В стране троллей. Кто есть кто в норвежском фольклоре - Елена Степановна Рачинская

жениха и посватался к девушке сам, но та не вынесла горя и бросилась за борт. После этого корабль попал в сильный шторм недалеко от мыса Доброй Надежды. Суеверные матросы решили, что буря – Божья кара за преступление капитана; на корабле вспыхнул бунт. Тогда капитан застрелил зачинщиков и дал клятву дьяволу, что ни один матрос не сойдёт на берег, пока корабль не обогнёт мыс, – даже если на это уйдёт вечность. Этим Ван дер Декен навлёк на свой корабль проклятие. Вот уже несколько сотен лет «Летучий голландец» ни разу не приставал к берегу, а матросы его стали призраками. Повстречаться с ним во время шторма – зловещее предзнаменование для любого судна.

Есть несколько верных способов отогнать чудовище, которые помогали морякам гораздо лучше, чем «Отче наш» и крестное знамение. Как огня боится драуг человеческих экскрементов, если вымазать ими палубу или бросить их в драуга, он моментально скроется. Не терпит драуг и никакого железа, а также, будучи обитателем студёных морских пучин, не любит тепла.

Редко, но бывают случаи, когда драуг помогает человеку в благодарность за какую-либо услугу.

Как-то раз Артур Брокс с командой ловил рыбу у берегов острова Сенья. Вдруг они увидели, как из моря вздымается громадная рука драуга. Матросы страшно перепугались, но капитан догадался, чего хочет «морской мститель», и бросил в воду рыбацкую рукавицу. Рука исчезла. На следующее утро, когда Брокс продолжил ловлю, раздался голос:

Ты, что дал мне рукавицу,

Отправляйся восвояси,

Буря близится морская.

Рыбаки поспешили вернуться на берег. Через некоторое время начался шторм небывалой силы, десятки людей погибли. Предупредив о приближении бури, драуг отплатил благодарностью за добро.

По мере того как корабельное оборудование совершенствовалось, способы предсказания погоды улучшались, и возрастала безопасность морских плаваний, свидетельств о встречах с драугом становилось всё меньше и меньше. В наше время его, кажется, не встречают вовсе. Значит ли это, что драуги исчезли? Сомневаемся. Может быть, теперь они плавают чуть дальше от берега, чем раньше, но наверняка и сейчас где-то в волнах Норвежского моря качается разбитая лодка, а в ней – одетый по-старинному рыбак, озлобленный и жаждущий земного покоя.

Т. Киттельсен. Драуг. 1895

Духи моря

Волна вздымается за волной, и вот уже не видно, где кончается море и начинается небо, всё сливается во мглу и хаос: пенится вода и свищет ветер – ломает мачты и раздирает паруса. Шторм ревёт, и не слышно треска рвущихся снастей, не слышно ни молитв о спасении, ни криков людей, гибнущих в пучине. Лишь в разверстой пасти водоворота видно свирепое лицо и извивающийся, как змея, рыбий хвост. То маргюгра, играя, топит корабли, сея разрушение и смерть.

Маргюгра (margygra – букв. «морская гюгра») – огромная, свирепая и опасная морская ведьма – один из самых древних образов норвежского фольклора. Она упоминается ещё в «Старшей Эдде». Там морскую ведьму зовут Хримгерд, она из рода йотунов, яростная и безжалостная. Описание маргюгры мы находим в средневековых сочинениях «Королевское зерцало» и «Книга с Плоского острова».

Маргюгра (рукопись «Книги с Плоского острова»). 1387–1394

Вместо ног у маргюгры – рыбий хвост, а между пальцами грубых мужских рук – перепонки, как у лягушки. Голова её похожа на лошадиную: узкие, вытянутые уши, широкие ноздри, огромный рот. У неё холодные зелёные глаза, а волосы – словно морские водоросли.

Перед штормом маргюгра выплывает из пучины морской и судьба моряков – в её руках. Если она играет с рыбой, швыряет её в корабль – жди беды: будет неистовый шторм и морская ведьма может потопить корабль, ведь это её излюбленное занятие. Маргюгра подбрасывает корабли своим сильным хвостом, и они уходят на дно, вращаясь в смертельной воронке. Но если она просто съест рыбу, у моряков есть шанс спастись.

В саге об Улаве Святом рассказывается о его встрече с маргюгрой у побережья Испании. Однажды морская ведьма увидела корабль Улава Святого и захотела его потопить. В жестокой борьбе Улав смертельно ранил маргюгру, и она с жутким криком погрузилась в пучину.

Младшая родственница маргюгры – норвежская русалка хавфруа (havfrua – буквально означает «морская дева»).

Сказать точно, когда в норвежской фольклорной традиции появилась морская дева, невозможно, но её образ встречается уже в средневековых балладах.

Т. Киттельсен. Русалка. 1887–1892

Сверкает и играет волнами море. Вокруг разносится его мечтательный шёпот, исполненный тихой дрожащей печали. И вот уже море и воздух будто сливаются в единое целое, и весь этот трепещущий мир простирается далеко-далеко, дальше голубых очертаний вод.

Тогда из глубин и появляется русалка. Её прекрасные золотые волосы волнами ниспадают на плечи, а взгляд бездонных, как море, глаз мечтательно устремлён на берег. Мерцая, будто жемчужины, пенятся вокруг неё белыми барашками волны, а она всё глядит вдаль, словно её мысли белыми птицами парят в скрытой от нас непостижимой вечности.

Т. Киттельсен

Когда светит солнце, русалка сидит на камне, поёт и расчёсывает свои прекрасные длинные волосы. Песня её может сулить хороший улов и удачное плавание или, напротив, предсказывать шторм, кораблекрушение и смерть.

Она неравнодушна к земным обитателям и способна на сильное чувство. Если её любимый погибает, она будто умирает вместе с ним, надолго погружаясь в глубокую печаль.

Чтобы привлечь своего возлюбленного, хавфруа обещает ему всё самое лучшее: корабль, что может идти по земле, как по морю, лошадь, бегущую по голубой волне, как по траве, кольчугу, которую не в силах пробить даже острый меч. И хотя обещания свои морская дева всегда выполняет, связать с ней судьбу решаются очень немногие.

Об одном из таких смельчаков рассказывается в саамском предании: молодой человек сел русалке на спину, и в одно мгновение они оказались на дне морском, где всё кругом сияло, словно золото, где дышалось легко, как на свежем воздухе. Время там бежало незаметно, и когда молодой человек вернулся домой, он увидел, что все его приятели-сверстники давно уже стали стариками.

Но такая концовка – не самая распространённая. В большинстве быличек человек, которого морская дева увлекла за собой в пучину, никогда больше не возвращается. Вот одна из таких историй.

Старый рыбак, перед тем как