— Почему здесь?.. — спрашиваю, когда он отрывается от меня, чтобы сорвать с себя футболку.

— Я подумал, что здесь тебе будет легче расслабиться. Моей комнаты ты пока боишься. У тебя такие большие глаза, когда ты в ней находишься.

— Погоди, — упираю руки ему в грудь и смотрю в глаза. — Я не уверена, что согласна на то, что ты мне предложил… Не уверена, что передумаю…

— Еще несколько дней назад ты была уверена, что хочешь как можно скорее развестись со мной, чтобы стать свободной, а сейчас ты явно сомневаешься… За несколько дней неплохой результат, — слабо ухмыляется, и я перестаю сдерживать его. — Не думай сейчас об этом… Нам просто может быть хорошо друг с другом.

— Значит, ты по-прежнему даешь мне выбор? Только скажи честно. Все вокруг только и делали, что лгали мне. Всю мою жизнь. Скажи хотя бы ты мне правду.

— Да.

— Да?..

— Я даю тебе выбор. Будет, как ты решишь. Когда придет время, — обещает он