Дальнейшие похождения Остапа Бендера 1-4 - Анатолий Вилинович

Остап встал и ласково дотронулся рукой до плеча грустного Козлевича, Это же сделал с другой стороны и Балаганов.

Адам Казимирович скорбными глазами посмотрел на Бендера, затем на Балаганова и спросил:

— А не выпить нам, братцы?

Через день во двор дома, где квартировалась компания единомышленников, въехал сверкающий лаком кузова и никелем своих частей: фар, бамперов и обкладок дверец салона, роскошный лимузин темно-синего цвета, назвать который старым никак было нельзя. Это был настоящий «майбах» с откидывающимся кожаным верхом над кузовом автомобиля. Его мощный шестицилиндровый мотор работал почти бесшумно, ровно и надежно.

Адама Казимировича было не узнать. Он весь светился радостью, счастьем. Кончики его усов не отвисали, а, казалось, распрямились параллельно его сияющим глазам. Он тут же занялся старательным обхаживанием нового своего детища.

Остап и Шура переглядывались и довольные видом и действиями своего старшего друга, понимающе улыбались.

— Отъезд завтра на рассвете. Автомобиль заправить и подготовить к дальней дороге. Балаганову вступить в новые обязанности стивидора нашего корабля. Погрузить и закрепить наш багаж. Всем иметь хорошее настроение в пути. Вперед, нас ждут необыкновенные великие дела, камрады!

После Харькова через несколько часов по обе стороны дороги протянулись уже промышленные места. Компаньоны проехали Краматорск, Константиновку, Горловку и после Ясиноватой Остап сказал:

— Мы уже совсем недалеко от Мариуполя, — ткнул он пальцем в карту, которую рассматривал. — Но поскольку уже вечер, то предлагаю остановиться в городе, который перед нами. Юзовкой он именуется на этой старой карте, а как по-новому здесь не указано.

Машина с бывшими членами ДОЛАРХа, переехав железнодорожные пути, въехала в Сталино, так по-новому называлась Юзовка — центр Донбасса.

— Ночевать будем в гостинице, командор? — спросил Балаганов.

— Никаких гостиниц, Шура. Нам совершенно незачем и сейчас фиксировать свои фамилии в книге регистрации постояльцев, — ответил Бендер. — Покупаем все необходимое, выезжаем в поле в сторону Азовского моря — Мариуполя и ночуем под звездным летним небом. А кто желает, то и в машине… Так, Адам Казимирович?

— Верно говорите, Остап Ибрагимович, — кивнул Козлевич.

Так было и сделано. Въехав в город мимо большого завода с одной стороны и шахтных терриконов с другой, «майбах», ведомый уверенной рукой Козлевича, вскоре остановился на Сенном базаре.

Был вечер, но привоз был немалый. Телеги, арбы и площадки гужевого транспорта заполняли площадь. Торговля здесь шла еще бойкая. Покупали и продавали ранние овощи, сало, колбасы и разную рыбу с Азовского моря.

— Козлевич в машине, стивидор корабля со мной. Делаем нужные покупки.

Мужик в фартуке черпал деревянным совком из телеги, прикрытой камышовым матом, серебристую хамсу и отвешивал ее покупательнице.

— Ой, смотрите, какая рыбешка, — указал на нее Балаганов.

Бендер посмотрел и ответил:

— Купим и этой хамсы, Шура. Правда, после нее пить будет хотеться, но все же… есть потребность.

Запасы путешественников пополнились нужным провиантом, флягами воды и они выехали из вечернего базара. Проехав мимо кладбища, выехали на главную улицу города — Первую линию.

Проехав по ней в конец, они оказались перед заводскими воротами, за которым дымили трубы и огненные доменные печи.

— А как на Мариуполь нам, любезный? — обратился Остап к прохожему в очень замасленной и закопченной одежде. Очевидно, он шел с завода.

— Назад езжайте, и налево, на Александровку, Смол-гору, а там и снова налево… Спросите там, граждане, — пояснил рабочий усталым голосом.

Поехали так, как подсказал местный житель. Свернули у небольшого скверика налево, переехали множество железнодорожных линий проходящих по берегу озера к громыхающему задымленному металлургическому заводу и стали подниматься по дороге, идущей вверх.

Остановились и уточнили маршрут еще раз у прохожих.

— А как выедете вправо, там ставок будет и дальше дорога к Мариуполю… — пояснила одна женщина.

Выехали в поле и остановились на берегу небольшого озера, которое женщина назвала ставком.

— Может, разведем костер, командор?

— Никаких костров, Шура, не стоит привлекать к себе внимание местных, — ответил Остап.

Когда расположились вокруг расстеленного на траве покрывала, на котором были купленные продукты для ужина, и принялись за еду, Козлевич спросил:

— А откуда вам известно, Остап Ибрагимович, о затонувшем в море кладе?

Бендер засмеялся и пояснил:

— Да от той же энкавэдистки Клары, Адам. С которой я просиживал тогда в библиотеке ВУАКа.

— И она вам все это сама рассказала? Командор? — удивился Балаганов.

— Ну нет, Шура. Такие люди так просто сами не расскажут о таком. Я выписал из ее секретного талмуда, когда она в туалет ходила, — засмеялся великий предприниматель. — И представьте себе, друзья, я выписал не только это, но и еще кое-что. Но об этом после, — загадочно произнес Бендер. — Не стоит сразу забивать ваши головы информацией.

— Не стоит, — вытер усы Козлевич. — Не все сразу, так и я понимаю. Дай Бог, чтобы нам хотя бы этот морской клад отыскать.

— Ну, а если по совести, командор, то я думаю, что это дело еще более сказочное, чем откапывать клад в земле. Ведь море большое, иди знай, где он там лежит на дне, — с набитым ртом говорил Балаганов.

— А тот высокий в очках, один из тех парней, которые раскапывали тогда курган, ища клад гетмана Полуботка, он вам что-то рассказывал интересное о Мариуполе, как я слышал? — говорил автомеханик.

— О, Адам Казимирович, вот что значит пообщаться с умными и знающими людьми. Он мне поведал и даже назвал адрес одного мариупольского жителя. Так вот, у этого жителя отец, моряк в прошлом, который ему тоже рассказывал о затонувшем кладе в двадцатом году.

— И тоже об этом самом? — спросил Балаганов, активно работая зубами и глядя на Бендера.

— Об этом самом или нет, но по сопоставимым данным, речь может идти об одном и том же кладе. Он говорил, что его отец не то лоцман, а может и сам капитан, даже был свидетелем как и где перевернулся баркас с золотом. Так что, как видите две линии от энкавэдистки и от этого кладоискателя-очкарика сходятся на одном и том же. Вот мы и пощупаем, попробуем познакомиться с этим лоцманом-капитаном или как его… А для начала с его сыном.

Тройка единомышленников замолчала, обдумывая сказанное. Остап после паузы начал развивать свои выводы:

— Весь наш антиквариат и поиски древних кладов в земле требуют много усилий и времени. А сама коммерция антиквариатом не безопасна, в свете последних постановлений правительства, то нам, друзья, надо… Первое. Распродать весь наш антиквариат…

— Остап Ибрагимович, а может быть, открыть в том же Мариуполе лавку в порту? — спросил Балаганов, вытирая руки пучком травы после хамсы.

— Ох, Шура,