США в XX веке. От бургера до Буша. Полная история - Алекс Каплан

– настолько сильна была в то время его репутация в народе. В конце 1939 года в преддверии новых президентских выборов американский политический класс столкнулся с невиданной дотоле дилеммой: как на международной арене, так и в самих США наступили непростые времена, а реальной кандидатуры возглавить государство, кроме Франклина Рузвельта, не имелось. В Демократической партии он оставался непререкаемым лидером, а Республиканская партия тогда пребывала в настолько плохой форме, что не имела ни малейших шансов победить. Примером несостоятельности республиканцев может служить тот факт, что их кандидатом стал человек, до 1939 года остававшийся активистом Демократической партии и перешедший в лагерь оппонентов только в 1940 году – накануне выборов. Таким образом, Соединенным Штатам Америки в 1940 году предстояли практически безальтернативные президентские выборы, которые к тому же нарушали неписаную традицию избираться только на два срока. Не очень долго испытывая сомнения относительно правильности выбранного курса, руководство Демократической партии при согласии Франклина Рузвельта приняло решение в очередной, уже третий, раз выдвинуть кандидатуру действующего президента для переизбрания на третий срок. Другого выхода у страны просто не было. Правильность принятого решения стала понятна американской нации непосредственно в день выборов – 5 ноября 1940 года. К тому времени над Америкой уже нависла пока еще не смертельная, но вполне реальная угроза вторжения, невиданная со времен Войны за независимость. К тому моменту практически вся Европа была захвачена гитлеровской Германией, а последний союзник американцев – Англия – задыхалась в тисках нацистской блокады под ударами люфтваффе. Несмотря на полное отсутствие достойных оппонентов, третьи по счету президентские выборы стали для Рузвельта нелегким испытанием – их результаты оказались хуже предыдущих, но в сложившихся обстоятельствах это не играло большой роли. Главное заключалось в другом – ради победы Рузвельту пришлось дать электорату обещание ни при каких условиях не вступать в войну. Это обстоятельство полностью лишило его свободы действий на международной арене, где он и прежде не блистал, позволяя безнаказанно насмехаться над собой Адольфу Гитлеру. С самого начала избирательной кампании международная повестка дня почти полностью вытеснила повестку внутреннюю. К тому моменту Великая депрессия отступила, а вот Европа полыхала в огне. И чем ярче разгоралось это пламя, тем более отчетливым становилось понимание американцев, что судьба эта не минует и США. И все же страх перед войной сковывал людей даже больше, чем в годы Первой мировой войны, когда Европа зашла в военный тупик и в окопах по всему континенту сидели миллионы солдат из разных государств, не в состоянии одолеть противника. В этот раз ситуация складывалась иная. Началось все 10 мая 1940 года, когда немецкие войска неожиданно напали на англо-французских союзников. Примечательно было то, что вторжение вермахта во Францию проходило в обход «Линии Мажино» – через территорию соседних нейтральных стран – Бельгии, Голландии и Люксембурга, которые оказались абсолютно беззащитными перед сильно превосходящими силами немецкой армии. Люксембург капитулировал уже на следующий день, Голландия продержалась 4 дня, а Бельгия – 18 дней. Цель этого дерзкого нападения заключалась в необходимости обмануть англо-французское командование и застать противника врасплох. Ударив на северном фланге, где не имелось никаких серьезных укреплений, но располагались нейтральные государства, вермахт заставил союзное командование поверить, что именно там и проходит направление главного удара немецкой армии. Нападение на нейтральные страны считалось неслыханным вероломством, а потому в Париже и Лондоне посчитали, что поддержка мирового сообщества им обеспечена – следует только задержать вермахт в Бельгии, чтобы выиграть время и дождаться помощи США. Подобным же образом развивались события в начале Первой мировой войны, когда немцы через Бельгию пытались прорваться во Францию, но застряли там на долгих четыре года. Голландию тогда никто не трогал, страна оставалась нейтральной. В этот раз ставки возросли – немцы взяли всех. Англо-французское командование решительно выдвинуло свои главные силы в Бельгию, где они угодили в расставленную ловушку. Немецкие бронетанковые части совершили подвиг – перейдя, казалось, непроходимый для танков Арденнский горно-лесной массив, они вышли в тыл союзных войск и отрезали их в Бельгии от основных сил во Франции. В окруженных частях началась паника, в результате чего Бельгия капитулировала, Британский экспедиционный корпус бежал в Англию, а оставшиеся в окружении французские войска потеряли боеспособность. Когда же вермахт начал стремительное наступление во Франции, то не встретил на пути никакого серьезного сопротивления. Четырнадцатого июня Париж был сдан без боя, 18 июня французы вступили с немцами в переговоры, a 22 июня 1940 года они подписали перемирие. Всего за 40 дней большая часть Западной Европы оказалась захвачена Германией. При этом единственный оставшийся непобежденным противник Третьего рейха – Англия – находился в отчаянном положении, практически не имея сухопутных войск и пребывая в кольце осады. При этом все имевшееся армейское снаряжение англичанам пришлось бросить в Дюнкерке во время панического бегства.

Немцы привезли тот же вагон маршала Фоша, что и в 1918 году, для подписания Францией капитуляции 22 июня 1940 года

Десятого мая 1940 года, когда в Европе наступил вечер, а немецкий блицкриг шел полным ходом, в Вашингтоне открылось экстренное заседание американского правительства. Президент Рузвельт заявил, что в Европе война началась всерьез и что англичане сменили премьер-министра. Новым главой британского правительства стал Уинстон Черчилль. С этого дня взаимоотношения президента США и премьер-министра Великобритании начали во многом определять вектор будущего развития всего человечества. Рузвельт активно общался с Черчиллем и до 10 мая, поскольку тот занимал пост первого лорда адмиралтейства, то есть командовал английским военно-морским флотом, а потому у президента США имелось понимание, с каким человеком он имел дело. Более того, Рузвельт ясно осознавал, что Уинстон Черчилль был на то время, пожалуй, единственным британским политиком, способным не сдать Англию немцам перед лицом возникших военных обстоятельств. С самых первых дней пребывания на должности премьер-министра Черчилль имел план действий по достижению победы над Германией. Он намеревался втянуть в войну Соединенные Штаты Америки, что оказалось не так просто, как он полагал в самом начале войны, несмотря на тот факт, что пропагандистская машина и в США, и в Великобритании рисовала картину дружеских и крепких взаимоотношений между государствами и их политическими лидерами. Даже после окончания войны многие историки продолжили эту традицию, написав огромное количество трудов о том, как Рузвельт и Черчилль спасли мир от нацистов, сумев установить и поддерживать в дальнейшем уникальные доверительные отношения. Реальность же была далека от пропаганды: в тот момент шла отчаянная борьба за выживание, и главным в отношениях между странами стал обнаженный до