Привидения русских усадеб - Александр Владимирович Волков

исключительно молодых дачниц, являясь им в виде белых автомобилей, черных обугленных трупов или морщинистых старческих лиц. Как-то раз девушки собирали в лесу хворост и увидели на краю оврага четыре фигуры, похожие на роботов, причем одна фигура была ростом с карлика. Главная странность в их поведении заключалась в следующем: фигуры никак не реагировали на появление девушек и стояли неподвижно.

На Кузнецком Мосту можно встретить не только Жужу, но и призрачного Серого извозчика[41]. Однажды он усадил в свой экипаж счастливчика, вышедшего из игорного дома с карманами, полными ассигнаций. Сначала убийца хотел завезти беднягу в подворотню, но там Жужу орудовала чулками. Пришлось тащиться в глухомань. К счастью, клиент попался не из капризных – помещик, который терпеливо дожидался, когда ему сунут нож под ребра. Один недостаток у сельских дворян – уж очень они плодовиты. Вот и покойник нарожал троих сыновей, не преминувших отомстить за отца. Они подстерегли извозчика и набили ему глотку ворованными ассигнациями, так что он весь посерел и задохнулся.

Кузнецкий Мост в Москве.

Фото второй половины XIX в.

По обеим сторонам улицы выстроились коллеги Серого извозчика

Ну а теперь новая «страшилка» о заказчике и архитекторе. Заказчик – екатеринбургский купец Лев Иванович Расторгуев, старообрядец, владелец Кыштымских заводов, шахт и приисков. Архитектор – выписанный из тобольской тюрьмы каторжник. Камень преткновения – богатая усадьба Расторгуевых-Харитоновых (улица Карла Либкнехта, 44). История эта случилась за 70 лет до Игумнова и Поздеева, но уже в ту пору зодчие были чересчур обидчивы. Автору проекта усадьбы пообещали досрочное освобождение, но по окончании строительства вернули его в Тобольск. Осерчавший каторжанин повесился в камере, не позабыв напоследок проклясть семью заказчика[42].

Первой весточку из Тобольска получила незамужняя дочь Расторгуева. Она отправилась в усадебный парк и прыгнула с разбега в пруд. Не подозревавший о проклятии Расторгуев решил, что дочери не понравился назначенный ей жених, и поспешил выдать вторую дочку за Петра Яковлевича Харитонова, человека крепкого благочестия и сурового нрава. Сам же Лев Иванович, как будто дразня покойного архитектора, уморил голодом свою постаревшую супругу и женился на молодой цыганке.

Надо ли говорить о дальнейшей судьбе Расторгуева? И цыганка, и бесштанный корнет были им убиты. Но в окно никого не бросили, поэтому, восполняя пробел, Лев Иванович вывалился из него сам. Каторжанин на этом не успокоился. Пришел черед новых хозяев усадьбы. Сначала проклятие унесло их пятерых детей. Но староверы плодовиты не менее помещиков – у Харитоновых родились трое других детей.

Тогда архитектор отыгрался на заводских рабочих и крестьянах. Харитонов, подражая дворянам, морил людей в казематах, расположенных прямо под усадьбой. Между прочим, среди его жертв были инакомыслящие (выражаю благодарность борцам за толерантность, предоставившим эти данные). За жестокое обращение с рабочими, чьи трупы выносили из-под земли десятками, Петр Яковлевич был сослан в Кексгольм по указу императора Николая I. Не выбросись Расторгуев из окна, «игумновская» участь ожидала бы его, а не зятя. Харитонов умер в ссылке, а его вдова, жалея о том, что не утопилась в пруду, навсегда покинула Екатеринбург.

Л.И. Расторгуев.

Портрет работы неизвестного художника (начало XIX в.)

Очень скоро усадьбу наводнили призраки, возглавляемые Расторгуевым и Харитоновым. А.Н. Толстой поведал о духе Харитонова в рассказе «Харитоновское золото» (1911). По его сведениям, подземный ход соединял городской парк с подвалом усадебного дома. В подземелье «жили, прикованные цепью, люди, чеканя для Харитонова золотую монету из собственных боярина рудников». Харитонов такой же боярин, какой Толстой – граф. Да и само привидение в рассказе – поддельное. Им вырядился один из героев, напяливший шубу мехом вверх и вымазавший лицо в саже.

Легенды о владельцах усадьбы перенасыщены деталями, но все-таки попробуем отделить правду от вымысла. В 1814 г. Расторгуев завершил строительство двух каменных домов, а сад и парк в английском стиле были разбиты в 1820-х гг. Харитоновым. Автор первоначального проекта усадьбы – итальянец Т. Адамини (в одной из версий легенды в Тобольске сидел не русский, а француз), в проектировании принимал участие архитектор М.П. Малахов. Поговаривали о третьем зодчем, действительно сидевшем в Тобольске. Он был отправлен туда за авторство газетных статей, направленных против самодержавия. Статьи публиковались во Франции и Италии за подписью «Русский» (француз + итальянец + русский = тюрьма). Версия о каторжнике была проработана уральским прозаиком К.В. Боголюбовым.

Корнету, а с ним и цыганке вновь не повезло: Анна Федоровна Коробкова, жена Расторгуева, пережила его на год, умерев в 1825 г. Их старшая дочь Марья Львовна вышла замуж за Харитонова, а младшую Екатерину Львовну успел вытащить из пруда ее будущий муж А.Г. Зотов. Дети Харитоновых рождались, а затем умирали или выживали. Ссылка в Финляндию состоялась в 1837 г. Те, кто ознакомился с английскими байками о злодеяниях католиков, сразу поймут ее истинную причину. Конечно, Харитонов пострадал от политики Николая I в отношении староверов-беспоповцев. Но официальный вердикт гласил о наказании за зверское обращение с рабочими. Петр Яковлевич скончался в 1844 г.

Усадьба Расторгуевых – Харитоновых в Екатеринбурге.

Фото 1910 г.

Подземелья же, как ни странно, существуют. Одно из них открылось из-за случившегося в 1924 г. провала перед входом в усадьбу, другое было обнаружено в 1960-х гг. на берегу усадебного пруда. По-видимому, подвалы отводились Расторгуевым под старообрядческие молельни, как и аналогичные им тайные помещения в усадьбах английских католиков.

Старейший из призраков Царицына (Волгограда) – купец Котов. Ему тоже нагадили корнеты. Усатый молодец ухаживал за невестой купца – юной девушкой из довольно состоятельной семьи. Котов не успел построить особняк, поэтому влюбленные нахально раскатывали по городу в карете. Прежде чем впрыгнуть в карету, обманутый купец пробежал за ней несколько кварталов. Злодеяние совершилось прямо на ходу. Кучеру послышалась какая-то возня и сдавленные крики, а когда он остановил экипаж, там лежали два трупа с ножевыми ранениями. Сделав дело, убийца направился к Волге, где долго отмывал свою кровавую одежду и заливался слезами по утраченной любви. Надев платье, Котов вернулся на то место, где он нагнал карету, и его чистая одежда вновь оросилась кровью – он воткнул в себя нож. Потомки оценили его поступок, и сейчас рядом с местом убийства находится станция переливания крови.

В Англии наследники купца, если бы таковые имелись, подверглись бы преследованию кареты-фантома, как в упомянутом романе Т. Гарди. Но Котов не имел детей[43]. Поэтому кареты в Волгограде нет, а сам купец плавает по воздуху и, если встречает молодую пару, демонстрирует им свой неизменно окровавленный балахон. Военнослужащим не советуют показываться у станции в мундире и