Геном Пандоры: адаптация - Андрей Куценко

том, что мне удалось с ним связаться на очень большом расстоянии. И сам этот факт тоже открывает перед нами большие возможности. Нужно было только разобраться, почему это удалось. Мастер Ли занимался медитациями работой с энергетическим телом человека. Сейчас он мощный псионик. И, может быть, его знания, это то, что нужно нам сейчас.

— Что и требовалось доказать, — развёл руками Гарин и уставился на отца.

— Она говорит правду.

Вика обернулась на неожиданно раздавшийся голос.

Облачённый в синий медицинский костюм, бледный как смерть, за спиной стоял Волков. Он привалился к раскрытой капсуле и смотрел на всех спокойным усталым взглядом.

— Этот китаец помог нам обезвредить ту мутантку.

— Ты же сам мне всё рассказал: сигнала трансивера не было! И что это Вика её вырубила и побежала к этому китайцу, — накинулся на него Гарин.

— Я тоже так думал. Тогда, — кивнул Волков. — Но сейчас у меня было время наблюдать сейчас за вами, и почувствовать вас. Тот псионический фон, который противостоял мутантке, был другой. И только часть его принадлежала Вике. Вы же знаете, что на небольшом расстоянии я тоже могу чувствовать фоны.

Гарин хмыкнул:

— Это была стрессовая ситуация. Тебе показалось. Впрочем, — он покосился на третью капсулу, стоявшую закрытой. — У нас есть возможность проверить.

— Ещё рано, — Вика успела взглянуть на показатели через виджет. Оценила заодно и данные по Волкову. — Мастеру Хань Ли сто́ит провести в капсуле ещё как минимум пару часов, пока стабилизируется работа сердца. И вы, Кирилл, слишком рано встали.

Гарин взглянул на неё с выражением лица «а кто это у нас раскомандовался?».

— За эти пару часов я успею провести полногеномный и протеомный анализ биоматериала мастера Хань Ли и выяснить, есть ли у него мутация.

— Бросьте. У него же нет чипа, — покривился Гарин.

— А псионические способности есть. Правда, интересно? — Интонация получилась язвительнее, чем Вика рассчитывала, и отец неодобрительно покачал головой. Гарин, наоборот, развеселился и картинно развёл руками.

— Что ж, посмотрим, что вы скажете через два часа.

Он кивнул Волкову, и они вместе отправились на выход.

Вика встала и решительно направилась к лабораторному компьютеру.

— Там нет триплекс-ДНК, — устало предупредил её отец.

— А я и не собираюсь смотреть ДНК, — уверенно заявила Вика. Лёгкая слабость напомнила о себе, и она с облегчением опустилась в кресло. Главное — не показывать усталости, чтобы отец не попёр её от компьютера. Тогда можно проверить одну идею. Вика включила виджет и погрузилась в работу.

Гарин заявился ровно через два часа и навис над столом.

— Как успехи? — злорадно поинтересовался он.

Отца отвлекли по какому-то из проектов, и Вика оказалась в лаборатории одна. Она не смогла отказать себе в удовольствии потянуть интригу.

— Я посмотрела анализ ДНК, и там действительно не оказалось ни намёка на триплекс-структуру, — «призналась» она.

Гарин зло и одновременно торжествующе сверкнул глазами.

— И тем не менее я буду настаивать на том, что Хань Ли — сильный псионик.

Полковник закатил глаза:

— Только не начинайте мне заливать про ваши энергетические китайские штучки! Лучше честно признайтесь, что просто хотели спасти учителя. Пока папа не слышит. И мы перестанем тратить время на эту комедию.

Вика почувствовала, как кровь прилила к лицу, но сдержалась.

— Что вы, у меня исключительно научные аргументы. Правда, вам придётся немного вникнуть в теорию…

Лицо Гарина успело скривиться от недовольства, когда в лабораторию вбежал отец.

— Валентин Михайлович, она нашла! Вика, я просмотрел твой файл, это поразительно! Я не знаю, как такое может быть, но это просто поразительно!

Гарин скрестил руки на груди и уставился на отца, а потом на Вику.

— Рассказывайте.

— Хорошо, тогда я на всякий случай напомню, что гены сами по себе ничего не значат. Это всего лишь код, матрица для белка. А вот сам белок уже участвует в процессах организма, меняет метаболизм, свойства тканей и так далее, — Вика взглянула на Гарина. Тот нетерпеливо буравил её взглядом, но молчал, ожидая продолжения. — Так что, не обнаружив триплекс-ДНК, я пошла от обратного. У меня самой есть псионическая мутация, и я исследовала её и знаю, какие несвойственные для простого человека белки можно обнаружить у меня в крови. И я сделала протеомный анализ и нашла эти белки в крови мастера Ли. Более того, их содержание было в несколько раз выше, чем у меня. То же самое со специфическими белками, отвечающими за высшую деятельность, у Волкова.

— И что? Откуда они там взялись? Мутации-то нет, — взгляд Гарина выражал явное недоверие.

— Для этого я должна немного напомнить вам о мутациях, — продолжала Вика. — Ни о каких триплекс-ДНК у нормальных живых организмов мы до появления нейровируса и не слышали. Да, эта структура возможна, как биотехнологический конструкт и может быть создана в лаборатории искусственно. И должна поддерживаться специально синтезированными химическими веществами. То, что мы видим сейчас — невообразимое, нонсенс. И с обычным мутациям, происходящим в организме, сопоставима так же, как воробей с боевым вертолётом.

Гарин хмыкнул.

— Так вот, мутация, в привычном их биологическом понимании, это последовательность гена, которая несколько изменилась. И ген этот спокойно пребывает в двойной спирали ДНК. Так что я решила поискать такую простую мутацию у мастера Ли. Последовательности генов, которые сто́ит искать, взяла из наших с Волковым ДНК. И знаете, что? Я нашла их все, некоторые в двух или трёх копиях. И все эти гены активны. Гены, которых у человека вообще быть не должно. Так что Хань Ли — мутант, и его геном изменён гораздо больше, чем у нас с Волковым вместе взятых. Более того, его ДНК устойчива на сто процентов, не нуждается и никогда не будет нуждаться в стабилизации.

Вика откинулась на кресло, наслаждаясь произведённым эффектом. И сразу поняла, как устала. От непрерывного сидения за компьютером, от этой речи.

Лицо Гарина превратилось в непроницаемую маску. Он продолжал держать руки скрещенными на груди. Только вот пальцы его сжали собственное плечо так, что костяшки пальцев побелели. После секундного молчания Гарин перевёл взгляд на отца.

— Что вы думаете по этому поводу, Виктор Михайлович?

— В последнее время… — отец задумался, — скажем так, основы моих знаний сильно пошатнулись. Так что, любому странному феномену стоит уделять особое внимание. А уж этот китаец с мутацией без чипа… я думаю, если мы с этим разберёмся, то это точно будет прорыв…

— То есть, он и правда мутант? — перебил его Гарин.

— Несомненно, — кивнул отец. — Любой сотрудник из лаборатории может повторить исследование Вики и выявить те же гены.

— И пока нет никаких предположений,