Год 2000-й. Перелом эпох - Александр Борисович Михайловский

тоже делает основной упор на воспитание своих граждан, вкладывая в это такие же средства, как и в военно-космический флот, а все потому, что социоинженеры диких светлых эйджел тоже хорошо умеют устраивать подобные провокации. Но против монолитной массы хорошо воспитанных граждан они бессильны.

Истинным Взглядом было видно, что товарищ Иванов с большим аппетитом потребляет как бы ненароком скармливаемую ему информацию. Разведчик как-никак. Потом он будет задавать мне вопросы, а пока старается запомнить и разложить по полочкам. И даже шок от первой встречи с деммкой у него уже прошел. Девочка как девочка, а рога и красная кожа — не более чем особенности ее внешности.

Тем временем товарищ Грубин принял решение.

— Значит, так, — вымолвил он, — о том, как правильно организовать воспитание подрастающего поколения и разнородных взрослых кандидатов на гражданство, рассказывать и показывать товарищу Иванову буду я сам. Все равно лучше меня в этом никто не разбирается. УАЗ нам при этом в помощь, ибо поездить из конца в конец придется изрядно. А вы, Сергей Сергеевич, в это время что будете делать? Вас-то подобным вещам учить не надо, вы и сами большой дока в воспитании разных неприкаянных и заброшенных.

— Мне, — сказал я, — надо бы посоветоваться по одному практическому вопросу с маленькой леди Дэм…

— Со мной? — удивилась маленькая деммка. — А как же ваша мисс Зул, дама взрослая и весьма многоопытная?

— Мисс Зул — это совсем другое, — начал объяснять я. — Поступив ко мне на службу, она, конечно, очеловечилась в достаточной степени, но только человеческие и деммские качества существуют в ней по отдельности, как ядро и оболочка. Остается при этом какой-то барьер в отношениях, пересекать который не рекомендуется. Это не плохо и не хорошо, это просто есть. Тебя мы ощущаем иначе — как человеческую девочку с полным деммским талантом. Никакого барьера внутри тебя нет. Еще после первой встречи Кобра сказала, что ты своя в доску. С ее стороны это наивысшая похвала.

— О да, — радостно улыбнулась Дэм, — это действительно наивысшая похвала. Мне так приятно, что и не передать словами, а за ментоскопом бежать как-то не хочется. А теперь скажи, по какому вопросу ты хотел спросить моего совета и высказывала ли свое мнение по этой теме мисс Зул?

Я по возможности кратко изложил историю колонисток с одноразового транспорта, присовокупив, что мисс Зул свое мнение высказывала, но касалось оно причины такого состояния, а меня сейчас интересует, возможна ли полная ремиссия после отключения действия чипа.

— Ну что же, — важно произнесла маленькая леди Дэм, — я посмотрю на этих несчастных и выскажу свое мнение. Только я еще несовершеннолетняя, так что мне нужен сопровождающий — мама Мадлен или дядя Сергей…

— Сергей сейчас на южноамериканском форпосте, поэтому, пожалуй, лучше позвать Мадлен, — сообщил товарищ Грубин. — Она здесь рядом.

— Хорошо, пусть будет Мадлен, — согласился я. — Мы быстренько — одна нога здесь, а другая уже там.

Полчаса спустя, там же

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

С мадам Петровой прежде я имел лишь шапочное знакомство — полтора года назад нас представили друг другу, и на этом все закончилось. Теперь я снова повстречался с этой молодой женщиной, и с первого же взгляда понял, что неправильно воспринимать ее как простое приложение к экзотической приемной дочери. Нет, эти двое в каком-то смысле составляют единое целое, как будто маленькая рогатая-хвостатая с рождения росла в семье Мадлен и Сергея. И хоть я и ни разу не маг Разума, было понятно, что это большая теплая душа молодой француженки, проникнув внутрь девочки, растворила все барьеры, создав ту маленькую леди Дэм, которую мы знаем сейчас. В своем роде это была та же формула «Я — это ты, а ты — это я», какую я практикую в отношениях со своими Верными.

В своем исходном варианте дочери сестры императора всех деммов, да еще при наличии высокой степени посвящения богине Азазели, она наверняка была существом малоприятным, вздорным и капризным. Но потом свое слово сказали заговорщики, убив ее дядю с матерью и разорвав связь девочки со злой богиней. Затем на ее пути встретились Александр Кариметов и Сергей Петров, увидев в маленькой рогатой-хвостатой испуганного измученного ребенка, а не исчадие ада. И закончила эти труды уже мадам Петрова, за что ей положена сердечная благодарность как минимум от всего населения Аквилонии.

И вдруг мне показалось, что будет правильным поприветствовать старшую жену моего молодого друга не на русском языке, а на латыни, которая в Аквилонии тоже в ходу, при наличии значительных латинских и латиноговорящих контингентов являясь вторым языком межнационального общения.

— Радуйся, госпожа моя Мадлен, — сказал я. — Желаю тебе, твоей семье и вашему общему потомству здоровья, счастья и всяческого процветания. Пусть небо над вашими головами будет безоблачным, а жизнь сладкой, как мед.

— Спасибо, мессир Сергий, — пролепетала в ответ молодая женщина. — Я знаю, что вы очень суровый господин, поэтому прошу вас, не убивайте наши милую Францию, пощадите ее хотя бы во имя христианского милосердия ко всем падшим и несчастным.

— Это все те дурацкие янки, — пояснила маленькая леди Дэм. — Получив от тебя хорошенькую взбучку, они вообразили о твоей персоне Азазель знает что, и принялись распространять свои измышления со скоростью вирусной эпидемии. Самых активных даже пришлось серьезно предупредить, что если они продолжат такую деятельность, то плакало их гражданство.

Я кивком поблагодарил юную деммку за своевременный комментарий и раскатистым голосом младшего архангела произнес:

— Ваша милая Франция больна своей дрянной элитой, поставившей себя над народом. За кого бы ни голосовали французы на выборах, качество президентов, министров и депутатов Национального собрания неизбежно ухудшается раз от раза, и это не доведет до добра. Могу обещать только то, что от моих действий по возможности не будут страдать простые французы и француженки вроде тебя. Пережив судороги политического катаклизма, они продолжат жить и радоваться жизни, а те, что прежде были унижены и оскорблены, обретут полноценные возможности для реализации своих талантов. Ничего другого я тебе сейчас сказать не могу.

— Спасибо, мессир Сергий, этого достаточно, — сказал Мадлен, после чего эта тема оказалась исчерпанной.

Тысяча двести восемьдесят второй день в мире Содома, утро, Заброшенный город в Высоком Лесу, госпиталь в подвалах башни Терпения

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Портал я открыл прямо в башню Терпения, где пока находились и те колонистки, что попали сюда сразу из-за нарушения