Магазин волшебных питомцев 2 - Сергей Шиленко

напряжённые плечи, чуть побелевшие костяшки пальцев, стиснувших ремешок сумки. Деловая леди влюбилась. И молчала только потому, что не привыкла проигрывать в торгах.

— Ирина, — я обратился к ней напрямую. — Вы ведь хотели его с того момента, как он взлетел. Я прав?

Кролик подёргивал фуфырочкой и смотрел на неё огромными сапфирами глаз. Женщина нацепила очки обратно и глянула на меня сквозь рунические стёкла. Шли секунды. Остальные дамы волновались. Я заметил, как по скуле Нины стекла капля пота, хотя здесь не жарко.

— Триста, — произнесла Ира. Голос не дрогнул.

На настоящем аукционе я бы выжал за этого кролика пятьсот тысяч, как она и сказала. Минимум. С-ранг, крылья — коллекционеры продали бы почки. Но аукцион — это свет, камеры, документация. А мне сейчас нельзя ни светиться, ни наглеть. Зато прикормить четырёх богатых дам, которые приведут ещё двадцать таких же — бесценно. Долгосрочные инвестиции.

— Триста тысяч, — кивнул я. — Забирайте.

Нина печально вздохнула, но приняла поражение достойно. Таня похлопала её по плечу.

— Ир-р-рина! — заорал Архимед. — Одобр-р-рено!

Брюнетка подошла к прилавку. Вытянула руки. Кролик повёл ушами, принюхался к её пальцам. Я осторожно передал его. Женщина бережно прижала живое облако к груди. Крылья зверька чуть раскрылись, махнув по кашемировому рукаву.

Он обнюхал её тренч и решил, что всё в порядке. Вместо того чтобы забиться или дёрнуться, просто сложил крылья. Белый пух шевелился от дыхания новой хозяйки. Ирина уткнулась подбородком в пушистую макушку и улыбнулась.

Улыбка, похоже, была для неё делом непривычным. Неровная, немного растерянная, как будто мышцы забыли, как это делается. Елена Борисовна поймала мой взгляд и едва заметно подмигнула. Я ей ответил лёгким кивком. Приводящая свою работу выполнила безупречно.

— Ирка, — произнесла Татьяна. — Тебе идёт улыбаться.

— Не начинай, — оборвала Ирина и тут же стёрла всё лишнее с лица.

— Касса! — объявил Архимед, наклонив голову набок. — Триста тыщ! Попке на семечки!

— Погоди, приятель, — я остановил попугая.

Рано переходить к оплате. У меня ещё нет маскировки для таких переводов. Но уже есть план, так что продолжаем.

— Ну-с, — я хлопнул ладонями. — Раз пошла такая масть…

Нина и Таня уставились на меня с одинаковым выражением голодных лисиц.

— У вас есть ещё? — Нина подалась вперёд.

— Есть ли у меня ещё? — я положил руку на прилавок. Перстень снова блеснул. — Вопрос в том, готовы ли вы?

Мысленный клик. Питомник полыхнул, высвобождая второй слот. Белое свечение на этот раз угасло, плавно перейдя в золотистое. Тёплое, как августовский закат. Оно разлилось по прилавку мёдом, и из этого жидкого золота проступил силуэт.

Янтарный кролик посмотрел на мир с ленивым достоинством вельможи, которого разбудили к завтраку. Густая рыжая шерсть с глубоким янтарным отливом мерцала, будто каждый волосок был стеклянной трубочкой, наполненной расплавленной медью. В тусклом свете торгового зала зверёк сиял, как маленькое солнце.

Первой исходящее тепло почувствовала Таня. Она стояла ближе всех.

— Ой… — женщина приложила руку к виску. — Ой, девочки…

— Что такое? — встревожилась Елена.

— У меня… только что… — Таня опустила ладонь и посмотрела на кролика расширенными глазами. — У меня прошла голова. Совсем.

Она шагнула к прилавку, не отводя взгляда от зверька. Осторожно протянула обе руки, будто к святыне. Кролик позволил себя взять. Его уши развернулись в стороны, свечение усилилось. Мягкая золотистая волна окатила Татьяну до макушки.

Женщина закрыла глаза. Жемчужное ожерелье мерно поднималось и опускалось на её выдающейся груди. Тишина длилась секунд пять. Потом она протяжно выдохнула, будто дышала по-настоящему впервые за долгое время.

— Господи… Это чудо.

— Целительное тепло, — я произнёс негромко, но так, чтобы слышали все. — Его аура снимает усталость, боль, спазмы мана-каналов. Ранг D, но потенциал развития высокий. Рекомендуется людям с хроническими головными болями и напряжением.

— У Тани мигрени, — подтвердила Елена. — Страшные, по три дня лежит. Витенька не может помочь, хотя сам целитель.

— Сапожник без сапог, — подтвердила Ирина.

— Сколько? — Таня даже не открыла глаз. — Называйте.

— Я тоже хочу! — Нина попыталась дотянуться до кролика. — Таня, дай подержать!

— Нет, мой, — Таня прижала зверька крепче.

Ирина, баюкая своего Крылатого на сгибе локтя, наблюдала с выражением человека, которому достался лучший лот, и он это знает. Я честно сомневался, ведь у неё просто декоративка, а это — настоящий профи. И его магия стоит дороже, пусть ранг и ниже.

— Триста? — предложила Нина.

— Триста пятьдесят, — ответила Таня, открыв глаза. — Денис, триста пятьдесят тысяч. Только не отдавайте Нине. Мне он нужнее. Правда нужнее!

Нина открыла рот, чтобы перебить. Но посмотрела на подругу. На её расслабленное лицо, на то, как разгладились морщинки вокруг глаз, на то, как ровно и спокойно она дышит. И закрыла рот.

— Ладно, — Нина поправила платиновую чёлку. — Ладно, забирай. Но мне тогда тоже что-нибудь!

Глаза женщины горели решимостью потратить деньги. Я сделал вид, что обдумываю. Триста пятьдесят тысяч. Мог бы попробовать выжать больше, но не стану, как и с первым.

— Триста пятьдесят. Идёт.

Таня притиснула Янтарного кролика к щеке. Ушастик, расплющенный о женское лицо, невозмутимо шевелил носом, а целебное свечение угасало и разгоралось в такт биению его сердца.

— Назову его Лучик, — объявила Таня. — Нет. Солнышко. Нет, Лучик. Да, Лучик.

— Прр-родано! — Архимед чувствительно стукнул когтем по моей ключице. — Следующий лот! Мышки! Кр-р-расавицы!

Я посмотрел на какаду. Попугай работает на чистом актёрском таланте. Почти заслужил процент с продаж в виде орехов.

— Мышки? — Нина повернулась к птице. — У вас есть мышки?

— Есть, вон там. Разве не заметили?

Обогнул прилавок и подошёл к стеллажу, на котором стояли террариумы с мышами. Пришлось рассадить их, чтоб не мешали друг другу такими особенностями, как электрические разряды.

— Коллекционная серия, — сказал я. — Волшебные, эволюционировавшие. Е-ранг, каждая со способностью. Четыре типа.

Маленькие существа уже давно проснулись от шума и суетились за стёклами. Я указал на первый отсек.

— Здесь у нас Лунные мыши.

Один из серебристых зверьков со светящейся шёрсткой сидел на горке опилок и умывался. Остальные искали, чем поживиться. Нина припала к стеклу.

— Они… светятся?

— Постоянно. Живой ночник. Идеальны для спальни, подходят как для взрослых, так и для детей.

— А вот эти? — Нина перешла ко второму отсеку. — Ой! Почему они… искрят?

Между усиками мыши проскочила крошечная молния. Зверёк дёрнул носиком и пошуршал по дну, оставляя за собой мерцающий статический след.

— Искровые. Генерируют микроразряды. Абсолютно безопасные для человека, но не заводите, если живёте в газовом доме.

— А те, коричневые?

— Корневые. Зачатки магии земли. Самые спокойные.

Женщина постучала пальцем в стекло. Ближайшая к ней мышь перевела взгляд и отвернулась обратно. Выглядела она степенно, как маленький профессор.

Я