Солнце города дождей. Книга 1 - Юлия Обрывина

– Вы не поняли, – суетливо продолжила мать, опасаясь, что разговор может закончиться визитом службы опеки. – Она – студентка колледжа и была здесь по важному делу…

Джон не дослушал ее и подозвал сослуживца: “Миллер, принеси-ка тот серый рюкзак из коробки с вещдоками”.

Молодой офицер кивнул и ушел к дороге, где стояла его машина. А Гвен почувствовала, как от волнения подкашиваются ноги, и она проваливается в песок.

– Вы нашли его? Слава Богу!

– Да, нашли. Неподалеку отсюда, – подтвердил детектив. – В нем, как вы и сказали, лежал черный планшет и ключи от дома. Зато не было телефона, – Джон попытался разрядить обстановку шуткой: – Не удивительно. Иногда мне кажется, что гаджет сына заменяет ему руки. Наверняка ваша дочь такая же.

– Да, – с легкой улыбкой ответила Гвен и кивнула прибывшему офицеру Миллеру, который передал детективу рюкзак.

Женщина уже мысленно протягивала руку, чтобы забрать его, но Ньюман огорошил ее:

– Мэм, рюкзак и содержимое приобщены к делу об убийстве. Вы наверняка слышали о нем по новостям?

– Приобщены? Почему? Что в нем такого? Это просто вещи моей дочери! Отдайте! – суетливо вскрикнула она и снова потянулась к пропаже, однако Миллер повторил слова командира и отошел на шаг.

– Обязательно. Как только мы во всем разберемся, – пообещал Джон, взял из рук сослуживца синие латексные перчатки и раскрыл рюкзак.

– Зачем вы роетесь в ее личных вещах? – сорвалась мать.

– Мэм, мы все объясним. Проявите терпение, – попросил Миллер.

Нажав на включение планшета, полицейский нашел последнюю работу Кристы и повернул экран к Гвен.

– Видите этого юношу? Его зовут Соул Рид. Он проходит свидетелем по этому делу. И если ваша дочь нарисовала его, значит, знакома с ним и может располагать важной для следствия информацией.

Мир вокруг Гвен поплыл. Крик чаек, грохот разбираемых конструкций и прибой слились в один оглушительный гул. Теперь она видела не детектива, а картину, нарисованную страхом: Кристу, окруженную полицейскими, допросы, газетные заголовки и новое клеймо.

– Моя дочь здесь ни при чем! – истерично прокричала женщина. – Криста познакомилась с ним вчера! Он просто…вступился, когда к ней пристал какой-то пьяный негодяй, а потом отвез домой! Только и всего! Больше она его не видела!

Ньюман выслушал Гвен, не перебивая. Он сотни раз на дню видел подобную реакцию свидетелей и обвиняемых, так что оставался невозмутимым, а его лицо – непроницаемым.

– Я бы хотел пообщаться с вами и с вашей дочерью, мэм. Нам необходимо прояснить кое-что. Где она сейчас?

– Она на стажировке, – автоматически ответила Гвен, пока ее разум лихорадочно искал выход.

– В таком случае, мы заедем вечером, – мягко, но неумолимо сказал детектив и достал блокнот. – Оставьте, пожалуйста, ваш номер телефона и адрес. И, мэм, – Джон с предостережением посмотрел ей в глаза: – Если ваша дочь не виновата, то мы просто зададим ей несколько вопросов и уедем. Не усложняйте нам работу и не переживайте раньше времени.

Фраза “не усложняйте” была воспринята Гвен враждебно. Но ей не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Механически, словно во сне, она продиктовала номер и адрес, коря себя за то, что вообще ответила Ньюману.

“До свидания, миссис Бэйл”, – наконец, произнес он. – Мы свяжемся с вами.

Попрощавшись, Гвен развернулась и направилась к дороге. Песок снова тянул ее сандалии, но теперь это ощущение казалось символичным, будто сама земля пытается удержать ее и не дать убежать от надвигающейся беды. Мысли путались, наваливаясь тяжелым грузом. Убийство, Соул, рюкзак и Криста – все сплелось в один тугой, неразрешимый узел. Поэтому мать не заметила, как дошла до парковки. И вдруг возле своего старенького Форда увидела какую-то женщину.

Она была одета просто, но со скрытой, дорогой элегантностью: во льняные широкие брюки и шелковую белую блузу, а поверх волнистых светлых прядей красовалась соломенная шляпа. Не молодое, но приятное лицо незнакомки выражало искреннюю радость от встречи и вместе с тем – напряжение.

“Вы – Гвен Бэйл?” – тихо произнесла незнакомка. – “Я – Джейн Грэнвилл”.

Не веря своим ушам, женщина схватилась за сердце. Это оказалась не горожанка, что перепутала машину или путешественница, которая потерялась и решила спросить дорогу, а биологическая мать Кристы.

Призрак прошлого, явившийся в самый неподходящий момент.

– Замолчите, – подавленно ответила Гвен и от шока уперлась спиной о дверцу машины.

– Простите, я не хотела, – оправдывалась Джейн и сделала робкую попытку привести ошарашенную мать в чувства, но та оттолкнула ее с такой яростью, что она тут же оказалась на асфальте.

– Я прошу только возможности поговорить с дочерью! – прокричала Джейн. – Всего лишь поговорить!

Гвен не слышала ее. Материнский инстинкт не оставил в ней даже намека на понимание чувств предавшей Кристу женщины.

– Нет! – ответила она, громко хлопнув дверью машины. Ее руки так тряслись, что она завела двигатель лишь с третьей попытки и подняла взгляд на зеркало заднего вида.

Промелькнув в нем, Джейн поднялась и начала отряхиваться, а затем подошла к кромке тротуара и печально посмотрела вслед уезжающему Форду.

Тем временем, Гвен выехала на шоссе, неподвижно смотря вперед. Однако перед ее глазами была не трасса, а образ детектива Ньюмана и Джейн Грэнвилл, чье лицо выражало ту же боль, что таилась где-то глубоко в ее собственной душе. Одна угроза накладывалась на другую, делая реальным давно отпущенный кошмар. А крепость, которую женщина строила восемнадцать лет, дала сразу две трещины.

Сквозь них в ее тихий, выстроенный с такой любовью мир, теперь дуло ледяным, неумолимым ветром перемен. Пытаясь унять дрожь, Гвен крепко сжала руль и пообещала себе: “Я не отдам Кристу! Никому и никогда!”, однако впервые эта мысль звучала неуверенно, словно мольба, обращенная к Богу.

Глава 25