Присвою навсегда - Юля Гром

Не найдя понимания и поддержки в лице подруги, я спешу домой. Идти минут десять. По дороге набираю маме, узнаю, как ее самочувствие. Мамуля меня радует, рассказав, что анализы пришли хорошие и скоро ее прооперируют. Вот только мне надо собрать деньги и завтра же оплатить счета за ее лечение. Я сделаю все, чтобы вылечить ее.

Едва успеваю открыть дверь в квартиру, как в нос мне бьет запах перегара. Отчим снова напился. Я стараюсь не попадаться ему на глаза, когда он пьяный. Тихо снимаю обувь и сразу же иду в душ.

Оказавшись в ванной, запираюсь на замок и включаю воду. Сорвав с себя платье и белье, брезгливо бросаю их на пол. Я не смогу, это надеть, после того, как бандит касался своими грязными ручищами. Стоит вспомнить, как сидела перед ним на столе с раздвинутыми ногами, как он жадно и похотливо рассматривал меня, так сразу же перед глазами все плывет.

Тщательно натираю тело мочалкой несколько раз, хочу уничтожить все следы его прикосновений. Это было мерзко и пошло. Губы горят огнем и болят от его жесткой щетины. Никогда не думала, что можно так развратно целовать, пожирая плоть, словно хищник. Если у Зевса так прелюдия выглядит, то как же он сексом занимается? Даже представлять не хочу.

Глупости. Я забуду все, как страшный сон. Надеюсь, мерзавец тоже обо мне не вспомнит. По нему сохнет много женщин, он найдет с кем утешиться.

После душа закутываюсь в халат и на носочках, чтобы не разбудить отчима, скрываюсь в своей комнате.

Большую часть денег я собрала, недостающую вытаскиваю из-под матраса. Открываю конверт и застываю от ужаса. Денег нет.

Горло стягивает удавкой, лишая меня кислорода. Смотрю в пустой конверт и давлю в себе всхлипы отчаяния. Неужели отчим способен своровать деньги на лечение мамы?

За что мне все это? Как он мог украсть все деньги, которые я с огромным трудом зарабатывала? Где я только не подрабатывала, пока не устроилась в клинику. Ночи недосыпала, во всем себе отказывала, каждый рубль берегла. А он просто забрал все на пьянки. И что же мне теперь делать?

Упав лицом в подушку, горько плачу от отчаяния. Мне во что бы то ни стало надо вылечить маму, но я безумно боюсь не справиться. Сломаться, не выдержать. Ничего, завтра будет новый день, и я обязательно найду выход.

Утром, проснувшись от шума на кухне, подскакиваю, как ошпаренная, хватаю телефон. И понимаю, что проспала.

Быстро одеваюсь, проигнорировав завтра, и выбегаю из квартиры. По дороге в институт пишу Олеське сообщение с просьбой еще одолжить денег. Мне безумно стыдно перед ней, но больше мне не к кому обратиться. Если она откажет, то я окажусь в безвыходной ситуации. Страшно подумать, сколько же мне придется работать, чтобы вернуть все долги. Подруга соглашается, но шутит, что она скоро, как банк, начнет с меня брать проценты. Проблемы валятся на меня не переставая. Я скоро сломаюсь под их тяжестью.

На первые пары я успешно опаздываю, поэтому иду в столовую, где обычно в это время собираются мои друзья. Поставив на поднос тарелку супа, салат и компот, расплачиваюсь и оглядываюсь по сторонам.

Заметив девчонок из моей группы, протискиваюсь через толпу студентов к их столу, с трудом удерживая поднос с едой.

— Привет, девчонки, — сажусь на свободный стул. — Что читаете?

— Хирургию. А тебя чего утром не было?

— Проспала, — честно признаюсь.

— Машуня, привет, — рядом со мной садится Илья и кладет руку на плечо.

Мне симпатичен этот парень, я с первого курса в него влюблена и сейчас, мне кажется, он тоже обратил на меня внимание. Мы уже два раза ходили вместе в кафе. Но я не спешу переводит наши отношения на новый уровень. Пока мы только друзья.

— Привет, — расплываясь в счастливой улыбке, и слышу, как вибрирует мой телефон.

«Пожалей пацана, пусть не трогает тебя руками. Иначе отшибу. Ты только моя».

Глава 4

Увидев сообщение от Зевса, покрываюсь мурашками.

Нервно оглядываюсь по сторонам. Но вокруг много студентов, и никого, хотя бы отдаленно похожего на Рустама или его головорезов, нет.

— Маш, ты чего? — хмурится Илюха. — Кого потеряла?

— Показалось. Пойдем в аудиторию, скоро лекция начнется.

Пока мы идем по коридору, Илья рассказывает веселые истории. Я улыбаюсь, чтобы его не обидеть. Но мысли мои сейчас совершенно о другом. Мне не до смеха.

Я поднимаю голову и не верю своим глазам. Наш ректор беседует с мужчиной, который со спины очень напоминает Алиева. Только сегодня на нем деловой, идеально сидящий костюм. Явно сшитый по индивидуальному заказу. Мощная фигура возвышается над всеми. Словно каменное изваяние смотрит на всех сверху вниз. Чем ближе мы приближаемся, тем больше я убеждаюсь, что это именно Рустам. Ошибки быть не может. В груди начинается паника, мне не хватает воздуха. Возможно, надо бежать, но почему-то инстинкт самосохранения вырубается рядом с грозным мужчиной. Я словно мотылек, который летит, не боясь сгореть.

— Господин Алиев, ваша помощь институту будет очень кстати. Таких сумм нам никто не перечислял, — доносится до моих ушей. Противно наблюдать, как стелется перед ним ректор. Неожиданно Зевс поворачивает голову, и мы встречаемся взглядами.

Разряд мощного тока, ведро ледяной воды, тысяча иголок одновременно впиваются в мое тело. Вот на что похожа наша встреча. Как бы я ни презирала бандита, но отрицать не могу его мужественную грубую красоту.

Как будто я снова чувствую его наглые прикосновения, которые пробуждают во мне странное томление. Ну как у него так получается, одним лишь взглядом подчинять мое тело и заставлять дрожать, как от лихорадки.

Зевс стреляет глазами сначала на наши с Ильей сцепленные руки, потом хищник смотрит на моего друга. Тут же на меня обрушивает подавляющую гневную энергетику. От страха у меня перехватывает дыхание. Рустам, раздувая ноздри, направляет пристальное внимание на нас, он больше не слушает ректора, плевать он на него хотел, когда его добыча посмела ослушаться.

Несмотря на то, что в груди вспыхивает страх, я не отдергиваю руку, наоборот, крепче сжимаю ладонь Ильи. Мне кажется, или Рустам качает осуждающе головой, словно я совершила провинность и меня ждет наказание.

— Почему этот громила так смотрел на тебя. Вы знакомы? — с ревностью в голосе спрашивает Илья.

— Да ты что. Откуда я могу его знать? — врушка из меня знатная. Самой