Подонок. Ты – моя игрушка - Катерина Пелевина

— Да… Действительно, мне тоже, — гогочет он, а потом всё же вырывает её, выбросив назад за свою голову. Мне нравится у него в гостях. Тут темно, стильно и в целом так… По-Никовски, если можно выразиться подобным образом. Он ведь точно как его комната… Мрачный и загадочный…

— У тебя такая огромная кровать, кстати…

— Да нормальная. Чуть больше твоей. По габаритам нам как раз…

— А в той комнате, где сейчас я… Кто там жил?

— Мама порой ночевала, — отвечает он сдавленно. — Но прям чтобы постоянно, никто…

— Тогда, наверное, так пахнут духи твоей мамы… Такой дорогой шипровый горький аромат.

— Наверное. У матери всё дорогое… И вообще. Давай не будем об этом, лады?

— Лады, — с горечью выдыхаю. Понимаю, что его сильно задевает эта тема и каждый раз заикаюсь. Дура… Просто забываю. Потому что сама об отце отвечу, если спросят. Как бы ни ненавидела его. Стараюсь не думать.

— Значит, такие пижамки носят хомячки ночью? — дёргает меня за кромку игриво. Вот всё и всегда ему надо опошлить. Я думала, только Лёша такой… Пока не столкнулась с тем Ником, который проявляет чувства… Он внутри и он очень… Испорченный. Почти такой же, как его друг. Разве что более сдержанный. Пока…

— Ты уже видел, — растягиваю я губы в кривой усмешке.

— Видел… Ещё какие имеются?

— Если ты про латекс или кружево, у меня таких нет.

— Жаль. Купим, — улыбается он, а я трескаю ему по грудной клетке до громкого выдоха.

— Ай… Чё дерёшься?

— Ничё… Никогда не стану ради тебя наряжаться…

— Уже однажды стала…

— Я не для тебя, я для… — замолкаю, и он смотрит из-под своих густых бровей вопросительным и довольным взглядом.

— Не для меня… Для Жени… Я в курсе, — ржёт, за что вновь получает.

— Твоё счастье, что я тебя за это извинила… Но ещё одного подобного предательства никогда не прощу. Надеюсь, ты понимаешь…

— Понимаю, — кивает он, протянув мне руку. — Дай…

— Возьми, — кладу в ответ свою ладонь, а он сжимает её и тянет к себе, вновь обняв меня и притиснув под бок. Меня ещё никогда и никто так часто не касался… И уж тем более столь открыто. Но дело в том, что мне нравится. Это плохо? Меня ведь даже запах его успокаивает.

— Давай немного поговорим о хорошем, — предлагаю ему, когда он гладит меня. Даже не думала, что Ник может быть таким нежным, если честно. Он же обычно тот ещё грубиян и животное… Но, оказывается…

— Давай… Мне нравятся твои волосы…

— Да? А мне твои, — улыбаюсь, хихикнув, потому что они у него тёмные, взъерошенные. По краям немного выбритые. И ему идёт такая стрижка. А на солнце они отливают тёплым каштановым оттенком… Мои же наоборот — холодной сединой…

— Вот видишь, как много у нас общего, — крадётся губами к моему уху и снимает прядки волос, заправляя их за него.

— Ага, вижу… — прикрываю глаза, испытывая странное ощущение… Мурашки, тепло… И всё тело будто превозносится от его таких приятных касаний.

— Хитрая ты…

— Я? — тут же распахиваю глаза удивленно. — Почему?

— Соблазняешь меня… Думаешь я не вижу?

— Что?! Я??? — пытаюсь вылезти из его хватки, но он намертво обвил мою талию и смеётся надо мной, не опуская.

— Чувствуешь, — подаётся пахом прямо в мою попу. Ну а там…

Такое, отчего я вся съёживаюсь в тревоге.

— Не делай так, прошу тебя… Не надо…

— Не буду больше… Просто показать хотел, как хочу тебя. Вот и всё…

— Тогда совсем не хорошая идея спать вместе…

— Совсем-совсем? — спрашивает он писклявым голосом, имитируя мой голос.

— Я так не говорю! — пыхчу, толкая его в плечо, а потом в дверь раздаётся стук, и наши глаза встречаются в приглушённом свете комнаты.

— Кто это?

— Не знаю… Лёха, ты? — спрашивает Ник, а оттуда доносится голос его отца.

— Это я, Ник… Открывай, разговор есть.

— О, ужас! Что мне делать?! — тут же на панике дёргаюсь с места, пока он косится на меня.

— Просто успокойся и встань за дверь. Вот и всё. Ну или лезь под кровать…

— Я лучше под кровать… Так надёжнее… — бурчу и тут же залезаю туда, когда сам Ник, поправляя всё, что мы скомкали на кровати, идёт к двери.

— Что? — открывает и я вижу две пары ног, замерев на полу и на всякий случай прикрыв рот ладонью.

— Я по поводу Жени… Эля сказала, что вы вместе были в литературном пабе. Это правда?

— Допустим, и?

— Это какой-то твой очередной трюк или что? Зачем ты вдруг стал приглашать её куда-то? — спрашивает его отец, а я хмурюсь. Мне даже как-то обидно за нас, наверное. Почему я верю в его симпатию, а его отец так отзывается? Это всё-таки «мы»… И «мы» уже есть… По-настоящему.

— А мне нельзя, да? Херовый Ник? Мне не может кто-то нравиться по-твоему?

— Нет, ты меня не понял. Если это так, то я рад… Общайтесь, конечно. Только учти, сын, если…

— Ты угрожать мне ещё будешь?! — рычит Ник в ответ, и я уже думаю, что они сейчас подерутся… Но его отец смягчает ситуацию. И тем не менее, я как была напряжена, так и остаюсь. Совсем не хочу, чтобы они ещё сильнее ругались, тем более из-за меня. Ведь я не жаловалась даже… Лишь бы не допустить их ссор.

— Я не угрожаю тебе, сын. Я тебя люблю. Но переживаю за девочку.

— За неё можешь не переживать… Это всё?

— Всё, Ник. Надеюсь на твоё благоразумие… — его отец уходит, а он закрывает за ним дверь и идёт в сторону кровати, присаживаясь на неё и громко выдыхая на всю комнату, пока я выползаю оттуда.

Стоит увидеть его понурый вид со склонившейся головой, как я хмурюсь и подхожу к нему вплотную. Он даже взгляда на меня не поднимает. Так и сидит, уныло вжав голову в плечи…

— Ник… — касаюсь его волос рукой, а он обхватывает меня за поясницу и притискивает к себе.

— М…

— Он просто спросил и всё… Это не значит ведь, что он тебя не любит или в чём-то подозревает…

— Да ладно?

— Ну… Ты ведь не обидишь меня… Ведь не обидишь? — спрашиваю, зачёсывая назад его волосы, и он поднимает на меня свой взгляд.

— Может и обижу… — отвечает с улыбочкой. — А, может, тебе даже это понравится… — ухмыляется и дёргает меня, завалив на себя сверху. И я оказываюсь сидящей на нём, словно наездница, блин…

— Ник… Что ты делаешь? — спрашиваю дрожащим голосом,