Родные - Анна Наильевна Камнева

Скованный туманом мозг неосознанно выдает лишь отдельные слова, начинающие и заканчивающие две самые важные фразы в моей жизни.

— Люблю тебя... Никита...

Я уже нахожусь в глубоком сне, даже не заметив, что сказала это вслух...и что рука, бережно перебирающая мои волосы замирает...

.

Глава 37

Я не простил себя. День догорел, догорел закат.

Я отпустил тебя. А ты смеялась и я так рад,

Что не забыл тебя, хотя горел. Догорел дотла...

Я так любил тебя. Там было небо и ты одна...

Стены слышали вой, я живой — не живой

Время на болевой, будто жизнь за спиной

Осень уже не вернешь. Восемь, но ты не придешь...

И ты улетаешь, моя любимая птица,

Не проронив ни слова, даже не дав проститься

И будет молчание и лучше не лезь

Пусть мое прощание останется здесь.

И ничего уже не будет больше, не будет больше

Пришло время раны латать

Этого уже не будет больше, не будет больше

Мне будет тебя не хватать...

А ты это серьезно или мне снится?

Просто так будет сдаться

Поздно на меня злиться. Заезды- и нам за них драться.

А ты это серьезно? Что-то сломалось

Сердце — куски металла. Воздух — его не осталось. И меня не стало.

И ничего уже не будет больше, слез не будет больше

Не будет поцелуев и встреч.

И тебя уже не будет больше, нас не будет больше

А ты просто просила сберечь...

Руслан

Сижу на постели и смотрю на спящую девушку. Ее волосы разметались по подушке светлыми прядями. На лице даже во сне сияет улыбка. Я так давно не видел, как она улыбается...по настоящему. Но эта улыбка не связана со мной.

Вчера, когда она прибежала ко мне, я думал что все. Наша война окончена. Она была такая счастливая... Будто бы наконец поняла, что любит меня. Я бы все отдал за эти три слова. Всего лишь три слова, сказанные не мне...

Думал, что не может быть больнее, но оказалось, что для истекающего кровью сердца это еще не предел. Когда слышишь из уст той, что только что любила тебя, имя другого. Того, кого она любит на самом деле! Но я не питаю бессмысленных иллюзий. Больше нет.

С этими тремя словами я как никогда осознал, что лишь мучаю ее и себя. Может ее и тянет ко мне, но мне этого мало! Я хочу ее все целиком! И тело, и душу, и сердце. Но этого она никогда не сможет мне дать.

Говорят если любишь кого-то по настоящему, нужно отпустить. Позволить ему быть счастливым. Вот и мне пора отпустить ее, чтобы она стала счастливой с тем, кого любит. О ком думает даже находясь рядом со мной..

Я знаю, что пока я нахожусь здесь, не смогу этого сделать. Значит все уже решено. Мне придется уехать, чтобы не терзать ее больше.

На часах шестой час утра, а я сижу до сих пор не в силах подняться. Смотрю на свою девочку, запоминая каждую любимую черту, потому что знаю, что больше уже не вернусь... Страшнее всего не уходить и больше не увидеть, а когда нибудь заметить на ее лице страх или отвращение.

С трудом, но все же встаю, подхожу к столу, заканчивая последнее дело.

В дверях оглядываюсь назад в последний раз... Девушка вздыхает во сне, все еще улыбаясь, переворачивается на бок и обнимает руками мою подушку. В горле застревает горький комок...

Прощай, шоколадка. Надеюсь ты сможешь простить меня...

Подхватываю собранную сумку и быстрым шагом спускаюсь по лестнице...через двор...завожу мотоцикл.

Только не оборачиваться! Если оглянусь хотя бы раз, брошусь обратно и как побитый пес буду ползать у не ног, вымаливая крохотные подачки. Это не для меня. Если все останется как есть, то боюсь в будущем моя любовь и дикая ревность уничтожат нас. А я не хочу ломать ее.

Вздрагиваю, услышав звонок.

— Здорово, мелкий! Что ты решил? Нам ждать тебя или как?

Бодрый, низкий бас Автомата убивает последние сомнения.

— Я лечу с вами. Скоро буду. Жди.

— Принято! Давай, до встречи.

Решительно сажусь и завожу мотоцикл, срываясь с места...

Алена

Так хорошо мне еще никогда не было! Даже просыпаться не хочется! Все еще в полудреме провожу рукой по соседней половине постели. Пусто. Глаза открываются сами собой, когда резко сажусь, прижимая покрывало к груди. Руслана нет...

Может он на кухне или в ванной? Но вокруг тишина. Все еще не веря, затягиваю покрывало и обхожу квартиру. Она пустая...

Странно. Может он просто вышел куда то? Успокаиваю себя, когда в груди екает от нехорошего предчувствия.

Принимаю душ и одеваюсь, наливаю как всегда себе и ему горячий кофе и иду в спальню за телефоном, решая позвонить ему и узнать, когда вернется. На часах начало восьмого...

Уже тянусь за трубкой, когда замечаю на письменном столе белый лист бумаги... На нем лежит шоколадка "Аленка", ключи от квартиры и несколько внушительных пачек с деньгами...

Дыхание обрывается, когда хватаю лист, роняя горячую кружку на пол... Ровные строки, написанные до боли знакомым размашистым почерком, больно бьют прямо в сердце, пока читаю...

Прости меня, малыш. Я столько раз обещал тебе и столько раз не выполнял своих обещаний. Я подвёл тебя. Не смог стать тем другом, о каком ты мечтала. Я должен был быть твоей опорой, должен был заботиться о тебе и не смог защитить даже от самого себя.

Прости за боль, что причинил, за все твои слезы, за страх, за мою любовь, что так и не смог заглушить. Знаю, ты все время извиняешься, но это я во всем виноват. Только я. Ты спрашивала, что же мы наделали, почему это случилось именно с нами... Я и сам не знаю ответа. Просто так давно люблю тебя, что не получилось сдержаться. Я потерял контроль.

Я очень хочу, чтобы ты улыбалась, чтобы нашла своё место в жизни, чтобы была счастлива с тем, кого любишь. Если это Меньшинин, то пусть будет так. Пришло время нам с тобой отпустить друг друга. Не плачь. Слезы тебе не идут. Гораздо больше мне нравится, когда ты улыбаешься. У тебя такая красивая улыбка...

Там на столе ключи от квартиры. Аренда оплачена до конца учебы. Живи тут, что тебе делать в общаге. И деньги... Не подумай ничего плохого! Я просто хочу, чтобы ты