Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX–XX столетий. Книга XIV - Алексей Ракитин

с глазами не в порядке. Перри Паркер закричал, подхватил «кулёк» на руки и понял, что он слишком лёгкий — его 12-летняя девочка не могла весить так мало! Впоследствии Перри признавался, что подумал в ту минуту, будто держит в руках куклу — он решил, что это такая издёвка похитителя, который приехал за деньгами не с его дочерью, а с муляжом. Эта мысль помогла Перри не сойти с ума и не умереть от разрыва сердца — в ту минуту он продолжал верить в то, что его доченька жива и преступник всё-таки сдержит данное слово!

С «кульком» в руках, в котором должен был находиться муляж человеческого тела, Перри бросился к ближайшему дому. И только там, при ярком электрическом свете, он понял, что держит на руках не куклу — это действительно была его дочь Мэрион. Без рук, без ног, с обмотанной вокруг головы стальной проволокой, концы которой были пропущены через верхние веки, благодаря чему глаза оставались открыты.

Дом, возле которого похититель Мэрион выбросил торс девочки. Из него Паркер позвонил в полицию с сообщением об убийстве дочери. К этому месту с утра следующего дня началось паломничество жителей Лос-Анджелеса, которое не прекращалось более 3-х месяцев.

Это был, конечно же, шок, и притом не для одного Перри Паркера! Детективы, занимавшиеся расследованием похищения Мэрион, также оказались немало поражены тем, какая интрига закрутилась за их спинами. Никто из «законников» не ожидал от преступника той дерзости, что была проявлена! Ведь тот явился за деньгами, прекрасно зная, что девочка уже мертва! Более того, он привёз труп с собою, спеленал его, усадил на пассажирском сиденье, устроил настоящую инсталляцию. И ведь как всё верно рассчитал — и деньги получил, и после встречи с отцом скрылся!

При этом правоохранительные органы не располагали ни единой серьёзной зацепкой. Да, имелись подозрения в отношении Хикмана, которого Перри Паркер помог отправить за решётку, но на вопрос, опознал ли отец человека, которому отдал деньги, Паркер ответил отрицательно. А ведь он был знаком с Хикманом, не раз виделся с ним, слышал его голос… Так что ниточка, связанная с осуждённым за мошенничество Хикманом, судя по всему, никуда не вела.

Согласно описанию сидевшего за рулём человека, которое Перри Паркер сообщил детективам, им надлежало искать белого мужчину в возрасте около 25 лет, ростом приблизительно 5 футов 8 дюймов [~173 см] и весом 150 фунтов [~68 кг], гладко выбритого, с тонкими чертами лица и тёмными волнистыми волосами. Сколько таких мужчин могло проживать в Лос-Анджелесе и его окрестностях? Тысяч 30–35, всего-то делов — проверить такую армию…

К вечеру 17 декабря у правоохранительных органов не было ничего, способного вывести на убийцу. Вся надежда была на офис коронера, врачи которого по результатам исследования торса Мэрион Паркер могли подкинуть детективам ценные идеи.

Первое, что бросалось в глаза при осмотре тела Мэрион Паркер — это тонкая [толщиной 1/20 дюйма] стальная проволока, трижды обмотанная вокруг лба наподобие венца. Концы проволоки спускались со лба к глазам; в верхних веках были сделаны проколы, в которые концы проволоки были введены и загнуты вверх наподобие крючков. Длина этих концов проволоки была подобрана так, что веки всё время оставались открыты. Как быстро установили судмедэксперты, проволока была самой обычной — такая в те годы использовалась для подвески картин и продавалась в любой багетной мастерской. Сразу уточним, дабы исключить какое-либо недопонимание, что Перри Паркер не мог видеть «венец» из проволоки во время своего пребывания возле автомашины по двум причинам: во-первых, на улице было темно, а во-вторых, на голове Мэрион находилась шляпка, надвинутая на лоб и отбрасывавшая тень на верхнюю часть лица. Ввиду этого замысел преступника полностью удался, и со стороны действительно могло показаться, будто девочка сидит с открытыми глазами.

Внешний осмотр трупа показал, что он тщательно и притом неоднократно обёрнут бинтами и полосками ткани, являвшейся фрагментами постельного белья. Также для заматывания трупа использовались полосы ткани, полученные при разрыве школьного платья Мэрион. Это обёртывание можно было уподобить тому, которое встречается у древнеегипетских мумий, если вы видели их в музее, то без труда поймёте, что имеется в виду. После снятия этих импровизированных «бинтов» выяснилось, что торс тщательно вымыт и не имеет следов крови.

Судебно-медицинское вскрытие показало, что Мэрион Паркер мертва довольно давно — более 12 часов. Конечности были отделены аккуратно хорошо заточенным инструментом, расчленение осуществлялось посмертно. По тому, как производились разрезы, можно было заключить, что расчленением трупа занимался человек, не имевший медицинского или ветеринарного образования. Преступник тщательно удалял следы крови и в целом действовал аккуратно, не спеша, по-видимому, в комфортной обстановке, в условиях хорошего освещения.

Торс Мэрион Паркер в морге перед проведением судебно-медицинского вскрытия.

На шее трупа имелся глубокий прижизненный разрез, возможно, он явился причиной смерти. Вместе с тем, ряд признаков указывал на душение девочки [точечные кровоизлияния в глазах, следы зубов на внутренней стороне губ и другие]. С определением точной причины смерти судмедэксперты затруднились — это было связано с тем, что внутренние органы жертвы отсутствовали. Весь комплекс внутренних органов — сердце, лёгкие, желудок, кишечник и прочие — оказался извлечён, а вместо него внутрь торса было набито различное тряпьё и газеты. Именно из-за отсутствия внутренних органов торс оказался очень лёгким.

Из-за манипуляций, осуществлённых преступником с телом, ответить на вопрос о сексуальном надругательстве не представлялось возможным.

На спине убитой девочки остались багровые следы с частичным сползанием кожи, происхождение которых судмедэксперты связали с поркой узким ремешком.

Врачи обратили особое внимание на то, что преступник старательно устранял все следы крови. Манипуляции убийцы, связанные с отделением конечностей и извлечением внутренних органов, были, несомненно, очень кровавы, и преступник затратил много сил и времени на то, чтобы смыть кровь. В распоряжении преступника должно было находиться помещение, в котором имелся водопровод, электрическое освещение, ванна, в этом помещении убийца чувствовал себя спокойно и мог действовать без спешки.

Изучая все кусочки ткани, бинты, газеты, использованные преступником для обёртывания трупа и заполнения его внутренней полости, врачи коронерской службы обратили внимание на полотенце, помещённое убийцей внутрь тела. На сравнительно плотной и гладкой части у края полотенца имелся кровавый отпечаток большого пальца. Снимать с ткани оттиски папиллярных узоров — дело очень сложное, в 1920-х годах напрямую зафиксировать отпечаток с ткани было практически невозможно. Обычно для этого отпечаток сначала фотографировали с максимально возможным разрешением, а потом уже восстанавливали отпечаток по фотографии. Получившийся результат мог быть оспорен в суде, но тем не