Бесстрашные и отважные. От Балаклеи до Сватово - Михаил Иванович Федоров

здесь рядом с бабушкой». Там бабушки похоронены, двоюродные тетки, наша родня. И он рядом, бабушка, прабабушка. Он рядышком.

– А прощание?

– Отпевали в церкви. Отпели и поехали на кладбище.

– Его бойцы были?

– Два бойца приезжали, были его сослуживцы тоже. Они говорили. Плакали. И прощения просили, говорили: «Спасибо, что ты нам жизни спас». Много чего они говорили, конечно. Были сослуживцы, они в военной форме. Тоже были бойцы раненые. Родственников много. Больше 50 человек. Машин много. Целый автобус срочников приехал. Они несли брата на руках. Стреляли из карабинов…

Мемориал участников СВО в Рамони

– Саша откуда ушел, туда и вернулся.

– Вернулся домой…

– Память о нем…

Наталья Александровна:

– Мемориал в Рамони ребятам-СВОшникам, которые погибли. Там вбита фамилия и Саши.

– Награжден?

– Да, орденом Мужества. Его вручили сыну Даниле. С военкомата позвонили, и мы – я, мама и Данил – приехали.

– Кто вручал?

– Военком… Мы пришли, там просто все очень быстро. Мы зашли, Данила расписался, то, что получает орден он. Сын. Данилу вручили орден. И все… Еще дома есть уголок. Там фотография Саши, иконы…

– Вы сказали, с ребятами поддерживаете связь. Как у них сейчас?

Наталья Александровна:

– Не все дома. Кто-то дома по ранению в отпуске. Кто-то за «ленточкой». Вот сейчас тоже сослуживец Саши погиб 1 февраля (2025 года). Пошел тоже задачу выполнять, и бомбой троих накрыло…

– Понятно, что Саша из памяти вашей не выходит… В реалии его нет, а он с вами…

Сестра Долбилова:

– Мне за все время (с момента гибели) один раз он приснился. Он возле дома, улыбается… Маме тоже снился. Вроде как она его домой вела. Он хромал, а она ведет его домой…

– Мама ведет домой… Это же о многом говорит…

– Она к нему каждую неделю ездит. Батюшка уже говорит: «Ну прекратите, дайте ему хоть отдыхать». Часто тоже нельзя ездить на могилку. Хочу ему поставить памятник. Может, через год. Все, оградка у него, большая фотография. У него все чисто, убрано. Столик, лавочка. Мы все сделали. Стоит флаг. Три дня назад ездили, Данил с нами. Снег был, все чистим, убираем всегда. Дорожку от снега отгребли…

– Светлая память Александру Александровичу, понятно, что там не все выдержали, а он выдержал. Его трудная биография говорит о крепости характера человека.

Наталья:

– Они же на передке, они задачу выполняют, их загружают, снова задача. Ему и все по медицине дали. Как говорили: «Тебе, братан, потому что ты надежда наша. Пусть у тебя будет…» Инструктор по снайперскому делу на созвоне с братом был. И Саше гуманитарку отправляли. Грубо говоря, что у ребят не хватает, закупают, привозят. Ребята забирают. Саша просил тепловизор, ему его купили. Передали…

Сестра могла говорить о брате бесконечно.

Рядовой Александр Долбилов

Теперь на моих встречах с читателями я рассказывал и о снайпере Долбилове, погибшем в Крынках.

2 февраля 2025 года

Старший матрос Викульев

Позывной «Пират»

…потому что сейчас все работают только на нашей деятельности: все поле боя командование видит кто, где; арта корректируется только операторами БПЛА; минометы корректируются только операторами БПЛА; пехота нужна только для того, чтобы куда-то дойти и закрепиться после того, как мы уже там все уничтожили артиллерией, FPV и так далее.

Командир взвода БПЛА, позывной «Акра»

1

Ласковый мальчик

Жена майора Ершова, о котором я писал в книге «Солдаты СВО. На фронте и в тылу», мне сказала:

– Вы об Игоре Викульеве напишите… Он работал на БПЛА… Погиб под Курском…

И прислала мне номер телефона мамы Игоря Светланы Васильевны.

4 марта 2025 года я говорил с ней.

– Светлана Васильевна, а где появился мальчик по имени Игорь?

– Он родился в Краснодарском крае, Анапский район… Недалеко от Темрюка…

– Где служил майор Ершов…

– Да. Родился 1 декабря 1993 года…

– В год, когда страна гудела… Ну, расскажите, как рос, учился…

– Да я даже не знаю, что сказать… Такой ласковый мальчик… Никогда никого не обидит, – она всхлипывала. – Никого никогда не обзовет. Такой…

Игорь с родителями

Как всем матерям, ей трудно было говорить о погибшем сыне.

– В школу пошел где?

– Поселок Виноградный. У нас рядом лиман, а вообще у нас 20 минут до Черного моря ехать и 20 – до Азовского.

– Здесь и окончил?

– Да, отучился здесь полностью в школе.

– А склонности у сына?

– Он хотел быть артистом.

– Как здорово!

– Он собирался поступать в театральное, но, конечно, мы были против. Отправили его учиться на холодильщика в Краснодаре. Отучился два года, а потом бросил учебу, не захотел дальше учиться и пошел в армию.

– В театральное документы подавал, или до этого не дошло?

– Нет. Не дошло. Он в самодеятельности немного участвовал в нашем ДК. В сценках, танцевал с девчонками…

Скупые слова мамы меня вовсе не задевали. Понимал, сколько материнского таилось в тех ушедших в прошлое годах Игоря у простой русской женщины.

Светлана Васильевна:

– В армию, потому что ему 18 уже исполнилось. И вот он попал служить в Севастополь к морпехам. Когда мы ездили на присягу, он сказал мне, что из Севастополя его распределили в Темрюк.

– Там и стоял отдельный батальон морпехов, в котором служил Ершов, – вспомнил биографию майора.

– Служил. А когда закончилась служба, он пришел домой, поработал на стройке – у меня муж строитель. И все-таки решил вернуться на контракт.

– Туда же в Темрюк?

– Да, там у него служба всегда и проходила. Он много где был. Был в Сирии, был и в Армении, и Крым. Он много где побывал.

– И как ему служба?

– Он ничего никогда не рассказывал… Ни о Сирии, ни о Карабахе…

– А о спецоперации?

– Нет, ничего. Все что я узнала об этой войне, это уже когда я в госпитале у него была, у ребят, у которых я жила. Вот они в основном мне и рассказывали.

Я понял: Игорь получил ранение, и в госпитале с ним находилась мать.

Светлана Васильевна:

– А так у него все хорошо было всегда…

Берег маму, ее сердце.

– Его все любили…

– А как получилось, что он оказался в госпитале…

Она вздохнула, потом:

– А это он уже под Курском был. Получилось так, что был налет, а там войска. И там ранило парня. Он побежал ему помочь. И уже их нашли двоих,