Друг по собственному желанию - Лана Бельская

пока было выше моих сил. — Тогда умывайся, и поедем домой. Все равно остались экономика и английский, преподаватели простят нас. — Я снова кивнула и послушно побрела к раковине. Умылась, вытерла опухшее лицо очередным кусочком туалетной бумаги.

— Все, можем идти, — голос еще дрожал, и изредка прорывались судорожные всхлипывания.

Мы молча прошли по-пустому универу, попрощались с охранников на выходе и вышли на свежий воздух. Всегда любила осенний воздух, тот неповторимый запах свежести, время, когда нет ни жары, ни холода, разноцветные листья на деревьях...

— Привет, — услышала я голос подруги. — Ты чего прогуливаешь?

— Я сегодня смог отсидеть только первую пару. — Отозвался незнакомый мне голос. — А вы чего прогуливаете?

— Подруге нехорошо, отвезу ее домой, — немного кокетливо ответила Ника. Стоп. Кокетливо? Ника? На это стоит посмотреть. Да и отвлечься не мешает.

Я чуть повернула голову и увидела парня, которого раньше в нашем универе не встречала. Довольно высокий, спортивная фигура, брюнет, глаза темно-синие, ближе скорее в цвету индиго, красивый. Не знаю почему, но я всегда стараюсь рассмотреть цвет глаз незнакомого мне человека. Это уже, своего рода, хобби. Я всегда помнила поговорку "Глаза — зеркало души" и почти неосознанно смотрю в глаза незнакомцам. Для меня это единственный способ понять, какие они. Так вот, новенький (а кем еще он мог быть, если я его не знаю?) брюнет добрым и грустным. Именно так. Вот вроде улыбается человек, а сам грустный.

— Привет, — решила разрушить я установившуюся тишину.

— Привет, — все с той же улыбкой ответил незнакомец, пытаясь поймать мой взгляд. Или мне показалось? — Вы знакомы? — обернулась я к Нике с явным намеком. Надеюсь, до нее дойдет.

— Конечно. Это — Влад, наш новенький. Влад, это Лиза, староста нашей группы.

— Стооп, наш новенький? А мне почему никто не сообщил? — ведь я должна была узнать об этом первую очередь.

— О, мать, ну ты и забегалась! Тебе еще неделю назад сказали, вспоминай. — В голове всплыл разговор деканом нашего факультета.

"— Лиза, через недельку прибудет новенький, Владислав Дансберг. Он к нам из соседнего города переводится, причины не озвучиваю, ибо сие есть тайна великая! — с улыбкой сообщил мне всеми любимый Вячеслав Юрьевич. — Ты уж, пожалуйста, поводи его по кабинетам, пусть привыкнет, ну да вобщем ты сама знаешь, не первый новенький..."

— Точно, спасибо. Ты — Дансберг, да?

— Именно так! Значит ты — Елизавета Алексеевна?

— Ну, вобщем, да, хотя можно и Лизой, не люблю так официально.

— А мне декан сказал, что только по имени-отчеству и с улыбочкой!

— Не верь ему, он у нас пошутить любит, — вставила Ника комментарий. — Лизка нормальная, не выпендривается, и общаются с ней почти все, даже "курицы" с первого курса! — весело сообщила подруга.

— Черт! — мой громкий вскрик заставил их изумленно посмотреть на меня. — Я забыла, я сегодня двух куриц тренирую: Мери и Крис.

— А почему куриц? И как ты их тренируешь?

— Ты что, не слышал? Их можно было бы называть Машей и Кристей, но нет. Они слишком "ценят собственное достоинство, чтобы отзываться на эти собачьи клички". Как по мне, лучше на собачьи, чем на хм… псевдонимы девушек невесомого поведения. И я вынуждена репетировать с ними их номера на конкурс "Мисс первый курс". А я не хочу, я домой хочу! Если прогулы мне спустят, то тренировки без уважительной причины пропускать не стоит.

— А у тебя причина уважительная, — вкрадчиво проговорила подруга.

— Ага, объясни это преподавателям. Я не откажусь посмотреть. — Ника пару раз мигнула, изобразила на лице долгую умственную деятельность и признала, что убедить преподавателей в уважительности этой причины будет весьма затруднительно.

— Ладно, не важно. Я вижу, тебе уже лучше. Куда пойдем? Еще часа два ждать. Или все-таки домой?

— Нет, домой не хочу. Пойдем в кафе? То, которое у реки.

— Хорошо, пошли. Только, ради Бога, иди спокойно. Не беги! Ты же деевушка...

— Спасибо, что напомнила, — ехидно отозвалась я. Потом вспомнила свои выкрутасы в туалете, и устыдилась. Столько, сколько она вытерпела от меня — никто не выдержал бы, так что ехидство придется отключить. Нужно уметь быть благодарной.

Спустившись с крыльца и подхватив подругу под руку, я неторопливо зашагала в сторону набережной. Остановило меня деликатное покашливание. Я обернулась. Влад стоял на том же месте и смотрел нам вслед, явно желая что-то сказать. Я вопросительно приподняла бровь. Он усмехнулся. Я нахмурилась. Он склонил голову на бок...

— Стоп. — Резко скомандовала я. Так может продолжаться вечность. — Ты чего-то хотел?

— Почему — хотел? До сих пор хочу. Можно мне пойти с вами?

— Зачем? — подозрительно осведомилась я.

— Как зачем? Ведь ты — староста, я — новенький. Расскажешь мне об универе, преподавателях, студентах, кружках и секциях...

— Ус-С-са! — резко выкрикнула я, массируя мочки ушей. Влад остановился на полуслове и вопросительно взглянул на меня. Я промолчала, продолжая делать небольшой точечный массаж. Зато Ника поспешила ответить:

— Ей один знакомый, который учится в медициинском, посоветовал так делать, если голова болит. Она тогда посмеялась, но прием запомнила. Теперь пользуется, когда хочет прервать собеседника, или ненадолго сбить его с мысли. Как видишь, работает! — сдала меня подружка.

— Ладно, Влад, пойдем. Обязанности старосты никто не отменял! — с показным энтузиазмом согласилась я. Все равно рассказывать ему придется, так почему бы не сейчас?

До кафе мы дошли в молчании. Влад разглядывал окресности, Ника на ходу писала смс-ки очередному "няшному милому мальчику", а на меня наседали мухи. Нет, плакать и истерить я не собиралась, уже достаточно. Вот только неприятное чувство, что осадок останется на всю жизнь и уже не исчезнет — не покидало. Для себя я решила, что с Сашей, как бы я его не любила, у нас будущего нет. Но его поступок я долго не смогу забыть. Как-будто мухи, поселившиеся в моей голове, не только постороили там временные поселения, но и начали закладывать фундаменты для постоянных жилищ. Эта моя мысль нашла подтверждение в отчете мухи-прораба, который мне любезно предоставили секунду спустя. Мои мысли прервала Ника.

— Пришли! — и как только умудреятеся следить за дорогой и отвечать на сообщения одновременно? — Влад, знакомься, это — любимое кафе нашей старосты. Если нужно задобрить — веди сюда. Или хотя бы притащи ей пару булочек с корицей, она их любит безумно. — Что у нее сегодня — день откровенности? Но, вобщем, она права. Вся моя группа знала о моем пристрастии к сладостям и часто этим знанием пользовалась. А я разрешала: кто же откажется от халявных булочек?

— Я запомню, — абсолютно серьезно ответил Влад, открывая перед нами дверь. Вот