Вип персона - Соня Рыжая

Бесшумно захожу, чтоб не напугать. Присев на корточки, смотрю на спину в тонкой белой майке, где из-под рисунка видны шрамы. Такой порыв нежности накрывает. Пытаюсь обнять, поцеловать в макушку шелковых волос, но тут же получаю затылком в подбородок, да так сильно, что теряюсь в ориентире. Успеваю схватить за руку, тяну на себя, и мы вдвоем летим на кафельный пол санузела, благо стерильно чистого. Женька в истерики пытается отбиться и сбежать, я сжимаю еще сильней.

- Тебя никто больше не обидит. Я этого не допущу. Слышишь меня? Со мной рядом ты в безопасности. - Успокаивая шепчу на ушко. - Девочка, моя любимая, почему сразу не призналась кто ты? Я бы все понял. Последнее предупреждение - больше тут работать не будешь.

- Как….? Как ты узнал обо мне? - Заикаясь, всхлипывает. Чувствую, как горячие слезы омывают мою шею.

- Я умный мальчик. Твои глаза трудно не заметить. Что у тебя с Воронцовым? - От названной фамилии она вздрагивает, и потоком новых слез обрушиваясь на меня. Решаю отложить на потом все вопросы. - Поехали домой? Мне дико захотелось тебя и твоего ангелочка расцеловать.

Поцелуй получился жадным и соленым от слез, но таким вкусным, что еще пару раз пришлось заткнуть ей рот тем же способом.

17 глава Евгения

! Евгения!

Не узнаю себя. Не понимаю, в чьих объятиях нахожусь. Плещется ядовитая смесь в горле и хочется очистить организм, как от отравления. Мое тело на ватных ногах перемещается в уборную, жутко тошнит, но желудок пуст - он давно забыт и не кормлен, с каких времен трудно вспомнить, а сейчас нервное напряжение выворачивает все внутренности наизнанку, заставляя меня в обнимку шептать белому другу молитву спасения.

С каких пор я стала такой размазней? Столько времени убеждала себя в храбрости и силах дать отпор любому, но стоило только появиться этому монстру - все сгорело в адском пламене страха, как шакалу, затаившемуся в глубине души.

Закрываю глаза, которые тонут в океане слез и страданиях. Ледяным айсбергом царапает кожу от воспоминаний. Сканирование толпы со сцены, извергающим вулканом лавы из преисподней, окатывает ужасом тело от макушки до пят жгучими мурашками, чувствую дрожь в коленях от вида хитрого взгляда мужа на меня. Предполагала падение, ожидала боли в ушибленном бедре, но больше болело в груди, сердце разрывалось от момента узнавания. «Я уничтожу тебя!» - рычал его взгляд.

Мелькнула надежда, когда мой взгляд коснулся желанных глаз. Нуждаюсь в сильном плече, хочу ощущать надежную защиту за спиной, жажду для дочери любовь отца хоть и не родного. Устала бороться с этим жестоким миром в одиночку. Реальность окутывает в мрачный туман. Когда Эдуард узнает - кто я и о моем прошлом, пошлет на все четыре стороны, и это будет самым болезненным ударом за всю мою никчемную жизнь. Сегодня меня ждет две дороги - признаться и надеяться на его понимание и защиту, либо же опять бежать так далеко в дремучие леса, чтоб больше никогда не бояться быть найденной.

Прежде чем понять, кто меня обнял, резким ударом головой сбиваю противника, сильные руки впиваются мертвой хваткой. Сопротивляюсь изо всех сил. Тепло и уже родной запах мужчины успокаивает, но истерика набирает обороты из-за слабости во всем теле. Эд целует жадно, отвечаю взаимностью, но всхлипы прерывают нашу страсть. Не верю своим глазам. Как он узнал, где я? Кто сказал, кто я? Все мысли озвучиваю вслух, но все становиться не важным от касания его губ моих.

Боюсь выходить из здания, уверена, Воронцов будет ждать снаружи, ему явно нужны доказательства моей личности. Шмелев понимает без слов. Мы выходим через запасный выход, и стремительно движемся по переулку к машине, припарковавшейся неподалеку. За рулем Матвей Владимирович без вопросов везет нас в неизвестном мне направлении, плевать, лишь бы подальше от этого места. Как теперь на работу выходить? Если не приду, Фил накажет Степана увольнением, а также пострадают мои девчонки.

- Женька! Милая, что происходит? Чем и кто тебя так напугал? - Шепчет на ушко Эд, целуя скулу, прижав к себе настолько сильно, что трудно дышать, а мне невероятно приятна его забота, одинокая слеза скатывается по щеке в доказательство моей переполненной счастьем душе.

- Уже… все хорошо. Не здесь…, и не сейчас. Я расскажу тебе потом. Одно могу сказать, очень рада встречи с тобой, и что не оттолкнул, узнав, где работаю.

- Ты больше не вернешься в этот клуб. Я не позволю моей девушке раздеваться перед толпой, - хмуриться, обводит рукой по контуру моей фигуры, продолжает, - это все для меня и никого больше.

- Ты не понимаешь, как я завишу от Фила. Он спас меня от нищеты и голодной смерти нас с малышкой.

- Я дам вам все. Вы не будете нуждаться, а с Абрамовым сам разберусь.

- Нет, ты не слышишь меня. Я должна сама решить этот вопрос. Что будет, когда ты наиграешься в заботливого мужа? В этой жизни кроме себя мне не на кого рассчитывать. - Горько вздохнув, уставилась в окно, следя за мелькающими зданиями ночного города.

- Теперь у тебя есть я и у моей принцессы. Услышала, насколько я серьезен? У меня нет дара предвидения. Мое всевластие не распространяется на будущее, но в чем точно уверен - Мы, будем жить все вместе, а если тебя не устроит мой скверный характер…. Нет, тебя все устроит, я приложу максимум усилий.

Пробуждение от возни и жужжания кофе-машины гудит ветром по пустому ведру в моей голове. Вытянувшись на роскошно мягком матрасе, ощущаю супернежные простыни, окутывающие мою обнаженную кожу. Единственное, что могло сейчас сделать ситуацию лучше - лежащий рядом Эд.

Улыбаюсь в эйфории, вспомнив, наши нежности и акт любови. Этот парень превратил меня в развратницу. Согласна на любые безумства ради него, он заставил забыть кошмары прошлого нахлынувшие на меня.

Видеть искрящие счастьем и желанием глаза, понимать, что именно я заставляю его чувствовать такие эмоции - высшая награда. Слышать беспокойство в голосе, когда звонил своей маме и интересовался как Надюша, и за бабулю не забыл - окончательно выгоняют из меня сомнения. Готова рискнуть и доверить наши жизни именно ему.

Чувствую себя Надеждой в новогоднее утро. Эд не отверг меня из-за клуба и стриптиза. Больше - он