Она Дикая. Часть 2 - Ева Эра

черту. Смягчаю тон. – Почему с ним ты готова быть, но только не со мной? С кем угодно, но только не со мной. – невольно признаюсь в своих чувствах. – Ты нужна ему, чтобы ублажать несговорчивых клиентов его фирмы. Каждый мужчина, с которым ты будешь вести дела, захочет тебя поиметь и будет этим апеллировать, как я сейчас. Дикий это понимает, мы все это понимаем. Ты слишком хороша, Лина, и нормальный мужик захочет воспользоваться случаем и залезть тебе в трусики.

– Ты ничего не знаешь, Макс! – резко и надрывисто произносит девушка, мои слова явно задевают и обижают её.

– Это ты ничего не знаешь! – не даю ей сказать. – Я звонил Николаю Петровичу, и сообщил, чтобы именно ты пришла ко мне на переговоры. Четко дал ему понять, зачем ты здесь нужна. И он с лёгкостью тебя сюда отправил. Он также с легкость отправит тебя к следующему партнеру. Тебя устраивает такая работа? Зачем ты защищаешь Дикого?

Мои слова расстроили Лину ещё больше. Она даже не сдержала слез. Неужели она любит этого старика? И плачет от обиды, что он пустил её в расход?

– Уходи от него! – требую настойчиво. – Слышишь? – обхватываю за плечи и слегка встряхиваю. – Уходи, пока не поздно.

– Не могу! – хнычет Лина, полностью потеряв самообладание. Она уже на грани истерики и это по большей части моя вина.

– Уходи! Дальше будет хуже. Он сломает тебя! Потом будет поздно! – продолжаю давить на нее, несмотря на то, что Лина уже безудержно плачет. Мне надо заставить ее, добить до конца.

– Не могу! – из последних сил шепчет она. – Не могу! – глаза прикрыты, тело сотрясает крупная дрожь. – Он мой отец.

Глава 29.

Лина.

Я знала, что второй день переговоров со Строгановым будет ничуть не легче первого. Речь не о сексуальных домогательствах, а об атмосфере в целом. Макс очень тяжелый человек. Его слова, интонация, взгляды порой бьют похлеще, чем физическое воздействие. И моя интуиция меня не подвела.

Сама не понимаю, как так получилось, что он смог заставить меня признаться в том, что Дикий мой отец. В тот момент я не отдавала отчет своим действиям. Меня полностью накрыла истерика. Я не справилась с накопившимся за эти дни стрессом, и мне очень жаль, что Макс стал свидетелем моей слабости.

Как только слова признания сорвались с моих губ, не знаю почему, но мне стало легче. Я очнулась, пришла в себя. Как будто бы после этой новости, Строганов должен окончательно оставить меня в покое, перестать издеваться и унижать. Может теперь он посмотрит на меня другими глазами? Увидит во мне равную ему?

Впервые мне довелось наблюдать полнейшее замешательство на его лице. Макс потерял контроль над эмоциями. Он отпустил мои плечи и на секунду замер. Пусть потом я наверняка пожалею о сказанном, но сейчас это того стоило. Его растерянность поразила меня. Почему он так неоднозначно воспринял эту новость? Какое ему дело, что я дочь Дикого? Или расстроился, что больше нельзя будет надо мной измываться? Хотя вряд ли его это остановит.

Но, слишком долго довольствоваться таким его видом мне не пришлось, уже через пару секунд Строганов вновь нацепил на лицо маску безразличия. И отпускать меня из кабинета явно не собирался, все с тем же натиском продолжил одолевать вопросами.

– Отец? – чувствовалось недоверие в его голосе. – У него же нет детей. Помнится, его семья погибла.

– Ты прав, нет. – тут же поспешила с ответом. – И меня у него нет. Зря я тебе сказала. – сожалея, произнесла я. – Если это станет известно, меня просто убьют.

– Он угробит тебя раньше, чем кто-либо узнает, что ты его дочь. – задумчиво сказал Макс. Кажется он не совсем верит моим словам.

– У меня нет выхода. – нехотя призналась ему и снова дернулась к двери. Но, он придержал меня за плечо.

– Выход есть всегда. – Внимательно заглянул мне в глаза, пытаясь отыскать в них правду.

– Ты не выход, ты ещё хуже, чем он. – четко дала понять, что его предложение мне не интересно.

Я облажалась по полной. Переговоры провалены, договор не подписан. Да к тому же, вывали ему тайну, о которой никто не должен знать. Я безнадежна.

– Поверь, я не хуже. Я бы так со своей дочерью не поступил. Не обменял бы её на подпись в каком-то договоре. Ты уверена, что он твой отец? Почему вы не поддерживали связь? – с нотами сомнения спросил Макс.

Ну вот, мне теперь не отвертеться. Придется рассказывать всю историю. Хотя, зачем? Кто он такой, чтобы знать все подробности. Правильно, никто.

– Уверена. – коротко звучит мой ответ. – Но, прошу забудь об этом. – говорю искренне. Думаю, он прекрасно понимает, что эта информация не должна стать общедоступной. – Ты же знаешь, кто такой Дикий, и знаешь, что мне не жить, если его враги узнают. – Всё же напоминаю Строганову о своем небезопасном положении.

– А что, если я его самый главный и злейший враг? – на лице Макса заиграла недобрая улыбка.

Черт! Надеюсь он так шутит. Да, я наслышана от Андрея, что у Строганова с моим отцом какие-то натянутые отношения. Но не вражеские? Или я ошибаюсь? Они просто конкуренты, не более. Что-то наверняка не поделили в свое время. Не будет же Макс теперь меня убивать? И вообще, разве все настолько серьезно?

– Значит я не жилец. – говорю с легкой иронией. – Почему так? Что он тебе сделал? – не упускаю возможности спросить.

– Это очень длинная история. Дикий много кому перешел дорогу и столько наделал зла, что если ты и впрямь его дочь, то лучше молчи и никому больше не рассказывай. – серьезным голосом предостерегает. – А ещё, лучше послушай меня, и уйди от него пока не поздно.

– Какое тебе дело до моей жизни? Ты так сильно за меня беспокоишься? С чего бы? – не упускаю возможность напомнить о слишком пристальном внимании к своей скромной персоне.

– Не ты ли вчера так уверено кричала мне в лицо, что я неимоверно хочу тебя? Так зачем спрашиваешь? Хочешь услышать от меня лично? – делает паузу. – Хочу. Хочу трахать тебя и слушать, как ты сладко стонешь. – шепчет Макс, приблизившись к моему лицу на слишком близкое и опасное расстояние. – И ты хочешь, Лина.

Он прав, тысячу раз прав. Глупая. Зачем опять подняла эту тему. Одна неверная фраза и он набросился на меня, как хищник на жертву. И все повториться вновь. Я не хочу. А действительно ли не хочу? Так нет. Ни здесь, ни при