Битва за пряности. Как противостояние XVI века определило устройство современного мира - Роджер Кроули

Над двумя крошечными островами – Тернате и Тидоре – возвышаются симметричные вулканы, склоны которых окаймляет лес. Разделенные между собой всего несколькими сотнями метров воды, эти острова в то время находились в состоянии войны. Оба подверглись исламизации со стороны мусульманских купцов, а их султаны были непримиримыми соперниками – каждый возглавлял альянс, включающий другие острова и поселения. Методы ведения войны Серрано и его товарищам уже были знакомы по участию в боевых действиях на Амбоне. Здесь атаки велись на больших, быстроходных военных каноэ под названием «кора-кора» или «джоанга», вмещающих до сотни гребцов. На Тернате был самый большой флот таких судов, и именно одна из таких кора-кора прибыла к Серрано в Хиту с приглашением на остров.

Рис. 2. Остров Тернате и его вулкан на голландской гравюре XVIII в.

Султан Баян Сирулла тепло приветствовал португальских наемников, «принял их в своей стране с великими почестями»[15]. Он утверждал, что видел вещий сон о том, как на остров прибыли одетые в железо люди, которые продлят его правление. Они быстро зарекомендовали себя в качестве ударного отряда наемников, обеспечившего Тернате преимущество в борьбе против Тидоре, а Серрано стал незаменимым советником и доверенным лицом султана. Когда в 1514 г. Баян Сирулла отправил португальскому королю письмо с предложением вассалитета, сделал он это не только потому, что контроль Португалии над Малаккой – центром торговли специями – имел решающее значение для экспорта гвоздики из Тернате. Султан понял, что португальцы обеспечат ему путь к управлению близлежащими островными королевствами. В лице Серрано он увидел человека, которому под силу этого добиться. Португальцы смотрели на эти отношения совершенно иначе. В сентябре 1515 г. Албукерк в письме докладывал королю «новости о Серрано, который жив и находится у власти на гвоздичных островах и управляет королем и всей землей»[16], разумеется, от лица своего венценосного повелителя.

Малакка стала самым восточным оплотом португальской власти. Ее ограниченные людские ресурсы были рассредоточены на огромной территории, вдоль цепи фортов и баз, растянувшейся от Африки до Персидского залива и западных берегов Индии. Молуккские острова находились на расстоянии двух сезонов дождей и 9000 миль от родной королевской власти, и Серрано, по-видимому, чувствовал в себе все меньшую преданность королю, находившемуся в далеком Лиссабоне. На протяжении многих лет после прибытия Серрано в 1512 г. в эти края португальские торговые суда грузились под завязку гвоздикой и отчаливали. Серрано игнорировал все предписания вернуться на родину. Почти забыв об узах, связывающих его с Португалией, он занимался внутренней политикой островов и вел жизнь, о которой грезили многие выходцы из Португалии, движимые желанием не исполнять указы государевы, а разбогатеть и купаться в воображаемой роскоши Востока подобно иноземным раджам. Письмо Албукерка свидетельствует о том, что с таким его поведением как минимум мирились.

Серрано остается загадочной фигурой, о которой известно мало, однако имя его проходит тонкой линией сквозь хроники эпохи. Ему суждено сыграть пусть небольшую, но весьма важную роль в дальнейших событиях. Голос его негромок. Как и многие документальные свидетельства португальцев, его письма, скорее всего, были утеряны во время лиссабонского землетрясения 1755 г., в современных летописях от них остались лишь отголоски. Известно, что Серрано писал письма и вместе с ароматом гвоздики отправлял их на кораблях в Португалию королю и своему другу Фернану де Магельяешу.

Рис. 3. Мускатный орех и его оболочка – мацис

Португальцы дотошно собирали сведения об Островах пряностей. Что касается островов Банда, мореплаватели отмечали уникальную политическую систему («у них нет короля, ими правят старейшины»), внешний вид островитян, их рацион питания, главным образом состоящий из саго («его делают из сердцевины древесного ствола, высушивают до твердого состояния… и используют как валюту»), численность населения, географию островов и расположение подходов к берегу. Но в первую очередь их волновали торговые сети и подробная информация о стоимости и производстве специй. Они с интересом изучали и описывали процесс выращивания и сбора мускатного ореха и мациса: «деревья наподобие лавра, но с плодом в виде ореха; его покрывает мацис, похожий на цветок, поверх которого – еще одна толстая кожура. Один квинтал[17] мациса стоит как семь квинталов мускатного ореха»[18]. «По вкусу мацис напоминает персики или абрикосы. Созревая, плод раскрывается, наружная мякоть опадает, а та, что внутри, краснеет – эта обволакивающая часть мускатного ореха и есть мацис, ее собирают и высушивают. Плоды созревают круглый год, а урожай снимают каждый месяц»[19].

Производство гвоздики на Молуккских островах изучали не менее тщательно:

В лесах этих островов есть много особых деревьев, напоминающих лавр, листья их похожи на листья земляничного дерева; на них пучками растут гвоздики, подобно флердоранжу или цветам жимолости. Из ярко-зеленых они становятся белыми, но по мере созревания приобретают чудесный красный цвет. Затем туземцы собирают их руками и раскладывают сушиться на солнце до черноты; если солнца нет, то сушат в коптильнях. После сушки сбрызгивают солоноватой водой, дабы предотвратить появление плесени и сохранить все свойства. И с пяти островов собирают урожай в таком количестве, что его невозможно весь вывезти из страны… а если три года не собирать урожай, то деревья дичают, и все, что они потом дадут, окажется бесполезным[20].

Эти собираемые посредниками и торговцами сведения, по сути, представляли собой коммерческие справочники, из которых в национальный португальский проект поступал нескончаемый поток данных по всем аспектам, касающимся географии, экологии, торговли, властных структур и антропологии. Европейцы добывали информацию о мире, и отнюдь не в невинных целях.

Рис. 4. Плоды гвоздичного дерева

В 1519 г. король Мануэл заказал уникальный сборник карт, известный сегодня под названием «Атлас Миллера». Это удивительное и великолепное произведение искусства воздает дань открытиям нации. Молуккские острова на нем выделены золотым цветом и пришпилены к морю португальским флагом, как редкая бабочка под стеклом у коллекционера. Таким образом утверждалось право собственности, реальность которого островитянам еще только предстояло осознать. На карте мира в этом сборнике Молуккские острова окружены полукольцом из подводных кос, что указывает на отсутствие подступов к ним. Расположение самих островов передано довольно точно, однако подводных кос в действительности не существует. Молуккские острова, где произрастает гвоздика, дополнительно защищены путаным лабиринтом из вымышленных островков, судоходство среди которых представляется невероятно сложным. Еще удивительнее отсутствие Тихого океана, открытого испанцами четырьмя годами ранее и к тому времени широко известного. Карта мира в этой книге устаревшая – таким представлял мир античный