Срок годности жены - Натаэль Зика

- Господин Усольцев, оденьтесь!

Тот вскочил и дрожащими руками торопливо натянул на себя рубашку с брюками.

- А теперь пакуйте его, - дождавшись, когда Вадим закончит, скомандовал полицейский.

- Стойте! Вы что? Зачем? А-а-а!

Но полицейские своё дело знали – он оглянуться не успел, как его скрутили, надели наручники и в позе «зю» доставили к патрульной машине. Спустя минуту к нему втолкнули икающую от страха Веронику.

И автомобиль тронулся в путь.

- Ч-ч-что эт-т-то? – прошептала девушка. – Ты – б-бандит? Я на такое не подписывалась!

Не дожидаясь ответа любовника, она бросилась к маленькому окошечку, отделяющему отделение для задержанных от кабины.

- Выпустите меня! Я ничего не сделала!

- Ещё один звук, и сядешь на пятнадцать суток. Даже если ничего не сделала.

Вероника испуганно отшатнулась и вжалась в сиденье, больше не рискуя голосить.

Автомобиль уже через несколько минут сделал крутой поворот и остановился.

- Выходите, сначала мужчина, - открыв дверь, приказал полицейский.

Вадим шагнул, его подхватили под руки, снова согнули и повели. Куда – было не понять, он видел только свои ноги. Сначала те шли по асфальту, потом по линолеуму.

На мгновение в его голове мелькнуло, что похожий он уже сегодня видел.

Тут его развернули, усадили на стул, и Усольцев, наконец, смог поднять голову.

Он посмотрел перед собой и сразу завис – нет, так не бывает!

Но оказалось – бывает.

Потому что перед ним с не менее ошарашенным выражением лица стоял знакомый до боли полицейский.

«Да твою ж… ёпрст!!! – мысленно выругался Вадим. – Вот вам побочка от близкого расположения квартиры и чёртовой парковки! Отделение-то одно, а этот, похоже, на сутках!»

- М-да, - хмыкнул дежурный. – Я смотрю, вы, Усольцев Вадим Сергеевич, повышаете градус нарушений! Начали с неправильной парковки, потом хулиганство, теперь взлом. Следующее боюсь даже предположить – ограбление, похищение, убийство?

- Я требую один звонок!

- Да ради бога! Утром. Если честно, ты уже задолбал – третий раз за сутки, можно сказать, уже постоянный клиент! Хоть месячный абонемент выписывай, чтоб потом время на оформление не тратить. Или нам вас проще сразу на довольствие поставить?

- Адвокат! Я требую адвоката! – взвыл Вадим.

- Доктор сказал – в морг? Значит – в морг!* – бросил полицейский. – Будешь шуметь – до вечера просидишь, только потом получишь своё право на звонок. Уводите!

Его грубо поставили на ноги, снова нагнули, провели по коридорам и втолкнули в небольшое помещение с решёткой вместо одной стены.

- Повернись спиной и просунь сюда руки, - приказал конвоир, показывая – куда. – Наручники сниму.

Замки щёлкнули.

- Сиди тихо, не буянь, - посоветовал конвоир.

И ушёл.

А Усольцев брезгливо оглядел грязноватое помещение и осторожно присел на краешек лавки.

«Господи, как я умудрился во всё это вляпаться? Что теперь будет?! Завтра… Нет, уже сегодня платёж, Арина заперта там, я тут… Если поставки сорвутся, Рощин меня в лесу прикопает: такую неустойку нам не выплатить! Скорее бы утро, Бронский вытащит…»

И застонал, накрыв лицо руками:

- Я не хотел так! Всё должно было быть иначе! Арина! Всё из-за неё! Ни за что вонзила мне нож в спину… Двадцать лет жила, горя не знала, а стоило мне один раз подумать о себе – встала в позу и… Предала!

*фраза из известного анекдота:

Пациента на каталке везут по больничному коридору. Он жалобно спрашивает:

- Сестра, может быть, все-таки в реанимацию?

- Больной, не занимайтесь самолечением! Доктор сказал: "В морг". Значит, в морг.

Глава 19

Автомобиль остановился, Владимир вышел первым и протянул ей руку.

Смутившись, Арина отрицательно качнула головой, мол, я сама! И поспешила выбраться наружу.

- Зачем мы здесь? – она огляделась – это же Торговый Центр!

- Вас надо переодеть. И накормить, - ответил адвокат. – Идёмте, нас уже ждут.

«Сцена из «Красотки?» - хмыкнула про себя Арина. – Ну-ну».

Не угадала – Гаранин шоу с примерками устраивать не стал, равно как и сообщать продавщицам о намерении потратить неприлично большую сумму денег. Он просто показал на Арину:

- Один комплект одежды в деловом стиле. И удобную обувь под него.

После чего вручил Рине карточку и развернулся на выход:

- Без ПИН-кода. Я подожду снаружи.

Снаружи – здания, или – снаружи – за дверьми магазина, Арина понять не успела. Потому что две девушки-консультантки споро подхватили её под руки и повели к примерочным, на ходу расспрашивая о предпочтении в цвете и фасоне.

Когда через полчаса она вышла из магазина, то обнаружила адвоката сидящим на скамеечке неподалёку от входа. Несмотря на то, что он что-то рассматривал в своем телефоне, появление Арины Владимир заметил мгновенно.

Заметил, сразу убрал сотовый и поднялся навстречу, окинув женщину внимательным взглядом.

- Давайте! – и он забрал пакет с вещами из её прошлой жизни. – Идёмте!

Снова без объяснений, без комментариев. Даже непонятно, понравилось ли ему то, что он увидел?

Потом – средь бела дня он водит её по популярному у горожан месту. Вероятность встретить кого-то из знакомых достаточно велика, но Гаранина, похоже, это не волнует.

Почему?

- Потому что не имеет смысла что-то скрывать, - не поворачивая головы, произнёс Владимир. – Вот-вот ваш будущий бывший обнаружит побег жены и тоже начнёт действовать. У нас есть час или два, чтобы привести вас в порядок и накормить.

Арина поморщилась.

- Зря переживаете – джинсы и рубашка вас совсем не портили, - немедленно отреагировал Гаранин, – но сейчас вам нужно выглядеть и чувствовать себя иначе. Вы больше не домохозяйка, вы – самостоятельная и самодостаточная женщина, которая борется за свои права и полную опеку над младшим сыном.

«У него в голове встроенная камера? – пронеслось в голове Арины. – Как он так быстро считывает мои мысли, если даже толком лица не видит?!»

- Не волнуйтесь, если мы встретим кого-то из ваших знакомых, - продолжал говорить вполголоса Владимир. – Со дня на день они и так узнают, что Усольцевы разводятся. Я – ваш адвокат и со мной вам ничего не угрожает!

Арина пригладила руками несуществующие складки и молча кивнула, гадая, куда он её ведёт.

Впрочем, цель стала понятна довольно быстро – стоило подняться на один этаж и очутиться в зоне фуд-корта.