Маг двух стихий. Книга 1 - А. Мирт

как поднял его с пола и увидел на нём своё имя. Сур, хотя и встречался с Мельной, был таким бабником, что, скорее всего, закатил бы истерику по этому поводу, а поскольку Корн предпочитал тишину, он, недолго думая, избавился от улики.

В итоге парни, сидящие в кустах третий час, плюнули на свою, очевидно, провалившуюся, засаду и постучали напрямик, в дверь Корна.

Открыл им злой растрёпанный алхимик, которого оторвали от желанного сна. Он был в мятой форме Белого дворца, которую использовал в качестве пижамы. От его колючего взгляда Регерт и Ихет одновременно вздрогнули.

Корн в это время сидел на своей кровати и от безделья перечитывал лекции. Ранее над ним висел небольшой шарик воды, постоянно меняющий свою форму, но когда послышался стук, капля переместилась под кровать, где гости не могли её увидеть. В центре комнаты пыхтела жаровня, над которой бурлил котелок с очередным зельем Корна. Оторвавшись от тетради, он поднял взгляд на парней в проёме двери и широко улыбнулся: кажется, будет представление.

За прошедшее время обучения алхимик получил славу чокнутого психа, которого лучше не трогать. Что, по мнению Корна, довольно точно характеризовало его соседа по комнате. Он всегда был себе на уме, обычно во вполне благодушном настроении, но как только его что-то выводило из себя, почти ничто не могло его остановить. Ни уговоры, ни правила, ни даже наказание. Скорее всего, он просто напрочь не соображал, когда действовал в таком состоянии. И спросонья он зачастую пребывал именно в нём. А уж когда всю прошлую ночь он трудился над зельями в Белом дворце… Что тут сказать, парням не повезло.

— Чаго надобно? — с кривой улыбкой прорычал алхимик.

— Эм… Корна? — скорее вопросительно, чем утвердительно ответил Ихет.

— Его нет, — Сур со всей силы бухнул дверью, едва не прищемив ногу Регерта, который стоял чуть ближе. При этом пока дверь не перекрыла обзор, глаза Ихета не отрывались от глаз Корна, который с любопытством наблюдал за происходящим.

Через пару минут, когда алхимик уже зарылся в одеяло, в дверь робко постучали вновь. Сур выругался, засунул руку в тумбу и швырнул под дверь склянку. Та не разбилась, а громко ударившись об пол, покатилась по нему. Зазор у двери был довольно высоким, и прозрачному зелью ничего не мешало укатиться за пределы комнаты. После этого наступила тишина.

Корн тихо хмыкнул и вернулся к записям лекции, капля переместилась из-под кровати, вновь зависла над ним и стала выписывать более замысловатые фигуры: ромб, цилиндр, куб, плоский круг. Сур засопел.

Двое навязчивых парней не оставили своих попыток и через пару дней подкараулили Корна одного, когда он прогуливался по парку. Удивляясь их настойчивости, тому уже стало интересно, чего им от него понадобилось. Он же ничего такого не делал, какие могут быть к нему претензии, если даже сам Терран не в обиде?

— Ты просто трус! — начал с обвинений Регерт. — Почему бы тебе не выйти на бой, как настоящему мужчине?

— Кажется, мужчина, в твоём понимании, безмозглая макака, только и умеющая трясти кулаками. Теперь понятно, почему ты не пользуешься успехом у женщин, — ухмыльнулся Корн.

— Ты просто сбегаешь! Трусость позорна для благородной семьи Массвэлов, — холодно произнёс Ихет.

Корн поморщился, Терран не стал держать язык за зубами. Он сам выбрал Ихета своим замом, похоже, они были друзьями. Корн зря понадеялся, что мечник не будет болтать.

— Массвэлов? Ты шутишь? — Регерт выглядел озадаченным, похоже, его не просвещали на этот счёт. — Он-то? Да он же слабак! Хотя, если подумать, я что-то припоминаю… их младшего сына изгнали из семьи… Значит, это и был Корн⁈

— Верно, — ухмыльнулся Ихет. — После изгнания он перекинулся на сторону непримиримых противников и сделал то, что никогда не делали его предки: поступил в Академию Ниро. Наверняка этим он нарушил правила великой семьи, быть может, даже завет прадедов. Но и тут ему не рады, какая жалость, ведь бездарным нигде нет места! Скоро подойдёт экзамен, и он вылетит отсюда быстрее, чем пробка из бутылки шампанского. Туда, где безродным отбросам самое место — на улицу, а там уж будет просить милостыню в кварталах бедняков.

Корн сжал кулаки. Обычно он был терпелив, но они давили на его больное место.

— Массвэл, просящий милостыню, — улыбаясь, подхватил Регерт. — Думаю, за такое представление даже можно брать деньги! Ихет, да мы с тобой разбогатеем, если будем проводить экскурсии, чтобы аристократы на это посмотрели! Ты представляешь, сколько они отвалят золота, чтобы увидеть такое занимательное зрелище!

Гнев накатывал на Корна, горяча кровь и застилая разум.

— Не думаю, что у нас с тобой это выйдет, — грустно вздохнул Ихет. — Ведь лорд Массвэл не переживёт такого позора и собственноручно убьёт сына, — он усмехнулся.

Тут Корн не выдержал и бросился в атаку. Это было глупо и безрассудно. Он один их двоих изначально не мог победить, а уж на разгорячённую голову… Но в нынешнем состоянии он просто не мог не попытаться избить их.

Как они посмели? Они уже давно унижали Корна, и это он ещё мог бы стерпеть, но их языки осквернили честь Массвэлов! Даже лорд Ниро, славящийся своими натянутыми отношениями с его отцом, не сказал в его присутствии ни единого дурного слова в адрес его семьи. Дак как они посмели это сделать⁈

Пока Корн нацелился на Ихета и бежал к нему, Регерт отошёл подальше и продолжил подливать масла в огонь:

— Ох, бедный лорд Массвэл, его жена родила такого бесполезного сына. Немаг в великой семье! Думаю, это может быть вовсе и не его сын… Ведь это бы всё объяснило…

Ихет поймал Корна в вязкую лужу, которая напоминала клей. Она создавалась при помощи одноуровневой печати, но обычно была неэффективна, потому как во время боя старались не наступать на подозрительные жидкости. Корн попался только потому, что от гнева перестал смотреть вокруг.

— Ты тоже так думаешь? — Ихет ответил Регерту. — Согласен, ты на самом деле прав. Это бы объяснило, как отпрыск, ох, простите, совсем не-отпрыск Массвэлов может быть таким слабаком!

Корн создал огонёк, который полетел к Ихету напрямую. Тот неверяще расширил глаза, но успел отшатнуться. В это время Корн разрушил удерживающую его печать при помощи вспышки огня, и кинулся к Регерту.

— Ты открыл магию? — спросил тот, одновременно призывая ветер, дующий Корну в лицо.

Это не могло его остановить, но замедлило — он увяз в воздухе, словно муха в киселе. Ихет не терял времени и стал подготавливать заклинание. Корн чувствовал сильные всполохи магии за спиной.

Маги хорошо