Милый поселок моего детства - Анна Долго

– Ты – самый невинный человек во всей этой истории. Совсем как Марфа. Ты стала жертвой чужих страстей. Как и я. Ведь я тоже ни в чем не был виноват. Просто родился на свет не у тех людей и не в то время. Не мог я тебя видеть, смотреть на твое лицо, так похожее на лицо матери. Не мог не думать о тебе, зная, что ты – моя сестра. Мне так хотелось с тобой поделиться, обо всем рассказать – но я боялся, что ты тоже оттолкнешь меня, как и она. Не мог простить тебя за то, что у тебя была мама, а у меня нет. А мне в то время было всего пятнадцать лет. И как затушить в себе весь этот пожар, сжигавший мою душу – я не понимал. Не было никого рядом, кто бы мне помог, кто бы направил. Отец ушел в себя после кончины своей Любы и совсем перестал обращать на меня внимание. Я никому довериться не мог.

– Это ты их всех убил? – внезапная догадка поразила Александру.

Гоша достал из кармана смотанный стальной трос и показал испуганной девушке.

– Я? Ну что ты – нет, конечно. Это сделала ты. Все случившееся с тобой оставило неизгладимый след на твоей неуравновешенной психике. Все эти годы ты подозревала, что твоя мама не погибла от несчастного случая, а ее убили. А последней каплей стала смерть отца. Именно тогда ты тронулась умом, вернулась в поселок и решила самостоятельно вершить справедливость, убивая тех, кто по твоим больным соображениям мог быть причастен к гибели матери. Еще эти странные сны, которые сводили тебя с ума. Я рассказал о них Вовке. А сегодня ночью в твоем искаженном рассудке произошло просветление. Ты осознала все, что сделала, и утопилась на том же месте, что и Любовь Лавренко тринадцать лет назад. Хорошая история получилась, правда?

Сандра бросилась к окну и закричала:

– Помогите!

Сильная рука схватила ее за волосы и отбросила на кровать.

– Если ты будешь кричать, то мне придется вколоть тебе снотворное. Будет не так интересно, но мороки, зато, меньше, – он показал девушке шприц, который достал из кармана. – У меня любовница в городе работает фармацевтом.

– Это ты прислал мне то письмо, да? Почему именно сейчас?

– Конечно, я. Тебе же всегда нравились игры, которые я придумывал. На этот раз тоже все получилось хорошо. Тебе было интересно, я знаю. – Он заулыбался, только теперь это было больше похоже на злодейскую ухмылку. – Я не переставал думать о тебе ни на один день. Меня то терзал страх разоблачения, то тоска по тебе, то желание поделиться с тобой правдой. Мои письма ты не получала – твой отец был преградой, он тебя защищал. Мне кажется, что ему обо всем рассказала тетя Галя. Точно сказать не могу, мы теперь об этом не узнаем, сестренка. Месяц назад ко мне приехал мой городской знакомый чинить свою машину, он какое-то время работал на фирме твоего отца водителем. От него я и узнал о кончине дяди Димы… Поэтому я решил действовать. Но как? Ехать в Москву было дорого, и непонятно, где тебя искать, что сказать – я же там чужой и ничего не знаю. Волки всегда охотятся на своей территории. Поэтому тебя нужно было заманить сюда. Мне помог мой батя. Он притащил с кладбища портрет нашей мамочки. Тогда я пошел к Валерке и говорю ему:

«А ты видел, что с могилы Лавренко фотка пропала? А Шурка как раз собирается на днях приехать, от знакомого слышал. Вот она увидит пропажу и тебя обвинит в том, что не уследил. И все! Никаких денег тебе больше перечислять не станет».

Валерка был тупым пьянчужкой. Испугался сразу, запаниковал. Тогда я ему предложил письмо тебе написать, но не от своего имени, а от Григория Лесничего. Вряд ли ты могла знать, кто это. Даже Попов не знал историю этого человека. Нам с папой рассказал старый охотник, давно уже упокоившийся с миром. Валерка в письме написал, что сейчас в поселок приезжать опасно, слишком много бродячих псов развелось. Лучше повременить несколько недель, пока их всех переловят. Это должно было задержать твой приезд, пока Попов отыщет пропажу. Ты ведь не очень любишь собак, правда? Конечно, его писульку я порвал и выкинул, а послание свое для тебя смастерил из папиного журнала. Отпечатков моих пальцев на бумаге нет – естественно, я же был в перчатках. Если честно, то я не сильно верил в успешный исход. Ты могла и не приехать. Но ты приехала, и мне пришлось убить Валерку. Он бы тебе во всем сознался сразу же, выдав меня.

– А остальных ты зачем убил? – Сандра перестала плакать, она смотрела на свою сумку, в которой остался телефон, думая о том, как до нее дотянуться.

– Тетя Галя знала, кто я. Твоя мама поделилась с ней своим секретом как с лучшей подругой. Представляю, какой для Любы был шок, когда она увидела папу и меня среди жителей поселка! Надо отдать тете Гале должное – она могла рассказать секрет подруги Диме и заполучить его, но нет – не рассказала. По крайней мере, пока Люба была жива – а вот после ее смерти, скорее всего, выдала все любимому. Поэтому твой папа и оборвал все связи с поселком, стараясь тебя оградить от той правды, которую ты сейчас от меня узнала. А вдруг она и тебе бы сообщила маленький секретик нашей мамули? Это не входило в мои планы. Мне не нужно, чтобы о моем происхождении знали все. Ребенок, не нужный собственной матери – это унизительно. Я бы предпочел ничего об этом не знать. И сегодня, когда ты утонешь, я смогу, наконец, обо всем забыть. Лесной человек видел меня с собаками, он знал, что это я их туда затащил и хотел тебе об этом сказать. Когда я выпихивал его из твоего дома, то предупредил, что если он к тебе подойдет, то я его найду, и ему конец. В тот день, когда вы с Машкой пошли на кладбище, я за вами следил. И увидел, как ты бежишь за ним. Мне ничего не оставалась, кроме как убить его.

– А дядя Степа? Это же твой папа!

– Мы с ним никогда не были близки. Он жил