Пропавшие без вести. Хроники подлинных уголовных расследований. Книга 2 - Алексей Ракитин

Тому есть косвенные подтверждения. Например, в своём дневнике Энн Линдберг 7 декабря 1935 г. сделала весьма примечательную запись: «Он (Чарльз Линдберг-старший, её муж) солгал под присягой, заявив, будто узнал голос Хауптманна. В его показаниях было столько несоответствий (действительности), что это должно было насторожить и привлечь внимание к его собственной персоне». На следующий день после того, как губернатор Хоффман посетил Хауптманна в его камере смертников, семья Линдбергов и Кондон-Джефси покинули США. Линдберги отправились сначала в Великобританию, где остановились в поместье сэра Хэрольда Николсона, а затем перебрались еще дальше — в Швецию. Кондон уехал в другую сторону — в Мексику, причём долгое время никто из домашних не знал, как его можно разыскать. Этот внезапный отъезд ныне однозначно расценивается историками как бегство от правосудия: Чарльз Линдберг и Джон Кондон ожидали, что губернатор Хоффман потребует нового расследования, которое приведёт к самым плачевным для них результатам.

С течением времени стали известны особенности конструкторских изысканий Чарльза Линдберга. Оказалось, что в начале 30-х годов 20-го столетия он действительно много работал над проектированием самолётных трапов.

Авиационные трапы, разработанные Чарльзом Линдбергом.

Он работал с различными сортами дерева, поскольку трапы гидросамолётов должны были не тонуть и не впитывать влагу, проектировал конструкции по возможности максимально легкие и удобные. Разработанные Линдбергом авиационные трапы были складными и имели увеличенное расстояние между ступенями. Это позволяет обоснованно предполагать, что лестница, найденная на месте преступления, вышла на самом деле не из мастерской Хауптманна, а была изготовлена самим Линдбергом…

2. Элизабет Морроу — убийца племянника. Автор этой версии — Бенджамин Ноэль — предположил наличие серьёзных противоречий внутри семьи Морроу. Старшая сестра — Элизабет — психически неуравновешенная девица, серьёзно страдала в силу неустроенности личной жизни. Ещё до замужества младшей сестры она пыталась расстроить брак Энн с Чарльзом Линдбергом, который вроде бы первоначально отдавал предпочтение именно старшей из сестёр. По версии Ноэля, Элизабет Морроу являлась своего рода «чёрным ангелом» младшей сестры. Убийство племянника явилось своеобразной местью Элизабет, причём Линдберги с самого начала знали, кто именно виноват в преступлении. Пытаясь избежать скандала и спасти семейную репутацию, они пошли на имитацию похищения и фактически «покрыли» убийцу. Впрочем, это великодушие лишь на время разрядило ситуацию; причина внутреннего конфликта устранена не была, и уже через год — осенью 1933 г. — Элизабет Морроу покончила с собой.

Версия Ноэля весьма занимательна и правдоподобна. Автор в своей работе, опубликованной в 1994 г., привёл обширные фрагменты из переписки сестёр, их дневников, воспоминания современников. Материал подобран весьма добротный и серьёзный, хотя нельзя не признать, что приводимые соображения не являются даже косвенными уликами, а относятся скорее к области литературных предположений причём выведенных порой с немалой долей натяжки).

3. Пол Вендель и Изадор Фиш подлинные похитители и убийцы маленького Чарльза Линдберга. Говоря об этой версии, следует ясно понимать, что виновность Венделя и Фиша отнюдь не доказывает непричастность к преступлению Хауптманна. Последний мог быть членом преступной группы [хотя мог и не быть]. Таксист Филип Мозес, по всей видимости действительно видевший в районе кладбища преступников во время получения денег, говорил о 4-х подозрительных мужчинах — эту деталь забывать не следует.

Можно выразиться следующим образом — данная версия распадается на 3 равно недоказуемые варианта.

а) Хауптманн являлся полноценным членом преступной группы, в которую входили Вендель, Фиш и некто, чья личность установлена не была. Возможно, личность четвёртого преступника была известна отцу и сыну Паркерам, но даже если имя и фамилия этого человека назывались в зале суда, в протоколы они не попали.

б) Преступная группа прибегла к услугам Хауптманна, но использовала его «втёмную». Разумеется, после того, как изображения лестницы похитителей появились в газетах и кадрах кинохроники, Хауптманн узнал изготовленную своими руками лестницу и всё понял. Однако преступников он разоблачать не стал, поддавшись уговорам Фиша и обещанием выплаты некоей денежной суммы. Тем самым Бруно превратился в соучастника преступления.

в) Хауптманн никоим образом не причастен к похищению Чарльза Линдберга-младшего и изложенная им версия событий полностью соответствует истине. В принципе, версия событий, изложенная Хауптманном, не содержит грубых натяжек и выглядит психологически достоверной.

Тем не менее, серьёзным доводом, работающим против честного имени Бруно Хауптманна, является его ложь, к которой плотник неоднократно прибегал в первые дни после задержания. Напомним, вначале он заявил, будто не имеет при себе денег и… через минуту в его кошельке был найден «золотой сертификат» из списка Линдберга. Хауптманн несколько раз заявлял, будто ничего не знает о деньгах, выплаченных за ребёнка Линдберга, но в его гараже нашли тщательно сделанный тайник с этими самыми деньгами.

Бруно признавал, что подозревал криминальное происхождении золотых сертификатов, найденных в обувной коробке Изадора Фиша, и потому расплачивался ими по-одному — а ведь именно так ведут себя преступники! И на автозаправочной станции он расплатился за незначительную покупку «золотым сертификатом» именно с целью его размена — кстати, именно этим он и привлёк к себе внимание. Как ни крути, а это модель поведения преступника, прекрасно сознающего то, что он нарушает закон.

Даже то, что Бруно не рассказал о найденных «золотых сертификатах» жене — если это, конечно, правда! — также работает против образа честного, простого парня, впутанного в дело хитроумными преступниками. Получается, что он на протяжении по меньшей мере полугода обманывал жену. А почему он так поступал? Ответ может быть только один — он отдавал себе отчёт как в преступном происхождении денег, попавших в его руки, так и в том, что используя эти средства, сам совершает преступление.

В этом месте можно выразиться следующим образом: массовое сознание судило и осудило Бруно Хауптманна не за похищение Чарльза Линдберга-младшего — этот момент остался, строго говоря, не доказан — а за то, что он тайно владел деньгами, выплаченными в качестве выкупа. Именно это соображение сделало его безусловно виновным в глазах подавляющей части американцев.

Весьма интересны судьбы людей, связанных с «делом о похищении ребёнка Линдберга».

Анна Хауптманн умерла в октябре 1994 г. в возрасте 95 лет. Последние годы она жила в Филадельфии. В 1992 г. Анна Хауптманн снялась в цикле документальных фильмов, посвящённых похищению ребёнка Линдберга и последовавшему суду над её мужем. Серия этих фильмов была озаглавлена «Полвека страдания». Вплоть до самой кончины эта женщина сохраняла ясность мышления и хорошую память; она отказывалась писать мемуары, но много и охотно беседовала с журналистами. Во всех интервью Анна Хауптманн твердила о полной невиновности её мужа.

Анна Хауптманн, фотография 1993 г.

Объективности ради следует отметить, что средства массовой информации США не забывали об этом загадочном преступлении и время от времени возвращались к анализу хроники расследования. Так, в 1976 г. (к 40-летию казни Хауптманна) была выпущена документальная теледрама «Дело Линдберга: вердикт истории