Лесная избушка Анатолия Онегова - Анатолий Николаевич Грешневиков

председателю не положено давать рекомендации, но Стрижева поддержит при голосовании. И тут же обманул – дал рекомендацию другому писателю Петру Алешкину. Нагадил и дальше. Вместе с председателем бюро Шугаевым завалил Стрижева, сунув в урну чужие бюллетени против… Онегов понимал, что завалили друга из-за того, что тот был очень русским человеком и принятие его в ряды писателей было нежелательно тем, кто работал на Сафонова. В этой ситуации Онегов высказал прямо в глаза Сафонову всё, что о нём думает.

Второй инцидент произошел с издательством «Русский мир». Директором там работал мой друг Вячеслав Волков. Он к юбилею Онегова издал замечательный двухтомник, некое собрание сочинений, которое было профинансировано Министерством печати России по моему депутатскому предложению. Согласно договору, писатель получил положенные ему бесплатные экземпляры. Остальной тираж ушел в торговлю. Неожиданно Онегову захотелось получить от издательства ещё несколько книг. После отказа – на имя министра печати ушла жалоба. Она, конечно, писателю не помогла. Тем более, спустя год директор Волков продал ему по льготной цене нераспроданные книги. Онегов нехотя извинился, но горький осадочек остался и у меня, и у редактора.

Иногда на стремление Онегова добиться справедливости влиял не только фактор честности. Оно исходило ещё из искреннего желания помочь талантливым людям. Чиновники от литературы, бывало, не замечали ростки таланта, тушили искры дарования, не давали возможности издаваться, а Онегов шел к ним с рукописью начинающего поэта или писателя и просил о снисхождении. Им двигала вера, что чем больше в стране талантливой молодежи становится на ноги, тем крепче страна.

В одном из писем Онегова, получившего мою газету с рассказом детской писательницы из Переславля-Залесского Наташи Михайловой, я прочел его восторженный отзыв. Кажется, публикация для начинающего автора есть, отзыв маститого писателя есть и всё – этого достаточно. К тому же моя знакомая Михайлова и не просила никого хлопотать и двигать рассказы в столичные журналы. Но не тут-то было. Раз Онегова порадовал рассказ, в авторе замечен талант, то его надо развивать и двигать дальше.

Он пишет мне: «Толя! Получил письмо и газету. Уж больно хорош “Володька” Н. Михайловой. Напиши ей, пусть пришлет мне этот рассказик, отпечатает на машинке или же ты перешли мне ещё одну такую же газетку, а к ней её анкетные данные (кто есть, давно ли пишет, в каких местах печатается, в каких семинарах участвовала, домашний адрес). Я попробую показать рассказ в “Работницу”».

В другом письме требует: «Мне нужны стихи К. Васильева».

Все материалы понравившихся ему авторов он действительно относил в редакции разных журналов со своими рекомендациями напечатать, дать дорогу молодым талантам. Когда-то к его мнению прислушивались и печатали рассказы и стихи из провинции, но чаще бросали в долгий ящик.

Много доброго сделал Онегов и для популяризации творчества художника-анималиста Олега Отрошко. На страницах журнала «Юный натуралист», к примеру, гравюры Отрошко с отображением жизни птиц и зверей печатались регулярно.

Именно Онегов открыл для нашей районной газеты «Новое время» этого волшебника черно-белых гравюр. Герои живой природы часто поселялись не только на целевой полосе «Человек и природа», ответственным за выпуск которой был я и которая не раз занимала первые места среди районных и городских газет, но и на многих литературных страницах. Сельский читатель душевно полюбил художника Олега Отрошко, а тот обрел тысячу новых искренних друзей и единомышленников.

Жили без атомной станции и проживем…

Беда пришла в Борисоглебский район с самой неожиданной стороны – Ярославский облисполком решил построить здесь атомную станцию. Народ в большинстве своём начал роптать, ругаться, вступать в дискуссии с местными молчаливыми чиновниками. Из памяти ещё не выветрилась чернобыльская трагедия, ещё не залечили раны те отважные борисоглебцы, что были мобилизованы на Украину для ликвидации последствий радиационной аварии.

Ситуация в общественном мнении накалялась ещё и потому, что обсуждение строительства атомной станции шло на уровне слухов и домыслов, а официальной информации никто из представителей власти как районного, так и областного уровня не публиковал. Со слухами бороться можно было только при помощи правды. А правда нуждалась в подкреплении достоверными документами. Но где их взять? И кто выступит в качестве правдоискателя?

Не знаю почему, но на мою долю выпала честь возглавить общественное движение района против строительства атомной станции. Может, потому, что я был неравнодушным, активным журналистом районной газеты «Новое время» и постоянно выступал на страницах то районной газеты, то областных и центральных против произвола чиновников и в защиту родной природы. Кому-кому, а экологу, как говорится, сам Бог велел подняться на борьбу со злом. В данном случае злом для жителей Борисоглебского района и прилегающих к нему территорий являлась атомная станция, со строительством которой уничтожалось живописное озеро Спасское и сама тихая патриархальная жизнь сельского населения.

За год до тревожных известий атомщиков, которым приглянулся наш лесной район, я опубликовал в районной газете очерк «Спасское озеро». О нём мало кто знал даже из рыбаков. Расположенное среди топких болот и топей, окруженное столетними соснами, это древнее озеро представляло собой уникальную экосистему. Вода в нём держалась чистейшая, полезная по многим медицинским показаниям, а щуки и окуни обладали невероятным вкусом. Сочетание озерного, соснового и болотного воздуха оздоровляет любого пришедшего сюда человека, заряжая его оптимизмом и желанием беречь природу. Глядя на отражающиеся в воде кроны сосен, на несуетливую жизнь поселившихся здесь разных птиц, понимаешь смысл и значение слов Достоевского – «Красота спасет мир».

И теперь рядом с этим живописным и уникальным озером будет возведена громадная атомная станция. По прихоти чиновников, она должна дать дополнительные рабочие места. Непонятно только, зачем увеличивать отток из и так пустеющей сельской местности?! Вместо деревень с садами и огородами – заводы и города с асфальтом. Вместо озер с чистой водой и щуками – пруды для сброса технической воды. А как же быть с заповедью великого Достоевского о том, что нация должна обязательно родиться и воспитываться на почве, на земле, вокруг садов и лесов, и лишь потом жить на асфальте?!

Прежде чем начать открытую борьбу против строительства атомной станции и подключить к ней народные массы, мне нужно было добыть какой-либо документ, подтверждающий «атомные» планы областных чиновников. Первым на помощь пришел писатель-натуралист Анатолий Онегов. По его совету я написал письмо в Ленинградский государственный институт проектирования городов (Ленгипрогор).

Долгожданный ответ не заставил себя ждать. На удивление он пришел не только скоро, но и с подтверждением моих опасений. Меня охватило волнение, когда я читал письмо, подписанное главным инженером института В.