Советская елочная игрушка. Космические свершения, царица полей и образы из детства - Дарья Радченко

достижения. Тем не менее почти никто не призывал к полному замещению нейтральных игрушек идеологическими. Единственное, что признавалось неприемлемым, — это украшения, «противоречащие принципам коммунистического воспитания детей»[20]: игрушки, связанные с религией (например, ангелы) и карикатурные изображения. Большинство участников полемики 1930-х годов настаивали на том, что образы зверей, птиц, сказочных героев должны сочетаться с актуальными сюжетами, посвященными авиации, обороне, народам СССР, покорению Арктики и т. д.[21] Тематика елочных игрушек должна была «отображать социалистическое строительство, оборонную мощь нашей родины, персонажи из сказок и из художественной литературы, оригинальные фигуры птиц, животных и типы людей»[22]. Фабрики и артели, которые начинали производить игрушки на актуальные темы, хвалили в профильной прессе: «Чего только нет на этих хрупких изящных шарах! Былинный эпос, сюжеты из народных сказок, персонажи из поэм Александра Пушкина, произведений Самуила Маршака и Корнея Чуковского. Особо следует отметить оперативность руководителей фабрики: дети получают к елке шары с изображением бойцов, одержавших блестящие победы на озере Хасан, самолета «Родина» и его славного экипажа»[23].

Но, конечно, елка не была исключительно детским развлечением. Более того, очень скоро она стала символом: увенчанное звездой, это дерево олицетворяло всю советскую страну.

В газетах и журналах достижения советского народа за год нередко изображались в виде «подарков» или игрушек на Всесоюзной елке. Например, в «Правде» от 31 декабря 1936 года помещен рисунок Константина Ротова, изображающий представителей разных профессий (от поваров и водолазов до шахматиста, многодетной матери и пограничника Карацупы, поймавшего нарушителя), несущих плоды своей деятельности для украшения новогодней елки, с таким комментарием: «Елка, которую изобразил художник К. Ротов, сверху донизу заполнена чудесными подарками, доставленными со всех концов нашей родины. Вершину елки прочно заняла наша славная авиация, добившаяся в этом году замечательных побед. Ниже на елке — автомашины, быстроходные корабли, вкусная снедь, выпускаемая тов. Микояном, и “дед-Мороз”, он же О. Ю. Шмидт, освоивший Арктику…» Своего рода советская инфографика: в виде елки были представлены главные итоги года.

Броневик. Фабрика «Универпром» № 10. Москва, 1936 г.

Из личного архива Д. Радченко

Публиковались и сатирические изображения елок на разные актуальные темы. Во время Великой Отечественной войны в газетах печатали карикатуры, изображавшие елки, «украшенные» побежденными немцами. В новогоднем «Голубом огоньке» 1962/63 года показывали карикатуры художника В. А. Гальба с изображением Дедов Морозов с елками, украшенными сообразно их описанию. Это Дед Мороз — «рыболов-любитель», на чьей елке развешан улов, «дождеупорный» Дед Мороз с зонтиком вместо елки и даже «стильный» Дед Мороз, на елочке у которого «стиляжий» галстук с обезьяной, «фирменный лейбак» и магнитофон. На карикатурах периода холодной войны империалисты изображались рядом с елкой, увешанной бомбами и снарядами. А в журнале «Мурзилка» за 1980 год был опубликован смешной рассказ Эдуарда Успенского, где в рамках борьбы за экологию вместо елки по всем правилам нарядили товарища Помидорова: повесили на него лампочки, дождик и игрушки.

Передвижная елка. Заметка из «Комсомольской правды» за 29 декабря 1937 г.

Из личного архива Д. Радченко

А еще елка оказалась одновременно символом домашнего уюта и преодоления трудностей, веселья и взаимопомощи. Во время войны в газетах публиковались фотографии наряжающих ее семей, взявших на воспитание детей-сирот, а после войны на фоне новогодней елки газетные фотографы снимали семьи вернувшихся фронтовиков и Героев Труда. Нарядная елка с ее хрупкими украшениями становилась олицетворением дома, заботы и мира.

Елки появлялись в детских домах и военных госпиталях, в столовых и министерствах — словом, повсеместно. Где бы ни оказывались советские люди — в окопах и землянках во время войны, на ледоколе, дрейфующей полярной станции в Арктике, на корабле в Тихом океане, в забое угольной шахты, в цехе огромного завода, на строительстве плотины в Африке, в автобусе, следующем по своему маршруту в новогоднюю ночь, и даже в космосе, — на Новый год старались нарядить хотя бы маленькую елочку. Она не только радовала, но и напоминала о том, что праздник — общий, как и ритуалы его проведения.

Даже если достать и нарядить елку оказывалось трудно, это все же не считалось поводом отказываться от главного новогоднего атрибута. Например, однажды гляциологи, зимующие на одном из ледников Памира, сделали ее сами. «…Без елки нельзя! — заявил Володя Смеянов и начал вытачивать из деревянного бруска ствол елочки. Вместо веток прицепил проволочки. Все мы азартно взялись красить зеленой тушью бумагу, прикреплять “иголки”. Украшали елку конфетными обертками, гирляндами»[24]. Потом, правда, выяснилось, что в контейнере с продуктами, которые сбросил зимовщикам самолет, была и маленькая коробочка с игрушечным дедом-морозом и настоящими бусами для елки. Это тоже очень показательный мотив: даже в самые удаленные уголки Родина доставляла советским людям вещи, необходимые для праздничного ритуала, — настолько важно было отпраздновать Новый год «вместе со всем советским народом», почувствовать свое единство со страной. Украшение елки становилось хотя и небольшим, но подвигом.

Популярность елочных игрушек воспринималась как свидетельство экономического роста: «Директор универмага № 1 т. Большаков сообщает интересные цифры: за последние 3 месяца игрушек продали больше, чем за первые три квартала, а за весь минувший год — вдвое больше, чем в 1956 году. Это один из маленьких штрихов большой и радостной картины роста благосостояния народа»[25].

Елочка чуть выше спичечного коробка; такую можно было разместить где угодно.

Из личного архива Д. Радченко

К середине ХХ века елочные игрушки стали настолько востребованы, что даже суть денежной реформы 1961 года объясняли, в том числе, на их примере: «Фактически подешевеют многие игрушки и в том числе некоторые елочные украшения. Так, верхушка для елки в виде звезды со шпилем на конце, раскрашенная цветным лаком, вместо 5 руб. 25 коп. будет стоить 52 коп.»[26].

Итак, елка была и средством воспитания нового гражданина, и метафорой достижений страны (а также негативных явлений в остальном мире), и материальным свидетельством улучшения жизни и счастливого детства в Советском государстве.

Глава 2. Что растет на елке

От макушки до подножия

Чем же украшали елку? Игрушек не хватало, и стоили они обычно довольно дорого, поэтому в семьях постепенно формировались коллекции самых разных украшений, которые хранили в течение многих лет. Считалось, что чем больше у людей игрушек и чем они разнообразнее — тем лучше. Такое смешение на елке самых разных украшений, от которых разбегались глаза, отразилось и в стихах для детей:

Фонарики-огоньки,

Золотые светляки.

Пушки,